Глава 33. Поиск имени
Внос ударил сладковатый запах кальянного дыма. Мы прошли вдоль небольшой барной стойки в первый зал. Три столика из пяти были заняты. Гости увлечённо булькали своими кальянами и общались, сидя в белом фруктовом тумане.
– Пошли в випку, – сказал Федя, отодвигая плотную штору, за которой скрывалась ещё одна комната.
Через минуту я, скинув кеды, сидел на глубоком диване, сделанном из поставленных друг на друга деревянных поддонов с кучей накиданных сверху мягких подушек. Федя сел рядом и заказал кальян на грейпфруте.
Раньше я был фанатом кальяна и, работая в «Айвенго», даже открыл в нашем ночном клубе небольшой бизнес по этому направлению, привезя из челябинского «Кабуки» кальянного мастера Макса, который обучил меня и нескольких барменов готовить крутые кальяны. С боссом договорился, что буду получать процент с каждого заказа.
Переехав в Питер, я ещё несколько лет каждую неделю брался за трубку этой паровой машины, как ребёнок протягивает свои ручки к соске. В один момент почувствовал, что густой дым вытесняет из головы важные мысли, заполняя её сладким туманом. После полуночных покурок в голове чувствовалась тяжесть, а в сознании появлялась дурманящая рассеянность.
Понял, что дальше с кальяном мне не по пути, и больше не сделал ни одной затяжки. Для восстановления лёгких стал подолгу плавать под водой на задержке дыхания.
Принесли кальян. Рядом с моим ухом раздались знакомые булькающие звуки, запуская в голове цепочку воспоминаний и активируя ответственные за получение удовольствия нейроны. Федя сделал смачную затяжку и протянул мне трубку. Я выразительным жестом дал понять, что не буду.
– Зря, – отреагировал тот, выпуская порцию густого дыма. – У нас очень крутой табак, мастера хорошие и сами кальяны дорогие. Всем нравится.
– Спасибо, бро, но топлю за здоровье и ясность мыслей, – ответил ему я. – Слушай, а ты как операционно успеваешь заниматься сразу несколькими проектами: кальянной, гироскутерами?
– Да вообще без проблем, – спокойно ответил он. – Я говорю, что делать, и команда делает.
– Объясню, почему спросил. У меня раньше тоже был веер проектов в разных направлениях. В итоге все их закрыл. А сейчас ты предлагаешь запустить вместе агентство, и я, накладывая это на свой прошлый опыт, понимаю, что на рынке дорогой недвижимости не получится работать на полшишечки. Компания будет требовать полного погружения, иначе империю мы не построим.
– К погружению готов, – с улыбкой сказал Федя, заткнул нос рукой и надул щёки, как будто планировал нырнуть. – Есть мысли, как назовём агентство?
– Я не думал ещё, если честно, – задумчиво произнёс я, глядя сквозь клубы дыма куда-то в потолок, – но мне нравится название «Грейстоун».
– Оно уже занято, – засмеялся Федя. – Надо что-то такое же придумать. Вечное, простое и статусное, как «серый камень».
Мы какое-то время молчали, перебирая в голове варианты названий. Раз в тридцать секунд молчание прерывалось бульканьем кальяна. У меня в голове крутились английские слова с цветами: «грэй», «рэд», «пинк», «блу», «блэк», «вайт».
«Вайт» – белый. От него исходит какой-то свет, чистота, простота – размышлял я про себя, едва заметно шевеля губами, словно проговаривая приходящие в голову мысли, – надо к нему какое-нибудь второе слово. «Стоун», «вуд», «волл». Вайтволл – белая стена. Вот оно.
– Вайтволл, – громко произнёс я. От такого удачного названия у меня по спине побежали мурашки. – Давай назовём компанию Whitewall, что по-английски означает «белая стена». Это как символ нового, чистого, светлого пространства. Хорошая ассоциация с недвижимостью, и звучит элитно.
– Звучит действительно круто, – сказал Федя, протягивая руку к макбуку, лежащему на столе. Стол был сделан из большой деревянной катушки от кабеля, а сам интерьер кальянной вместе с тусклым светом и клубами белого дыма напоминал военный склад. – Надо проверить, свободен ли домен whitewall.
Секунд тридцать Федя сосредоточенно что-то делал на ноуте, после чего с досадой произнёс:
– Домен занят.