Глава 4. Оно само
Анжелика сидела в кресле и отчаянно кусала губу, пытаясь сдержать слезы. Щеки уже стали пунцовыми, даже кончики ушей порозовели.
– «Во всем мире с разницей в пять минут произошли массовые отключения электричества. Пользователи сети шутят, что во всем виновата писательница из Петербурга, которая за минуту до этого сообщила, что является ведьмой, а потом исчезла. Пользователи разделились на несколько лагерей: большинство считает это глупым пиаром. Но нашлись и люди, которые поверили в существование магии. Таким образом, пользователи твиттера вывели на первое место в тренды хештег: «гдемоеписьмоизхогвартса». – Ник оторвался от телефона и удрученно вздохнул, перевел взгляд на Анжелику, щеки которой еще сильнее покраснели и теперь были цвета спелого арбуза.
– Я не хотела. Оно само.
Никита покачал головой. Анжелика хлюпала носом, почти не видя из-за пелены слез.
– «Пользователи сети ищут писательницу Анжелику Матвееву, которая исчезла после сенсационного признания. Несколько часов назад девушка заявила, что ее роман – автобиографичен, она является ведьмой, а затем просто исчезла. Подписчики ее страницы в социальной сети пишут комментарии под последним постом, прося ее объяснить, что произошло».
– Оно само, – прошептала Анжелика. Матвей положил руку на ее плечи, прижал к себе и поцеловал в макушку.
– Ты не виновата.
Анжелика хлюпнула носом, слезы потекли по щекам.
За окном начало светлеть, наступал поздний рассвет. Небо хмурилось, но вдали виднелся кусочек голубого неба и восходящее солнце. Рассвет мерцал вдали прямо как магия мерцала еще вчера в венах ведьм.
Они не спали всю ночь. Думали, читали новости и ждали Макса, который велел им не выходить из дома. И не отвечать на звонки. И тем более не постить ничего в социальных сетях.
Руслана принесла поднос с чашками кофе. Темные волосы она собрала в неряшливый хвост, из которого вылезла челка. Выразительные глаза обеспокоено смотрели в сторону Анжелики.
– Давайте признаем, что это было эпично, – сказала Руслана и подала Анжелике чашку. Писательница сделала глоток обжигающего кофе и почувствовала, как тепло разлилось по телу. – Прямо как Тони Старк в «Железном человеке»!
– Именно. Я думала, это коснется только меня. И вообще… Я это не планировала. Оно само.
– Само… – пробормотал Ник, который продолжал читать новости о последних событиях. И чем дольше он копался в сети, тем сильнее хмурился. – Ведьмы по всему миру потеряли магию. И маги, кстати, тоже.
Ник раздраженно щелкнул пальцами, показывая, что тоже стал обычным человеком.
– Это просто магия. И без нее жить хорошо.
– Тебе хорошо.
– Я же не знала…
Руслана села с Ником и отняла у него телефон, покачала головой, вздернув брови. Ник лишь пожал плечами. Он не хотел жалеть Анжелику.
– У Елены есть план, верно? Ведь так сказал Макс?
– Верно, – пробормотал Ник.
В дверь позвонили, Руслана подскочила с места и выбежала в коридор. Анжелика сжалась в комок. Она знала, кто это. Сейчас ее будут медленно убивать. С чувством, с расстановкой, так, чтобы ей было больно. Ведь из-за нее магии лишилась сама Великая Ведьма.
– Все могут ошибаться. Все будет хорошо. – Матвей сжал ее руку. Она постаралась выдавить улыбку, но не смогла. Мышцы лица словно закостенели, отказались ей подчиняться.
В комнату зашел Макс, стянул с себя шарф, оглядел всех присутствующих. Он расстегнул длинную шубу из искусственного меха, снял и кинул ее на кресло.
– Кофе? – спросила Руслана.
– Не откажусь. – Макс поправил волосы, доходящие до плеч, Анжелика заметила сережку в виде креста в его левом ухе.
– Я не хотела, – прошептала Анжелика, опустив глаза.
Макс тяжело вздохнул, сел на диван. Немного подумал и покачал головой, пытаясь понять, как смягчить тон.
