Глава 8
Кира вернулась домой хмурая и перекинулась с мамой лишь парой фраз. Та расспрашивать не стала: она всегда давала Кире пространство, чтобы дочь решила сама, когда лучше поделиться новостями. Но в этот раз Кира не хотела делиться. А собственно, чем?
«Мама, в месте, где я работаю, убивают девушек из эскорта».
К слову, Кира так и не поняла, погибла ли та девушка или была только покалечена. Скорая к клубу не подъезжала, да вообще никто не подъезжал. Наверное, ее увезли на одной из машин гостей. Не исключено, что сам обидчик. Хотя откуда Кире знать…
Возвращаться в клуб не хотелось, и Кира только сейчас поняла, как умно выдавать заработок на следующий день. За ночь многое в памяти и эмоциях размывается, на душе становится легче, и мир уже не так ужасен. Человеческий мозг, в особенности память, поразительно устроен: люди быстро забывают плохое. А еще, как оказалось, если человек нуждается в финансах, то и совесть легко идет на сделку.
В понедельник клуб отдыхал, а значит, деньги должны выдать во вторник. Мысль о жертве гостя Киру не отпускала, поэтому на очередной лекции она решила подсесть к Даниилу.
Он был уже в другой рубашке, но тоже легкой и совсем не подходящей для осени. Волосы его, вероятно, отдыхали от геля, поэтому топорщились во все стороны. Без черной подводки парень выглядел усталым и скучным. Не осталось и следа от харизматичного Дэми. Но Кира была благодарна ему за спасение, поэтому намеревалась раскрыть себя, сблизиться и поболтать.
– Привет, – сказала она тихо, примостившись со стороны окна и своим движением вынудив Даниила подвинуться, что он сделал без охоты. – Ты меня помнишь? Я хотела спасибо сказать…
– Мы квиты, Ари, – холодно отозвался он, однозначно давая понять, что знает ее.
– Квиты? – Первое удивление прошло, и Кира с подозрением сузила глаза.
– Да, спасибо за ручку.
Кира чуть не поперхнулась. Чего стоит ручка против спасения от сексуально озабоченного мужика?
Раздался звонок – началась пара. Профессор в ту же секунду зашел в аудиторию, словно ждал все это время под дверью. Кое-где раздались недовольные вздохи тех, кто надеялся на забывчивость препода.
Даниил вытащил из кармана джинсов смятый кусок бумаги и аккуратно, даже с толикой любви разгладил его по парте.
– Хочешь, я тебе тетрадь подарю? – не удержалась Кира.
Парень лишь бросил насмешливый взгляд в ее сторону.
– Надеешься, что я снова окажусь рядом?
Кира отрицательно качнула головой:
– Просто жалко смотреть на этот огрызок в клетку.
Даниил хмыкнул, но промолчал. Он оказался непростым собеседником, и Кира бы не удивилась, будь у него брат близнец, который наряжается и вместо него поет на сцене.
– В общем, спасибо еще раз. И… – Кира секунду сражалась с собственной гордостью и возникшей между ними неловкостью, – …слушай, ты не знаешь, что случилось в приват-комнате? Там кто-то пострадал?
Даниил демонстративно вытащил из кармана ее же ручку, улыбнулся одними уголками губ и написал в углу мятого листа дату. Кира завистливо покосилась на ровные цифры: почерк у парня был отменный.
– Старайся не совать нос куда не нужно. Работай тихонечко и не отсвечивай, – произнес он, глядя в сторону кафедры.
– Звучит как фраза из старого фильма с плохой актерской игрой. Ты должен понимать, что если бы не…
– Тот хорек только полапать тебя хотел.
– Откуда знаешь, что он там хотел?
– Он и раньше приставал к новеньким.
– А та девушка? С ней-то что произошло? Мне нужно бояться?
– Только если решишь поработать в эскорте.
Даниил нахмурился, словно вокруг него начала летать назойливая муха, а под рукой не оказалось ни хлопушки, ни газетки.
– Она умерла, да? Он ее до смерти избил? – спросила Кира уже тише, пригнувшись.
И парень, ровно, как и Даша в тот вечер, резко к ней повернулся, даря уничтожающий взгляд.
