4. Глеб
Если бы я знал, что меня будет так гнуть, я бы не приходил на эту дурацкую вечеринку.
Я сжал бокал так, что хрустнуло стекло. Элитный коньяк горел в горле, но не мог сжечь этот ком, застрявший где-то между рёбер.
Она сидела в углу.
Лиза.
Та самая Лиза, которая пять лет назад разбила мне сердце вдребезги. Та самая, после которой я не мог спать по ночам. Та самая, чьё имя до сих пор выжжено на моей душе.
Алина что-то говорила мне, касаясь моего плеча. Я кивал автоматически, не слыша ни слова. Всё моё внимание было приковано к ней.
К тому, как она кусает губу, когда нервничает, к тому, как её пальцы теребят подол платья. Чёрного, слишком простого и траурного для этой вечеринки. К тому, как она не смотрит в мою сторону.
– Глеб, ты меня вообще слушаешь? – Алина щёлкнула пальцами перед моим лицом.
Я вздрогнул.
– Конечно, солнце.
Ложь. Гнусная, подлая ложь.
Я обнял её за талию, притянул к себе. Она пахла дорогими духами. Её идеальное тело, её любовь, окружавшая меня, сейчас казались пресными.
Я не почувствовал ничего. Только пустоту.
А в углу Лиза смеялась с другими гостями. Она стала ещё красивее, ещё сексуальнее, ещё желаннее. Без косметики, с небрежно собранными волосами Лиза была богиней.
Моё сердце бешено заколотилось.
– Мне нужно в туалет, – я поцеловал Алину в висок и быстро отошёл, оставив её растерянную, с открытым ртом.
Я не пошёл в туалет. Я вышел на балкон и закурил. Табачный дым обжёг лёгкие. Я схватился за перила, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Она здесь. После всех этих лет. После её измены.
Я должен ненавидеть её. Должен…
Но стоило увидеть её, и я с трудом сдержался, чтобы не заорать, чтобы не трясти её, спрашивать почему она со мной так поступила.
Хотел прижать к себе и никогда не отпускать.
Вместо этого я целовал Алину. Целовал, а сам представлял её.
Я – подлец, мерзавец, тряпка!
Последний глоток коньяка обжёг горло. Я швырнул бокал во двор. Он разбился, рассыпавшись на тысячи осколков. Как моё сердце пять лет назад. Как моя жизнь сейчас.
Я всё ещё люблю её – и это хуже всего.
После третьей сигареты я с трудом заставил себя вернуться на вечеринку. Лиза попрощалась с подругой и отправилась спать, даже не взглянув на меня. Она остаётся ночевать здесь, догадался я.
Хватит мучить себя, – решил я и вызвал такси.
В машине пахло дешёвым освежителем воздуха и чужими проблемами. Я сидел, впиваясь пальцами в кожаное сиденье, пока Алина что-то болтала мне на ухо. Её голос казался таким далёким, будто доносился из подводной лодки, застрявшей на дне океана.
– …а завтра у нас встреча с флористом, ты же не забудешь? Глеб? Ты меня вообще слушаешь?
Я моргнул, будто пробуждаясь от транса.
– Конечно, солнце.
Снова ложь.
Её губы изогнулись в обиженной гримасе, но мне было всё равно. Всё моё существо было там – в этом проклятом доме, где всё ещё осталась Лиза.
– Ты сегодня какой-то странный, – Алина скрестила руки на груди. – Это из-за неё, да?
Мои мышцы напряглись.
– О ком ты?
– Не притворяйся идиотом, Глеб. Эта… Лиза.
Сердце упало куда-то в район желудка.
– Не будь параноиком.
– Я не параноик, я женщина, – она резко повернулась ко мне, и в свете уличных фонарей её глаза блестели, как лезвия. – Я видела, как ты на неё смотрел.
Я стиснул зубы. Таксист в зеркало заднего вида бросил на нас любопытный взгляд.
– Мы просто старые друзья.
– Друзья, – фыркнула Алина. – Я знаю этот ваш "дружеский" взгляд.
Машина остановилась у её дома. Огромного, холодного, как сама она.
– Зайдёшь? – её пальцы скользнули по моему бедру. – Можем завтра сразу вместе поехать к флористу.
Я почувствовал тошноту.
– Не сегодня. Я устал.
Её лицо исказилось.
– Мы так давно не трахались… – капризничала Алина, водя рукой по моей ширинке.
– Алина, пожалуйста, – мой голос прозвучал хрипло. – Не сейчас.
Я хотел выйти и открыть ей дверь, но она выскочила из машины, хлопнув дверью так, что стекло задрожало. Через секунду её каблуки зацокали по асфальту.
Я не стал её догонять, даже не посмотрел ей вслед.
– Простите мою невесту, – пробубнил я таксисту. – Она немного…
– Да ладно, – отмахнулся он. – Куда теперь?
Мне хватило одной секунды, чтобы решиться. Сейчас или никогда!
– Отвезите меня обратно. Если можно побыстрее!
Двигатель заурчал, и мы рванули в ночь.
Я уткнулся лбом в холодное стекло. Город мелькал за окном, размытые огни, тени, силуэты. Как мои мысли – обрывочные, бессвязные, безумные.
Зачем я это делаю? Что я скажу ей? Почему спустя пять лет в груди всё ещё болит?
Машина резко затормозила.
– Приехали.
Я перевел дух и посмотрел на дом. В окнах ещё горел свет.
Сердце застучало, как молот.
Я пересчитал купюры, сунул их таксисту и выскочил на улицу. Мои шаги. Парадная дверь. Я замер перед ней, внезапно осознав всю абсурдность ситуации.
Что я скажу?
"Привет, Лиза, я только что бросил невесту возле её дома, чтобы признаться тебе, что спустя пять лет всё ещё не могу спокойно дышать, когда ты рядом"?
Я стиснул зубы и нажал на звонок.
Дверь открыла хозяйка дома, с изумлением уставившись на меня.
– Что-то случилось, Глеб? – спросила Даша. – Ты что-то забыл?
– Мне нужно поговорить с Лизой! – бесцеремонно вломился я в дом, отталкивая плечом хозяйку. – В какой она комнате?
– О, нет! – испуганно протянула она. – Это не лучшая идея. Знаешь…
Может быть, Лиза не одна, а с каким-нибудь мужиком? От этой мысли меня совсем переклинило.
– Где она, чёрт возьми? – взревел я, снова почувствовав острую, животную, невыносимую боль.
– Третья дверь направо, – сдалась Даша. – Если она будет снова плакать из-за тебя, Орлов…
– Спасибо, – бросил я, не дав ей договорить, и рванул в сторону лестницы.