– Мы на пороге хаоса. Проклятие мы снимем. Еще не знаю как, когда, но снимем. Но в мире остались провидцы и немного магов, которые могут колдовать. Пока все тихо, но как скоро они поймут, что сейчас их шанс захватить власть над смертными? Теперь, когда Елена не может их остановить? Соберут свою армию – и вперед! И будет у нас новый Ярослав.
– Зачем? – спросил Матвей, опасливо глядя на Макса. Еще вчера он был обычным парнем, который жил в Паттайе, работал в баре, а единственной его проблемой был тот факт, что его девушка немножечко мертва. И вот он уже посреди магической заварушки вселенского масштаба.
– Зачем? Первыми появились маги. Ярослав был первым, он и создал остальных. Он всегда хотел изменить ход жизни, стать главным. И собирал армию. Медленно, не спеша, но у него получалось. Но потом появилась Елена, которая нарушила все его планы. Тысячу лет ведьмы были сильнейшими созданиями на земле. А теперь ведьм нет. И провидцев сдерживать некому. Зато есть огромный скандал в интернете и споры людей, которые все гадают, как исчезла Анжелика. Людей, которые, открыв рты, ждут, когда им скажут: письмо из Хогварста надо? Взамен прошу только твою верную службу, когда мы будем захватывать власть.
– Я не хотела, – тупо повторила Анжелика. – Оно само. Так вышло. Случайно. Наверно… но это не точно.
– Поэтому Елена всегда плохо отзывается о ведьмах фантазий. Все вы такие: «оно само»! – сказал Макс, но потом рассмеялся, потряс головой, отчего волосы упали на лицо, закрыв ухо и сережку. – Ладно, придумаем что-нибудь. Дай Бог, хотя Бога и нет, никто не захочет воспользоваться моментом и захватить власть над смертными.
Все удрученно вздохнули, переглянулись.
Макс нервно закусил нижнюю губу, сощурил глаза. Вот уже тысячу лет слухи о Великой Ведьме пугали все магическое сообщество. Даже если не верили в ее существование, нарушать главное правило все боялись. Знали, насколько она сильна, насколько опасна. Но теперь Великая Ведьма стала обычным человеком. У нее больше нет власти и возможности удержать провидцев. Теперь они сами по себе. Теперь они могут закончить то, что начал Ярослав.
Макс надеялся, что у них хватит мозгов молчать, не пользоваться случаем и продолжать хранить свою тайну. Анжелика сейчас с ним, значит, она не добавит магического огня в тлеющий костер. Да и магии у нее больше нет, чтобы доказать что-либо.
– Ты сказал, Бога нет? – спросила Руслана, теребя цепочку, на которой висел крестик.
– Нет. И не было никогда. Есть лишь один Бог – Смерть. Она создала нас, жизнь, а потом захотела, чтобы ее сынишка прожил чуть дольше обычного человека, и дала ему магию. Ну а там уже понеслось. Ярослав захотел жить вечно, создал армию, построил деревню, где мужчины правили, а женщины им прислуживали. Но потом Елена обманом стала ведьмой, но он был хитер и проклял ее. Дважды. Первое проклятие давно разрушено. А вот второе… Вчера активировала Анжелика.
– То есть… Смерть существует? Смерть? – не сдавалась Руслана, часто моргая.
– Ну да. Кто-то же должен был создать нас. Не знаю, откуда она взялась, даже не спрашивайте. Я знаю то, что знает Елена. А она это узнала от Ярослава.
Руслана кивнула, посмотрела на крестик, а потом спрятала его под футболкой. Узнав, что Бога нет и некому больше молиться, она решила, что молиться не перестанет. Ей нужна эта вера. Человеку же нужно во что-то верить?
– А Елена… – пробормотала Анжелика, несмело поднимая глаза. – Ну… очень злится, да?
Макс тяжело вздохнул, наклонился к Анжелике, чтобы заглянуть в ее испуганные глаза. Щеки писательницы покраснели, а губы были искусаны почти до крови. Он перевел взгляд на ее руки, заметил, как она теребила край джинсовой рубашки.