– Послушай… Кира или Ари, плевать. Если тебя что-то смущает, просто вали. Беги без оглядки и не возвращайся. Таким правильным тихоням вроде тебя в «Бабочке» не место. Мы все там оказались не потому, что нам нечем заняться между поездками за границу, кто-то должен платить по счетам.
Очередной укол в адрес Киры и ее недалекости по части чужих бед.
«Может, Даниил тоже детдомовец? А им разве не положены квартиры после выпуска или какая-то помощь?»
От острого взгляда соседа Кира покраснела и съежилась. Жгучее желание пересесть заставило ее поднять тетрадь с ручкой и схватить рюкзак. Но мгновение спустя, она вернула вещи обратно на парту.
– Я просто хочу понять, во что ввязалась. Деньги мне нужны не меньше вашего. Но не настолько, чтобы рисковать жизнью.
Даниил недовольно провел кончиком языка по ровным, будто ненастоящим зубам. Они были не белоснежно-белыми, а с серыми оттенком. Однако даже цвет зубов смотрелся гармонично на угловатом, скуластом лице. Кире еще не приходилось разглядывать Даниила так близко. Отчетливо выделялись густые, но оформленные стараниями Натали брови. Под носом и на бороде рассыпались точки пробивающихся волос. В плотно сжатых губах читалось напряжение, видимо, он размышлял, стоит ли и дальше говорить с надоедливой однокурсницей.
– Просто будь осторожна, – наконец вымолвил он. – Поменьше мелькай в основном зале, лица не поднимай. Делай все максимально быстро и уходи, как только представится возможность. Ты не настолько… хорошенькая, чтобы каждый второй к тебе цеплялся. Просто не повезло, что попала в поле зрения этого кретина.
– И без тебя знаю, что не звезда, – расстроенно отвернулась Кира. – Но за совет спасибо. А полиция вас потом не привлечет… за укрывательство?
– Укрывательство чего? Я ничего не видел, ты – тоже. Да никто ничего не видел, кроме охраны, зачинщика и Папочки. Вам сказали убрать – вы убрали. Тут спасает то, что в штате конкретно вы не числитесь и…
– Там, на галерке! Потише, – вдруг повысил голос профессор, а затем продолжил монотонное повествование, не забывая делать заметки на доске.
– Так и часто у вас такое происходит? – не унималась Кира. Ответ Даниила только распалил ее любопытство.
– Ты ведь не отстанешь, да? – Парень снова повернулся, и их взгляды встретились, от чего у Киры по спине побежали мурашки. Даниил смотрел с легким прищуром, с какой-то едва уловимой искрой в темных глазах. И в то же время он будто видел ее насквозь, просвечивал карими радужками, как рентген.
Затем он надменно ухмыльнулся и, саркастично хмыкнув, вернулся к лекции. Только сейчас Кира поняла, что щеки ее пылали. Она попыталась унять огонь холодными ладошками, но тщетно.
– И ты не против, что эти тетки в Картье лапают тебя за зад и суют деньги в полупрозрачные штаны? – Фраза выпорхнула совершенно неожиданно, как месть за то, что Даниил смутил и заставил почувствовать себя неловко и глупо.
Кира ожидала очередного взрыва, даже толчка, который бы послужил ее полету по ступеням вниз к кафедре. Но ничего не произошло, только корка льда между ними стала толще, чем в момент знакомства.
– Иногда просто нет другого выбора, – серьезно отозвался Даниил.
На этом можно было считать разговор завершенным. Кира так и не получила ответа на свой вопрос, и это ее безумно злило. Впрочем, как и собственная алчность. Любой нормальный человек, увидев кровь на стенах и полу приват-комнаты в каком-то странном баре, забыл бы о деньгах и больше не появлялся бы на пороге заведения. Но не Кира. Она не могла перестать думать о произошедшем, и та таинственность, что окутывала не только «Бабочку», но и ее обитателей, манила. Разумеется, больше всего ей хотелось узнать Даниила. А еще она не забывала приятное чувство, охватывающее человека с конвертом денег в руках.
Во время перерыва Даниил никуда не исчез, наоборот, общался с проходящими мимо профессорами. Те улыбались, хлопали его по плечу, иногда шутили. Несмотря на прогулы, он явно был на хорошем счету.
