Рецензия на книгу

• 

  grausam_luzifer31 мая 2016 г.

  Мрак не есть отсутствие света.

  Меня смущали его ласки: я не осмеливался принимать их, опасаясь, что не смогу жить дальше, если когда-нибудь их лишусь.
  

  Герард Реве – алкоголик, гомосексуалист, эксгибиционист, садомазохист, параноик, истерик и фанатичный католик, о чём говорит аннотация на обложке.

  Герард Реве – признанный классик голландской литературы двадцатого века, один из «большой тройки» представителей нидерландской послевоенной литературы, о чём можно узнать из статей.

  Герард Реве – вольнодумец, осатанело влюблённый и искренне разочарованный; гремучая смесь из похоти и целомудрия; писатель с рублеными чертами лица, ни на одной фотографии которого я не увидел улыбки на губах, или тени её в нордических глазах; ребёнок, проглотивший разочарование, подавившийся болью и харкающий искренностью, несущий в себе незамутнённый восторг, вдохновенную любовь и сизый дым растления, оседающий в лёгких при каждом вдохе; мужчина, который видел счастье в том, чтобы целовать разбитые колени, посвящать дыхание своим Мальчикам, нежить их тело своими губами, и который видел не меньшее удовольствие в том, чтобы рвать одежду, кожу, а затем и ошмётки кровавого мяса стеком, розгами, плетью, ивовым прутом; человек, который поцелует вашу душу так, как мать целует новорождённого, а после бесстрастно плюнет в лицо вашему чувству прекрасного, оставит с саднящим чувством внутренней грязи, которую не смыть - о чём расскажу вам я.

  Можно сказать очевидное - «Милых мальчиков» не стоит брать в руки гомофобам. Но на деле за эту книгу не стоит садиться тем, кто упорствует на своём мировоззрении и не готов примерить чужую точку зрения, потому как в таком случае останется лишь прелый вкус потерянного времени и, может, отвращения к автору – к такому, каким он предстаёт на страницах.
  «Милые мальчики» - это не структурированный дневник с выраженным костяком хронологических связей, не сборник писем и не исповедь, призванная облегчить душу и совесть. Сформировать о Реве сходу однозначное впечатление лично мне было проблематично, потому как этот человек обладает специфически раскрытым взглядом на мир – сколь развращённым, столь и возвышенным. «Милые мальчики» - это воспоминания, приправленные эротическими фантазиями, ложью, надеждами, поиском собственного места, размышлениями о природе любви и рассуждениями о Божественном провидении.

  Его гибкий язык – ядовитая химера, ласково укладывающаяся в трепетные ладони читателя, но не стоит обманываться, потому что вы не заметите, как он взрежет плоть и пустит под кожу свою тягучую отраву. Он сочетает витиеватость слога со сленгом и руганью, и выходит это настолько органично, что совершенно не вызывает отторжения. Только удивление, когда крепкое словцо заставляет вынырнуть из его сентенций и вспомнить, что это не мысли абстрактного Зверя, а более чем конкретного человека. И его любовники, которых он баюкает собственным сладострастием, улыбаются с фотографий, оттеняя угрюмость самого Реве. С бесстрастностью монстра Реве заденет несколько струн вашей души, заставляя оторвать взгляд и воссоздать ощущения – а любили ли вы по-настоящему того, с кем были когда-то близки? Но и поводов презрительно скривить нос чувствительным и не очень натурам будет предложено достаточно.
  

  
  «Мы так охотно говорим о "кружащей голову белизне", однако примечательнейшим образом склонны называть её "отвратительной бледностью", как только предмету обсуждения стукнет за тридцать.»

  «Милых мальчиков» сложно советовать кому-то, потому что я не в ответе за чужое восприятие, преломляющее информацию, а удовольствия в объяснении причин личностных симпатий к тому или иному эпизоду нет ни на грамм. Я думаю, что кто-то отложит книгу и забудет об авторе, не увидев в нём ничего примечательного. Но надеюсь, что семя его мысли попадёт в чрево страждущего, которому оное необходимо.

  За всеми скабрезностями, пошлостями и развратом всё же таится боль, страх, эйфория и, что особенно удивительно, любовь. Странная, непривычная, отторгающаяся любовь.
  Иногда его умозаключения меня утомляли, точно я плыву под грязной и слишком тёплой водой, никак не могу поднять голову над поверхностью и вдохнуть. Но едва ты готов захлебнуться, как Реве выдёргивает тебя за волосы из мутного озера, лёгкие расправляются, кашель сводит горло.
  А над головой солнце.
  Прекрасное солнце, которого ты не замечал раньше.

  
  Мне подумалось, что Зоопарк набит различными совершенно бесполезными сооружениями, примечательными своей откровенной никчемностью, но Аквариум — это другое дело. В Зоопарке, например, имелись какие-то мелкие постройки в виде минаретов, определенно необитаемых; огромная бронзовая скульптурная композиция, изображающая свору собак, задуманная уж явно не для привлечения посетителей; а над задумчивым прудом возвышался внушительных размеров бронзовый Будда, хотя какой там из Будды зверь. И я подумал: понастроить бы побольше подобного вздора, чтобы упрятать туда всю скорбь человеческую.
  

  27

  1,8K