– Стоило тебе рассказать. Если бы ты знала…
– Оно само…
– Писатели! «Оно само»! – Макс рассмеялся, а Анжелика смогла хоть немного расслабиться. – Елена будет злиться, поругается, но она справедлива. Ты не хотела. Но не подливай масла в огонь.
– Буду молчать, – кивнула Анжелика.
– У нее весь директ завален, – сказал Матвей, который вызвался помогать ей с продвижением в соцсетях, а потому вел вместе с ней страницу. – Пишут, спрашивают. Комментарии под постами, отметки так и летят. Все ее ищут. Она должна сказать хоть что-то.
– Без разрешения Елены – нет. Сейчас только она знает, что делать с этой ситуацией. Она жила тысячу лет, она была здесь, когда все это начиналось. Нужно слушать ее.
Анжелика кивнула, Матвей вновь сжал ее руку. Ник лишь недовольно вздохнул. Он не хотел молчать. Он не хотел лишаться магии.
– У меня вопрос. Я думал, магии лишились все. Что за провидцы? – спросил Ник, вздернув брови. – Какая разница?
– Грубо говоря, проклята была именно Елена. Не вы. Но в вас течет ее магия, а проклятие обнулило всю магию, которую создала Елена. То есть вас.
– Сложно.
– Не то слово. Как сказала бы Ева, все сложнее, чем в сериале «Остаться в живых». Сейчас попробую объяснить.
Макс задумался, поправил волосы, зачесав их пальцами назад.
– Ярослав передал частицу магии Елене и проклял ее. Далее она создала ведьм, которым передала частицу своей магии. В каждой ведьме течет частица ее магии, поэтому от проклятия лишились магии и вы. Далее маги. Вы знаете, что магом можно только стать. Линия магов, которая получила магию от самого Ярослава, магию не потеряла. Вопрос только в том, где они. И есть ли они? Большинство из вас пошли все же от ведьм. Ведьмы влюблялись, делали парней магами, ну а дальше уже неважно, кто передавал магию – ведьма или маг – пошли вы от Елены. А потому лишились магии. Но есть еще провидцы. И Елена вам сама потом объяснит, как так вышло и откуда они взялись. Тут все слишком сложно. Это ее история.
Ник нахмурился, кивнул, сложив руки на груди. Влез в чужую войну, да, дело плохо.
– Так, ладно. – Макс хлопнул руками по ногам. – Смог достать билеты только на завтра. Новый год, ажиотаж. Поэтому сидим и не рыпаемся, а завтра едем в Сагавиль.
– Я остаюсь дома, – сказала Руслана.
– Уверена? – спросил Ник.
– Я ничего не смыслю в магии. У меня работа. Я остаюсь, милый.
Ник кивнул, нахмурился еще сильнее. Анжелика же вновь опустила глаза, понимая, что все это из-за нее.
А за окном небо затянуло тучами и пошел снег.
Лунный камень слабо светился на ее руке, подсказывая, что она теперь может сделать. Нож поблескивал в тусклом свете свечей, весь пол был в крови, ведь она пыталась убить себя, но не сумела. Каждый раз раны затягивались. А она не ощущала даже боли.
– Хотела жить вечно? Получай! – пробормотала Белла, кидая нож в ванну. Она гневно посмотрела на свечи, словно это они были виноваты, что она больше не может колдовать. – И что теперь делать?
Камень замерцал ярче, напоминая о своем плане. Белла же помотала головой.
– Магазин? Что за глупости… – твердила Белла камню. – Я хотела жить вечно и быть свободной! А в итоге привязана к тебе… Так ты еще и человеческие жертвы просишь, чтобы даровать мне вечность.
Она откинула от себя камень, но потом вновь подняла его.
Не сделает, как он просит – умрет. Рано или поздно он не сможет поддерживать ее жизнь, если она не принесет ему чью-то жизнь в жертву. Невинный человек в обмен на ее бессмертие.
Но она не готова умирать. Еще рано… Хоть и пыталась изрезать себя до смерти еще пять минут назад, но делала это, ведь понимала, что план ее с треском провалится. Умирать она боялась.
Как же она ошиблась, когда решилась на такой шаг. Да, теперь она неуязвима, может жить вечно, но какой ценой?