Усевшись на скамейке у старого, тронутого в нескольких местах ржавчиной кулера, Кира решила поискать в интернете хоть намек на произошедшее: статью или заметку в криминальной хронике. Но пугающая информационная тишина повергла ее в ужас. Такой, как она, девушке из провинции, большую часть жизни скрывающейся за широким отцовским плечом, любое насилие казалось дикостью. И хоть Кира умела за себя постоять, но к отмыванию паркета от крови явно не была готова. Пару раз она ловила на себе тревожный взгляд Даниила. Похоже, он пытался понять, не наломает ли коллега дров.
– Чего это ты села с нашим прогульщиком? Решила к нему подкатить? – Со стороны туалета подошли три подружки. Говорила Кристина, и по ее тону сложно было догадаться, ревнует она или подначивает.
Лиза тщательно вырисовывала карандашом линию губ перед крохотным карманным зеркальцем, а Юля поправляла старушечий кардиган.
– Хотела вернуть свою ручку, а потом предложила и тетрадку ему подарить, – полуправдой отмахнулась Кира.
– Из универа девок двадцать по нему сохнут. Сама слышала. А между собой зовут его либо «Видный», либо «горячий парень».
– Про горячего прям в точку. В такой-то рубашке тонкой разгуливать. Тут в коридорах вообще не топят… – Юля не успела договорить, как Даниил направился в сторону подруг.
Кира ждала, что он обратится к ней, уже была готова из вредности отпустить в его адрес колкость. Их взгляды встретились, но он прошел мимо. Остановился у информационной стойки, что-то написал в телефоне и вышел на улицу.
С разочарованием наблюдая через окно, как высокая фигура скрывается в сером тумане пасмурного дня, Кира предложила девочкам вернуться в аудиторию. Оставшиеся лекции она сидела рядом с ними, а Даниил так и не появился.
С того дня, как Кире впервые пришлось отмывать диваны и ковры от крови, страсти в клубе поутихли. Программы проходили спокойнее, гости почти не разгуливали по коридорам, да и Даниил с группой выбирал легкий репертуар.
Кира не рассказала маме о произошедшем, да и вообще старалась избегать темы работы в вечерних беседах. Хватало и приятного удивления, когда в семейной копилке возникли лишние двадцать пять тысяч. Остальные финансы были отложены на репетитора. Исследуя вопрос разработки игр, Кира вдруг поняла, что на языках программирования дело не заканчивается, ей стоит подтянуть и математику.
Жизнь вошла в нужное русло и текла по нему неторопливым потоком. Утром Кира шла на занятия, днем выполняла заданное и подыскивала нужного репетитора – оказалось, это не так-то просто – вечером помогала матери по хозяйству, а к ночи шла в клуб. Ее организм выдерживал недостаток сна только благодаря молодости. Отсыпалась Кира лишь на выходных. Но неумолимо растущий бюджет, который теперь следовало скрывать от матери, чтобы избежать лишних вопросов, успокаивал Киру, даря веру в лучший исход задумки.
Кира обновила гардероб и закупилась уходом для кожи: каждодневный макияж от Натали сушил лицо похлеще хозяйственного мыла. Девчонки в университете тоже заметили изменения. Из осторожной и немногословной новая подруга превратилась в общительную и открытую девушку. Такова сила денег, точнее, их наличия. В мире, где тебя встречают по одежке и где каждый шаг требует финансовых затрат, раскованно ведет себя лишь тот, у кого с достатком все в порядке. Однако предательская мысль о покалеченной эскортнице Киру не отпускала. И каждый раз, открывая кошелек или протягивая карту для оплаты, она вспоминала испачканное кровью зеркало. В такие минуты мнимое чувство безопасности рассеивалось, открывая уродливую правду о природе заработанных денег.
С той беседы на лекции они с Даниилом обмолвились лишь парой ничего не значащих реплик. Один раз он попросил прибраться в гримерной Натали, когда та была занята. Во второй предупредил, чтобы Кира не выходила в зал, поскольку пришел ее мерзкий «поклонник».
