Рецензия на книгу

Мертвые, вставайте

Фред Варгас

(0)

JDoe71
22 ноября 2014
Как провалилась акция "Дадим автору еще один шанс"
Преамбула:

У вас тяжелый характер.
Очень. Ко всему прочему я еще и слепой.
О господи, - воскликнула Матильда. - Извините меня!

Человек повернулся к ней с недоброй улыбкой:
А зачем вам извиняться? Ведь в этом нет вашей вины.

Матильда решила, что ей пора перестать болтать. Однако, она была совершенно уверена, что ей это не удастся.
А кто же в этом виноват?

Красавец-слепой, как мысленно окрестила его Матильда, отвернулся и теперь сидел к ней почти спиной.
Виновата одна дохлая львица: я производил ее вскрытие, изучая двигательный аппарат семейства кошачьих. Ведь это же совершенно никому не интересно! Иногда я говорил себе: какое чудо, а порой думал: черт возьми, львы просто ходят, пятятся назад, прыгают, и нечего тут больше знать. А в один прекрасный день я сделал неловкий надрез скальпелем.
И из трупа брызнуло во все стороны.
Точно. А вы-то откуда знаете?
Был один парень, что когда-то построил колоннаду Лувра, он погиб именно так: его убил верблюд, лежавший на секционном столе. Но то было давно, и то был верблюд. Разница все же есть.
Падаль остается падалью. Брызги попали мне в глаза. Я погрузился во тьму. И все, с тех пор я уже не мог видеть. Черт бы меня побрал!

Вышеприведенное несколько лет назад стало рубежом, до которого я дочитала "Человек, рисующий синие круги": красавец-слепец с роковой дохлой львицей и пафосными речами меня подкосил.
Амбула
"Мертвые, вставайте" я дочитала до конца. Спасибо дереву, хотелось всё-таки собственными глазами прочесть объяснение. Прочитала, убедилась, что так и думала. Хихикнула мысленной картинке перелезания через забор с лопатой и саженцем.
Но зачем было дерево? Зачем было ждать пятнадцать лет? Больной преступный ум, чего вы хотите! Не приставайте к мадам автору с глупой логикой и вопросами " а зачем, собственно?". Мадам так старается сделать нам увлекательно...
Мадам взяла кукол мужского пола, дала им имена, а чтоб не путать их, дала каждому любимую эпоху и чудачество-пометку.
Поклонник первобытных времен порывается бегать нагишом, знаток Средних веков щеголяет серебряными перстнями, а специалист по Первой Мировой обзывает всё фронтами и окопами.
Теперь читатель не перепутает этих трех платмассовых Кенов, а для подогрева интереса надо нагнетать атмосферу. Нагнетает она так:

Но полицейский, прервав допрос, приказал им остановиться. Это был молодой тип с упрямым, ограниченным выражением лица, соответствующим самому прискорбному представлению об идиоте, которому приказ заменяет способность мыслить.
(ничего-ничего, счас наши всё раскроют!)

Внезапно разъярившись, старый грек вернулся обратно и схватил полицейского за лацканы. Марк подумал, что он собирается набить ему морду и на это стоит посмотреть. Но старик дрогнул.
– Нет, – сказал Симеонидис после паузы. – Не стоит.
Он выпустил из рук полицейского, будто что-то нечистое, и вышел из комнаты, ...
( и всюду страсти роковые, и от судеб спасенья нет!)

Принимайтесь за работу, времени у вас немного. Этот полицейский может в конце концов найти законный способ запретить вам смотреть архивы.
( пороется там внизу, в гостиной, и найдет способ)

– Вам следует поторопиться, – сказал он. – Полиция пытается найти способ закрыть доступ к моим архивам. У них сейчас нет времени самим заниматься ими, и они, должно быть, опасаются, что их опередит сам убийца. Я слышал после сна, как этот дурень куда-то звонил. Он хочет опечатать архивы. И похоже, добьется своего.
(начальство, видимо, сопротивляется, но он добьется. Телефон-то он нашел!)

– Через полчаса? – воскликнул Марк. – Ты хочешь свалить через полчаса, когда нужно переписывать кучу документов, а ты тут прохлаждаешься и грезишь о своих военных дневниках?
Не вставая, Люсьен указал на свою сумку.
– Там два с половиной килограмма портативного компьютера, – пояснил он, – девять килограммов сканера,...
(Тадаммм!)

а также духи, пара трусов, толстая веревка, спальный мешок, зубная щетка и кусок хлеба.
( в рюкзаке моем сало и спички и Тургенева восемь томов)
Вот так мадам оперирует характерами и обстоятельствами.
Так же легко, как предметами:

Люсьен попросил Симеонидиса показать ему, как выйти во дворик, сходил за свертком и засунул его на самое дно сумки.
( этот сверток - компьютер и девятикилограммовый сканер. )
С трупами мадам обходится подобным же, незамутненным размышлениями, образом.
15 понравилось
2
387

Комментарии 2

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Рецензия на книгу

Мертвые, вставайте

Фред Варгас

(0)

JDoe71
22 ноября 2014
Как провалилась акция "Дадим автору еще один шанс"
Преамбула:

У вас тяжелый характер.
Очень. Ко всему прочему я еще и слепой.
О господи, - воскликнула Матильда. - Извините меня!