Белла вновь посмотрела на камень, который нетерпеливо мерцал в ее руках, казалось, что по нему плыли облака, заставляя его грани искриться в свече свечей.
– Ладно!.. К черту других людей. Они сами сделают свой выбор, когда купят что-то из моих рук. – Она закрыла глаза, а потом почувствовала, что парит в воздухе. Словно тело исчезло, как и все вокруг. Она оказалась в черной дыре, которая несла ее в небытие…
Белла почувствовала боль в груди, а потом резко выдохнула и открыла глаза. Секунду болело все тело, словно ее сожгли на ритуальном костре, но потом все стихло.
Она села и огляделась, пытаясь осознать, где оказалась.
Она умерла.
Разве нет?
Вокруг ничего не было.
Словно огромная белая бесконечная комната.
А она сидела на полу, одетая лишь в белоснежную рубашку.
Вспышки воспоминаний застилали ей глаза, заставляли сердце биться чаще. Ладошки вспотели, а грудь сдавило, стало трудно дышать. Боль. Боль по всему телу.
Она вспомнила Анжелику, которая с ненавистью и отвращением смотрела на нее. Белла это заслужила. И она это знала.
Вспомнила, как Анжелика орала на нее. Заслужила и это.
Вспомнила, как хотела сдохнуть.
А потом Анжелика вызвала магический огонь.
Белла могла уйти. Проклятого огонь не убьет, камень не позволил бы.
Но она хотела уйти.
Она хотела сдохнуть.
Белла распахнула глаза, часто задышала. Грудь продолжала болеть, казалось, кто-то ножом выскребал из нее сердце. Но она заслужила эту боль. Как никто другой.
Она завыла, притянула коленки к подбородку, пытаясь сжаться в комок. А потом резко выдохнула, едва увидела, как кровь потекла по ее рукам. Белая рубашка окрасилась в алый, руки по локти были в крови. Капли капали с них, заливая идеально белый пол.
Но это не ее кровь.
А кровь всех, кого она убила.
Разве не так?
Слезы катились из глаз, а сердце не переставало болеть.
Больно. Как же больно.
«Ты же этого хотела. Разве нет?»
И едва Белла осознала, что ее желание сбылось, вдалеке появилась деревянная дверь. Кровь исчезла, рубашка вновь стала белой, на ногах появились джинсы и ботинки.
Белла несмело поднялась, пошатнулась, но устояла. Она вдруг поняла, что боль исчезла. Словно по щелчку пальцев. Раз. И ей опять не больно. Ни на что не надеясь, она провела пальцем по вене на руке, но магии в ней не было. И быть уже не могло.
Качаясь, Белла побрела к двери. Что там? Ад? Она заслужила гореть в Аду. Так сказал тот провидец, верно?
«Ты будешь гореть в Аду!»
Белла потянула дверь на себя, зажмурилась от яркого света и ступила в неизвестность.
На секунду она оказалась во тьме, но потом она рассеялась, и Белла вышла к свету. Зажмурившись, она огляделась и поняла, что попала в коридор. Обшарпанные стены, с которых слезала краска, гниющий линолеум на полу, неудобные деревянные скамейки без спинок. Цветы в горшках, которые не поливали так давно, что они начали увядать.
И люди. Много людей.
Парни и девушки, бабушки и дедушки сидели на скамейках, стояли, прислонившись к стенам. Кто-то обмахивал себя листком бумаги, спасаясь от жары, кто-то просто истекал потом.
– Имя, город, вид.
Белла обернулась и заметила девушку, стоявшую за стойкой регистрации. Широко открыв карие глазки, она безразлично глядела на Беллу.
– Простите?
– Вы должны получить документы на регистрацию. Вы умерли, и теперь должна решиться ваша судьба. Людей не хватает, а потому вам придется немного подождать в очереди. Сейчас я вас зарегистрирую, а когда подойдет ваша очередь, войдете вон в ту дверь, где решат, куда вы отправитесь дальше. – Блондинка указала на дверь в конце коридора. Белле пришлось сощуриться, чтобы заметить еще одну деревянную дверь. Сколько же здесь людей? Тысяча? Больше? И все они тоже ждут своей участи.
– Э-м… А куда можно отсюда пойти?