В университете парень, как и прежде, держался особняком и пропадал так же неожиданно, как и появлялся. Порой на последней паре Кира удерживала себя, чтобы не ринуться следом, прочь из университета, и проследить, куда он исчезает. Она уже знала, что Даниил не в клуб направляется: однажды она пришла на работу раньше и, хотя парня на парах не было, в клубе его тоже не оказалось.
Она словно вернулась в школу и снова следила за понравившимся мальчишкой, которому сама была до лампочки. То и дело Кира выхватывала из толпы девчонок фразочки о Видове. Кто-то так же, как и она, перебирал догадки о причине его хорошего общения с педагогами, кто-то пытался выяснить номер парня, чтобы ему написать. Какие-то девушки так и вовсе заводили болтовню интимного характера, прикидывая «габариты» Даниила.
Кира же, как и многие из впечатленных девчонок, считала, что между ней и Даниилом есть нечто особенное. Как минимум они вместе работают, и это выделяет ее среди прочих. Однако она не могла сказать, что испытывала к парню фанатеющий восторг, скорее, ее захватывали его таинственность и нежелание знакомиться с новыми людьми.
Время шло, и вот минул месяц с первого рабочего дня в «Бабочке». Будни в клубе начали превращаться в рутину. Кира успела выучить каждый уголок заведения и запомнила правила поведения для личной безопасности. Теперь она умело справлялась с любой «аварией», возникшей по вине гостя. Даже мама заметила, как хорошо дочь начала убирать квартиру и, в частности, ванную комнату. К слову, у мамы жизнь тоже потихонечку налаживалась: бабушке становилось лучше, кроме проектов в издательстве появились подработки на стороне.
Но ведь жизнь – это череда белых и черных полос, верно?
Кира, избавившись от грязных перчаток и спрятав тележку с моющими средствами в подсобке, шла в сторону кухни, чтобы помочь Даше. С ней отношения устаканились, но отстраненность, возникшая после отмывания приват-комнаты, так и осталась. Наушник пискнул, и голос Папочки сообщил, что Киру ждут в общем зале. Новость была встречена с настороженностью: еще ни разу Папочка сам не вызывал ее куда бы то ни было.
Стараясь унять нарастающую тревогу, Кира подошла к барной стойке общего зала, чтобы уточнить у Стаса, который натирал бокалы, где хозяин.
– Они ждут тебя в малом зале, дверь справа, вон та красная. – Говоря это, Стас странно смотрел на Киру, и этот взгляд выдавал плохо скрываемую обеспокоенность.
– «Они»? Кто – они, Стас?
За этот месяц она успела пообщаться с парнем и получше его узнать. Он казался веселым и беззаботным, даже несколько ветреным, но в то же время честным парнем. Как и Даниил, он старался предупредить ее об опасности появления «нехорошего» гостя или встретить в коридоре, когда нужно.
– Я лишь знаю, что студенток не трогают как… – Стас запнулся и замолчал.
– Может, мне уйти?
Тревога на лице Киры немного смягчила Стаса, и он добавил:
– Там Дэми. Не думаю, что они при нем тебе что-то сделают.
Поправив на груди гавайский венок – сегодня в клубе была тематическая вечеринка в гавайском стиле – Кира двинулась к нужной двери. На ходу засунув руку в карман, она нащупала шокер и перцовый баллончик, которые купила совсем недавно. Из-за последнего ткань на бедре натягивалась и портила силуэт, благо, Кире, как уборщице, идеальный внешний вид не требовался.
Перед дверью Кира замерла, перебирая варианты. Стас бы определенно предупредил ее, будь это опасно. Что может там ждать? Какое-то унижение? Да, унижение. Но какого плана?
Сердце отчаянно забилось в груди, дыхание сперло. Кира почувствовала, что ладони и подмышки у нее жутко вспотели.
В полутьме небольшого зала рисовались нечеткие силуэты трех массивных синих диванов. Кира не успела сделать шаг вперед, как кто-то взял ее под руку, словно старую знакомую, и повел в центр. Увидев первое лицо, Кира чуть было не вскрикнула от ужаса. На одном из диванов сидел тот самый мерзкий гость, который собирался ее полапать. Других мужчин Кира не знала. Возможно, они тоже были завсегдатаями клуба, но она не могла видеть каждого, так как работала в зале посменно.
