Глава 7
Изумление переплетается с ностальгией, когда я слышу его обращение. Раньше он всегда называл меня бельчонком, благодаря цвету волос, и сейчас пусть это не та же форма, но это вызывает какую-то нелепую надежду.
Он ждёт ответа, и я не могу распознать его выражения лица. Раньше я могла понять по некоторым знакам.
Например, когда он нервничал, его большой палец всегда отбивал какой-то ритм. Или если он был счастлив, то его глаза улыбались. Не объясню, как это, но я будто видела этот блеск наяву, тогда как губы оставались неподвижны.
– Ты сейчас забудешь, как тебя зовут, мать твою! – в один момент я возвращаюсь в реальность.
Резко вокруг становится шумно, и я вижу лишь то, что Рома уже отталкивает меня и заносит кулак в воздух.
Нина в секунду оказывается около меня, и я вижу невысказанные вопросы на её лице.
Как буду объясняться перед ними, не раскрывая нашего давнего с Бойцовым знакомства, не знаю. Но сейчас меня больше волнует удар, который прилетает во Влада.
Он сплёвывает кровь, и я вижу, что его губа разбита.
– Рома! – повышаю голос, и мне кажется, что я доселе ни разу такого себе не позволяла.
Однако в эту же секунду смачный хук прилетает и в Золотова.
– Ещё раз тронешь меня, – цедит Бойцов, – придётся потратиться на пластического хирурга.
Не обращая ни на кого внимания, он уходит, а я провожаю его взглядом.
– Ты что творишь?! – тут же подлетает ко мне разъярённый Золотов.
Сглатываю. В таком тоне он никогда со мной не говорил.
– Ты намеренно его задираешь?! Это же опасно! – с одной стороны я говорю полную правду: – Перестань уже считать, что тебе все должны, Ром.
Стремительно оставляя позади всю ошарашенную компанию, хочу успеть извиниться перед Владом.
Иду по коридору, не наблюдая парня, куда он мог деться. Если сейчас тренировка, значит, точно в сторону раздевалок.
Поправляю сумку и, пользуясь тем, что все на перерыве, заглядываю в спортивный зал.
Однако там пока пусто, поэтому придётся зайти в раздевалки.
Вдыхаю в грудь побольше воздуха и, тихонько открыв дверь, вижу, как он, стоя в одних джинсах, с силой захлопывает шкафчик.
Кажется, что моё сердце только от частоты ударов остановится. Снова вдох, и я вхожу, намеренно закрывая дверь, отрываю нас от остального мира.
– Извини, Влад, – подаю осторожно: – Но ты тоже его провоцируешь.
Он застывает, так и не сменив позу, а сам поднимает голову к потолку.
Взгляд сам собой ползёт по очертаниям мышц спины, и… Мягко говоря, она выглядит не так, как я помню.
– Зачем пришла? – прислонившись к шкафчикам вполоборота, хрипит он, наконец.
– Я ведь не ответила на твой вопрос, – я буквально чувствую исходящие пары агрессии от парня.
Он усмехается и опускает глаза в пол. А потом, нахмурившись, вновь резко вскидывает взгляд исподлобья.
– И? Что же ты думаешь?
Растрёпанная чёлка ниспадает на лоб, чуть закрывая его лицо. Парень отталкивается и шагает ближе, насквозь пронзая меня своими тёмными омутами.
– Я бы хотела общаться, Влад, – отвечаю то, что действительно думаю: – Да, может быть, в прошлом…
Он щурит глаза.
– Что?! Случилось недоразумение?! – едкие интонации игнорирую и сама делаю шаг к нему, вставая вплотную.
Вижу, как его желваки гуляют по скулам, но он не двигается.
– Нет, случилась ошибка, – противостою, настроенная решительно.
На секунду Влад прикрывает глаза и качает головой, а мне становится очень жарко.
Будто его тело – это настоящая печка, от которой исходит пламя, опаляющее мою белёсую кожу.
– Знаешь, Аксёнова… – открывает он их вновь.
– Это ты ведь предложил? – перебиваю, потому что не хочу вновь слушать колкости.
Хочу понять, что у него в голове. Отчего он считает, что я злодейка.
Да, наши мнения не сошлись, но это ведь было четыре года назад. Мы оба стали взрослее, и…
– …Позлить твоего Кена, не более, – нагло усмехается он с неприязненным взглядом.
– А… – спустя паузу поджимаю губы в разочарованной улыбке: – Я просто подумала, что ты… Впрочем, неважно, я ошиблась.
Поднимаю взгляд, стараясь скрыть печаль и сожаление, а Влад стоит с плотно сжатой челюстью.
Уводит глаза в сторону, и я понимаю, что как бы я ни пыталась сделать из точки запятую, у меня не получится. Потому что этого хочу только я одна.
– Хорошего дня, – разворачиваюсь и выхожу из помещения.
Когда уже оказываюсь в коридоре, а дверь медленно закрывается, невольно оборачиваюсь.
Он стоит ровно в той же позе, замечаю, как шумно он дышит, потому что грудная клетка ходит ходуном. А его жестокие глаза все так же разбирают меня на атомы, делая больно.
Да, именно это я чувствую каждый раз, когда он смотрит на меня.
Снова посылаю нелепую улыбку с поджатыми губами и прячу тот факт, что в уголках глаз собираются слёзы.