Человек повернулся к ней с недоброй улыбкой:
А зачем вам извиняться? Ведь в этом нет вашей вины.

Матильда решила, что ей пора перестать болтать. Однако, она была совершенно уверена, что ей это не удастся.
А кто же в этом виноват?

Красавец-слепой, как мысленно окрестила его Матильда, отвернулся и теперь сидел к ней почти спиной.
Виновата одна дохлая львица: я производил ее вскрытие, изучая двигательный аппарат семейства кошачьих. Ведь это же совершенно никому не интересно! Иногда я говорил себе: какое чудо, а порой думал: черт возьми, львы просто ходят, пятятся назад, прыгают, и нечего тут больше знать. А в один прекрасный день я сделал неловкий надрез скальпелем.
И из трупа брызнуло во все стороны.
Точно. А вы-то откуда знаете?
Был один парень, что когда-то построил колоннаду Лувра, он погиб именно так: его убил верблюд, лежавший на секционном столе. Но то было давно, и то был верблюд. Разница все же есть.
Падаль остается падалью. Брызги попали мне в глаза. Я погрузился во тьму. И все, с тех пор я уже не мог видеть. Черт бы меня побрал!

Вышеприведенное несколько лет назад стало рубежом, до которого я дочитала "Человек, рисующий синие круги": красавец-слепец с роковой дохлой львицей и пафосными речами меня подкосил.
Амбула
"Мертвые, вставайте" я дочитала до конца. Спасибо дереву, хотелось всё-таки собственными глазами прочесть объяснение. Прочитала, убедилась, что так и думала. Хихикнула мысленной картинке перелезания через забор с лопатой и саженцем.
Но зачем было дерево? Зачем было ждать пятнадцать лет? Больной преступный ум, чего вы хотите! Не приставайте к мадам автору с глупой логикой и вопросами " а зачем, собственно?". Мадам так старается сделать нам увлекательно...
Мадам взяла кукол мужского пола, дала им имена, а чтоб не путать их, дала каждому любимую эпоху и чудачество-пометку.
Поклонник первобытных времен порывается бегать нагишом, знаток Средних веков щеголяет серебряными перстнями, а специалист по Первой Мировой обзывает всё фронтами и окопами.
Теперь читатель не перепутает этих трех платмассовых Кенов, а для подогрева интереса надо нагнетать атмосферу. Нагнетает она так:

Но полицейский, прервав допрос, приказал им остановиться. Это был молодой тип с упрямым, ограниченным выражением лица, соответствующим самому прискорбному представлению об идиоте, которому приказ заменяет способность мыслить.
(ничего-ничего, счас наши всё раскроют!)

Внезапно разъярившись, старый грек вернулся обратно и схватил полицейского за лацканы. Марк подумал, что он собирается набить ему морду и на это стоит посмотреть. Но старик дрогнул.
– Нет, – сказал Симеонидис после паузы. – Не стоит.
Он выпустил из рук полицейского, будто что-то нечистое, и вышел из комнаты, ...
( и всюду страсти роковые, и от судеб спасенья нет!)

Принимайтесь за работу, времени у вас немного. Этот полицейский может в конце концов найти законный способ запретить вам смотреть архивы.
( пороется там внизу, в гостиной, и найдет способ)

– Вам следует поторопиться, – сказал он. – Полиция пытается найти способ закрыть доступ к моим архивам. У них сейчас нет времени самим заниматься ими, и они, должно быть, опасаются, что их опередит сам убийца. Я слышал после сна, как этот дурень куда-то звонил. Он хочет опечатать архивы. И похоже, добьется своего.
(начальство, видимо, сопротивляется, но он добьется. Телефон-то он нашел!)

– Через полчаса? – воскликнул Марк. – Ты хочешь свалить через полчаса, когда нужно переписывать кучу документов, а ты тут прохлаждаешься и грезишь о своих военных дневниках?
Не вставая, Люсьен указал на свою сумку.
– Там два с половиной килограмма портативного компьютера, – пояснил он, – девять килограммов сканера,...
(Тадаммм!)

а также духи, пара трусов, толстая веревка, спальный мешок, зубная щетка и кусок хлеба.
( в рюкзаке моем сало и спички и Тургенева восемь томов)
Вот так мадам оперирует характерами и обстоятельствами.
Так же легко, как предметами:

Люсьен попросил Симеонидиса показать ему, как выйти во дворик, сходил за свертком и засунул его на самое дно сумки.
( этот сверток - компьютер и девятикилограммовый сканер. )
С трупами мадам обходится подобным же, незамутненным размышлениями, образом.
15 понравилось
2
387

Комментарии 2

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Рецензия на книгу

Мертвые, вставайте

Фред Варгас

(0)

JDoe71
22 ноября 2014
Как провалилась акция "Дадим автору еще один шанс"
Преамбула:

У вас тяжелый характер.
Очень. Ко всему прочему я еще и слепой.
О господи, - воскликнула Матильда. - Извините меня!