– Узнаете, когда подойдет ваш черед. Если вы чисты – место будет хорошее, не сомневайтесь. Если же нет…
– Гореть тебе в Аду…
Блондинка приторно улыбнулась, а потом вздернула брови.
– Моя смена скоро заканчивается.
– Да… – Белла прокашлялась. – Белла Дмитриева. Санкт-Петербург. Ведьма… Проклята лунным камнем.
– Угу. – Блондинка быстро печатала, потом нахмурилась, взглянув на Беллу, скривила миловидное личико. – Ваши документы. Прошу, ожидайте вашей очереди.
Белла взяла протянутую ей бумажку, отошла от стойки регистрации, заметила, как люди проходили сквозь двери, и задумчиво оглядывались.
Сжав документ, Белла отошла к стене, привалилась к ней спиной и часто задышала. Страх налип на нее, словно паутина, липкая, тягучая, как мед. Казалось, сейчас ее кожу покроют пчелы, а потом пауки затянут в свой кокон.
Ноги подкашивались, но она стояла.
Мозг бешено работал.
«Решится ее судьба».
Она заслуживает гореть в Аду, ведь так? Она создала магазин, который погубил столько людей. Она знала, но потакала всему, лишь бы жить вечно. До последнего дня боялась хоть как-то противостоять, лишь плыла по течению, зная, сколько людей умирает по воле магазина каждый день.
Эта кровь на ее руках.
Но может… Может, она все же заслужила искупление?
Она все осознала. Она сожалеет.
Но что там дальше? Приторная блондинка ей ничего не сказала.
Есть ли Ад? И если есть, то каков он? Ее будут пытать? Делать больно? Варить в котле? Жечь на костре снова и снова?
Или они заставят ее переживать самые страшные моменты ее жизни?
Безнадега якорем повисла на шее.
Она знала, что не заслужила свет. Она заслужила гнить во тьме.
Так давайте уже быстрее. Когда уже дойдет ее очередь?
Белла оглянулась. Заметила опустошение в лицах людей, грусть, понимание неизбежности. И смиренность.
– Простите. – Белла толкнула в плечо парня, который стоял недалеко от нее. – Долго вы уже здесь?
Парень открыл было рот, но потом задумался. Казалось, его мозг отправился на перезагрузку, взгляд потух, но потом вновь зажегся. Он взглянул на Беллу и пожал плечами.
– Давненько уже. Но нам же некуда торопиться? Может, тут лучше, чем там дальше. Кто его знает… Хотя, может я и отправлюсь в лучшее место. Посмотрим, что мне скажут.
Белла кивнула, попыталась выдавить улыбку, но не сумела. Парень вновь погрузился в свои мысли. Он что-то бормотал себе под нос, загибал пальцы, потом качал головой и начинал заново.
– Может, и не в Ад. Может… – сказал он громко, а затем забормотал что-то.
Белла отвернулась и закрыла глаза. Нужно просто дождаться очереди. Если там решают судьбы люди, то она сможет с ними поговорить, объяснить, склонить на свою сторону. Почему нет?
И правда, почему нет?
Белла постаралась успокоиться, но не могла перестать думать. И чем больше мозг подкидывал ей воспоминаний из прошлого, тем страшнее ей становилось. Страх все сильнее опутывал ее паутиной, мешая дышать.
Она вспомнила, как впервые влюбилась. Знала, что нельзя быть с ним. Знала, что проклята. Но не смогла сдержаться. И это была первая кровь на ее руках. Она его убила. Потому что не смогла быть сильной и отпустить его.
А потом она захотела жить вечно. Израненное сердце отказывалось любить вновь, а потому она решила, что должна получить хотя бы вечность.
Но и здесь она провалилась.
Лунный камень позволил ей жить вечно. Но не так, как она того хотела. Не так.
Белла открыла глаза и оглядела очередь. Она вообще двигалась? Сколько ей еще ждать?
Она резко выдохнула, покачала головой и вновь окунулась в воспоминания.
Она еще не знала, что никакого распределения нет. Что это очередь бесконечна.
И что ее ад – вечное ожидание. Томительное, душное.
Ее котел – воспоминания.
Она сама сожжет себя дотла чувством вины.