Даниила она заметила не сразу. Скрестив руки на груди, парень стоял облокотившись на бархатную панель. Его лицо подсвечивала синяя лампа, выделяя мягкую полуулыбку. Но вот темные глаза говорили больше, чем образ. Даниил явно злился, но не на нее.
– Про эту вы спрашивали? – уточнил Папочка, мягко вытолкнув Киру в центр, где ее осветила пара приглушенных софитов.
Кира поняла, что дрожит, когда попыталась поправить лямки топа.
«Неужели он собирается наказать меня за тот случай в туалете? Но Папочка наверняка узнал об инциденте сразу. Тогда к чему это все?»
– Да-да, именно она. Девчонка строптивая, постоянно меня избегает, – хохотнул мерзавец и сально улыбнулся. – Так пусть она и составит компанию Дэми.
Взгляд Киры перебегал от гостей к парню, она все силилась понять, что происходит и зачем ее сюда позвали.
– Правило простое, – заговорил второй гость: седой мужчина с квадратным лицом и длинным перебитым носом, – если покажете нам отменный поцелуй со страстью, заплатим каждому по сто тысяч рублей.
Сказанное и возмутило, и удивило Киру. Неужели старые извращенцы решили таким образом поразвлечься?
– Я – пас, – быстро сказала Кира, собираясь уйти, но тут Папочка, который стоял неподалеку, вцепился ей в руку, не дав сделать шаг.
– Подумай, девочка, такие деньги за невинный поцелуй, – пожал плечами квадратнолицый. Остальные толстосумы согласно закивали.
– А что потом? – не удержалась Кира. – Предложите еще любовью перед вами заняться? Да кто вы вообще такие…
И тут Папочка больно ущипнул ее, да так, чтобы никто не видел. Кира лишь охнула, зыркнув в его сторону злобным взглядом.
– Всего лишь поцелуй. Мы просто хотим вспомнить молодость, как это было. Что тут криминального? Никакого интима. К тому же не говори нам, что Дэми тебе не нравится. Он нравится всем.
Кира ощутила, как к горлу подкатила тошнота. Все это казалось ей лишь странным, дурацким сном. И тут же из недр подсознания прорвался стыд, тот самый стыд, который подросток испытывает, когда мама застает его за просмотром эротического кино. Глубинный страх сдавил Кирину грудь, пока она искала поддержки у самого Даниила. Но тот лишь смотрел в пустоту с неизменной улыбкой, словно сам пытался осознать происходящее.
– Ну же, не ломайтесь. Две сотни на руки. Сами поделите как хотите.
И тут Даниил подошел к Кире, Папочка сразу удалился, скрывшись в тени зала. Кира не могла поверить, что парень согласен на это. Одно дело – заниматься любовью с Натали в гримерке, пока никто не видит. Совсем другое – целовать почти незнакомую девушку на глазах у старых похотливых маразматиков.
– Ты же не думаешь, что я… – с сомнением начала Кира, но, когда Даниил приблизился так, что его парфюм мягко окутал ее фигуру, Кира заметила движение его губ: «Мне это нужно, пожалуйста».
Но что ему нужно? Этот поцелуй? Нет, конечно, нет. Деньги. Ему нужны деньги. Кира уже убедилась, что местные работники находятся в куда худших условиях, чем она. У кого-то нет родителей, у кого-то они болеют. Кто-то пытается рассчитаться с кредитом на учебу, а кто-то оплачивает частный дом престарелых бабушке.
И осознав, что может помочь, Кира решила сдаться. Чувство стыда усилилось, стоило ей кинуть взгляд на зал. Шесть или семь пар голодных глаз следили за ними, кто-то потянулся рукой к штанам. Или ей показалось?
«Какая мерзость».
Словно обрекая себя на позор, Кира посмотрела Даниилу прямо в глаза.
– Давай, – пожала плечами она.