Человек повернулся к ней с недоброй улыбкой:
А зачем вам извиняться? Ведь в этом нет вашей вины.

Матильда решила, что ей пора перестать болтать. Однако, она была совершенно уверена, что ей это не удастся.
А кто же в этом виноват?

Красавец-слепой, как мысленно окрестила его Матильда, отвернулся и теперь сидел к ней почти спиной.
Виновата одна дохлая львица: я производил ее вскрытие, изучая двигательный аппарат семейства кошачьих. Ведь это же совершенно никому не интересно! Иногда я говорил себе: какое чудо, а порой думал: черт возьми, львы просто ходят, пятятся назад, прыгают, и нечего тут больше знать. А в один прекрасный день я сделал неловкий надрез скальпелем.
И из трупа брызнуло во все стороны.
Точно. А вы-то откуда знаете?
Был один парень, что когда-то построил колоннаду Лувра, он погиб именно так: его убил верблюд, лежавший на секционном столе. Но то было давно, и то был верблюд. Разница все же есть.
Падаль остается падалью. Брызги попали мне в глаза. Я погрузился во тьму. И все, с тех пор я уже не мог видеть. Черт бы меня побрал!

Вышеприведенное несколько лет назад стало рубежом, до которого я дочитала "Человек, рисующий синие круги": красавец-слепец с роковой дохлой львицей и пафосными речами меня подкосил.
Амбула
"Мертвые, вставайте" я дочитала до конца. Спасибо дереву, хотелось всё-таки собственными глазами прочесть объяснение. Прочитала, убедилась, что так и думала. Хихикнула мысленной картинке перелезания через забор с лопатой и саженцем.
Но зачем было дерево? Зачем было ждать пятнадцать лет? Больной преступный ум, чего вы хотите! Не приставайте к мадам автору с глупой логикой и вопросами " а зачем, собственно?". Мадам так старается сделать нам увлекательно...
Мадам взяла кукол мужского пола, дала им имена, а чтоб не путать их, дала каждому любимую эпоху и чудачество-пометку.
Поклонник первобытных времен порывается бегать нагишом, знаток Средних веков щеголяет серебряными перстнями, а специалист по Первой Мировой обзывает всё фронтами и окопами.
Теперь читатель не перепутает этих трех платмассовых Кенов, а для подогрева интереса надо нагнетать атмосферу. Нагнетает она так:

Но полицейский, прервав допрос, приказал им остановиться. Это был молодой тип с упрямым, ограниченным выражением лица, соответствующим самому прискорбному представлению об идиоте, которому приказ заменяет способность мыслить.
(ничего-ничего, счас наши всё раскроют!)

Внезапно разъярившись, старый грек вернулся обратно и схватил полицейского за лацканы. Марк подумал, что он собирается набить ему морду и на это стоит посмотреть. Но старик дрогнул.
– Нет, – сказал Симеонидис после паузы. – Не стоит.
Он выпустил из рук полицейского, будто что-то нечистое, и вышел из комнаты, ...
( и всюду страсти роковые, и от судеб спасенья нет!)

Принимайтесь за работу, времени у вас немного. Этот полицейский может в конце концов найти законный способ запретить вам смотреть архивы.
( пороется там внизу, в гостиной, и найдет способ)

– Вам следует поторопиться, – сказал он. – Полиция пытается найти способ закрыть доступ к моим архивам. У них сейчас нет времени самим заниматься ими, и они, должно быть, опасаются, что их опередит сам убийца. Я слышал после сна, как этот дурень куда-то звонил. Он хочет опечатать архивы. И похоже, добьется своего.
(начальство, видимо, сопротивляется, но он добьется. Телефон-то он нашел!)

– Через полчаса? – воскликнул Марк. – Ты хочешь свалить через полчаса, когда нужно переписывать кучу документов, а ты тут прохлаждаешься и грезишь о своих военных дневниках?
Не вставая, Люсьен указал на свою сумку.
– Там два с половиной килограмма портативного компьютера, – пояснил он, – девять килограммов сканера,...
(Тадаммм!)

а также духи, пара трусов, толстая веревка, спальный мешок, зубная щетка и кусок хлеба.
( в рюкзаке моем сало и спички и Тургенева восемь томов)
Вот так мадам оперирует характерами и обстоятельствами.
Так же легко, как предметами:

Люсьен попросил Симеонидиса показать ему, как выйти во дворик, сходил за свертком и засунул его на самое дно сумки.
( этот сверток - компьютер и девятикилограммовый сканер. )
С трупами мадам обходится подобным же, незамутненным размышлениями, образом.
15 понравилось
2
387

Комментарии 2

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.