Кочевник

Города

«Мой город вырос, в камень врос…»

Первопроходцам Мангышлака

I

Мой город вырос, в камень врос
На диком кочевом просторе
На стыке белых скал и моря.
И нам ещё не время врозь.

Ночами близок Млечный путь,
Привычен зной и полдень пыльный,
Друзей квартиры не остыли,
И дали дальние не ждут,
А близкие – не отпустили.

И, буйным нравом наделён,
Как прежде крепок и нахрапист,
Воспринимая штиль как слабость,
Ревёт волнами аквилон.

И держит цепко город-сад —
Мы и ровесники, и братья —
Не тягостны его объятья:
Стремятся в дали паруса,
Но возвращаются обратно …

II

Кто жил у света на краю,
Кто знает, где садится солнце,
Уже нигде не приживётся,
Едва ли, может быть, в Раю…

Кто первый камень заложил,
И тягостный пейзаж нарушил,
И край неласковый обжил;
Кто зноем опалён и стужей,
И каждой каплей дорожил,

И на безжизненной земле,
Лишённой всякого покрова,
Растя раскидистые кроны —
Укоренился здесь, в скале,

Терпенье принявшей, и боль,
Подобно выгоревшей робе,
Впитав и слёз, и пота соль,
Любовь и преданность до гроба,
Тот в землю эту и сошёл.