Лишь на секунду он замер, оценивая ее шаг навстречу, а потом медленно и плавно притянул Киру к себе за талию. В ее голове тут же вспыхнуло воспоминание из гримерки, и она тотчас покраснела. Но в голубом сиянии комнаты этого не было заметно. Лицо парня неумолимо приближалось, и Кира могла почувствовать запах коктейля, который он успел выпить, вероятно, с кем-то из гостей. Происходящее казалось противным и неправильным, но лишь один благодарный взгляд Видова успокоил. Он прикоснулся губами так мягко и нежно, что Кира забыла о чужих людях и о странном пари… или как это вообще можно было назвать? Но этого было недостаточно для тех, кто находился в комнате, поэтому Даниил немного оттянул верхнюю губу Киры и прикусил нижнюю, умело поддев своим языком ее. Удержавшись от возбужденного стона, Кира ответила на его поцелуй. Теперь неуместные подбадривания со стороны окружавших их мерзавцев казались далекими и нереальными. Были только она и он. Только их руки, их лица и соединенные в долгом поцелуе губы. А потом Кира почувствовала под ладонью, которая упиралась в грудь Даниила, ритмичное биение сердца и поняла, что он волнуется не меньше, чем она.
От страстности момента у Киры закружилась голова, а Даниил продолжал ее целовать, и крепкие ладони, мгновение назад лежащие на талии, опустились ниже. Кира выдохнула прямо ему в рот и поняла, что он улыбается. Без сарказма, без злобы, а с удовлетворением, словно радуясь возможности опьянить ее.
Когда из зала послышался первый удовлетворенный стон, магия рассеялась, и Кира вернулась в отвратительную реальность. Даниил выглядел виноватым, но не слишком. Он держал марку перед этими ублюдками, не хотел показывать своей слабости, прятал ее под беспечностью и насмешкой.
– Деньги ваши, – заявил третий гость. – Однозначно.
И вот когда два конверта показались в руках еще одного худосочного мужчины, Кира вдруг поняла, до чего опустилась. Наверно, разочарование в лице и фигуре отразилось слишком явно, потому что Даниил хотел было ее удержать, но Кира выскользнула из комнаты и понеслась прочь из подвала клуба. В гавайском топе и тонкой юбке наверху было холодно, но это мало ее беспокоило. Слезы сами собой навернулись на глаза, и Кира заплакала. Опершись на грязную стену коридора, она медленно сползла по ней.
– Все нормально?
Она совсем забыла об охраннике.
– Да… да, нормально. – Кира поспешила скрыться из виду и ушла подальше, чтобы никто не слышал эту мелодию позора.
Слезы катились градом, и Кира уже тяжело дышала, сидя на корточках в отдалении, когда на плечи лег теплый плед.
– Прости, ладно? – Это был Даниил. Он возвышался над ней с двумя конвертами и выглядел озабоченно. – Вот, возьми. – Он протянул один из них, но Кира его отпихнула:
– Себе оставь, – заикаясь, прохрипела она.
Даниил сел перед ней, чтобы их глаза оказались на одном уровне, потом осторожно убрал прядь волос с ее лица и тихо сказал:
– Спасибо тебе. Вот теперь мы точно квиты.
– Избавить от одного позора, чтобы окунуть в другой.
– Согласись, я лучше, чем тот слюнявый тип с паучьими лапками вместо пальцев.
Кира подняла заплаканное лицо и какое-то время просто смотрела парню в глаза.
– А что теперь скажет Натали? Она возненавидит меня…
– Глупая, зачем ей тебя ненавидеть? Как будто она не знает, где мы работаем. Все нормально. Не переживай. Просто поцелуй. Он же не был у тебя первым?
– Нет.
– Ну тогда и переживать нечего. Я просто очередной парень на твоем пути. И ты скоро обо всем забудешь.
Даниил помог Кире подняться, но в его жесте, слабой улыбке и взгляде она заметила что-то еще. Неужели это представление и ему далось непросто?
– На, возьми. – Он снова протянул конверт, но Кира отрицательно помотала головой:
– Ты сам сказал, что они тебе нужны. Вот и оставь себе.
Кира отряхнула юбку от пыли – оттянутый шокером и баллончиком карман колыхнулся – и выпрямилась.
– А ты… неплохо целуешься. – В глазах Даниила мелькнул лукавый огонек.
– Ой, иди ты, – беззлобно отмахнулась Кира и вернулась в неуютные, но теплые стены клуба.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.