Глава 5. Неправильная эльфийка
Когда девичьи губы коснулись его щеки, Айнан остолбенел от шока. Поцелуй длился секунду, но это была самая долгая секунда в его жизни. Сердце едва не выпрыгнуло из груди. Низ живота свело болезненно-сладкой судорогой, а мужское естество в штанах окрепло, как бывало только по утрам.
Влажные волосы эльфийки пахли гнилой водой из оборонительного рва, но Айнана это не оттолкнуло. Он думал о розовых пятнышкам под мокрой тканью белого платья.
Соски. Он видел ее соски!
В паху еще больше потяжелело.
Сейчас срамота была спрятана под жилеткой Айнана.
О Гаррот и семь его сестер! Ткань его жилетки облегала мягкие девичьи прелести, касалась груди Варны, и он будто тоже касался ее через свою одежду. Мысль волновала.
След поцелуя горел, и Айнан, потрясенный и растерянный, накрыл его ладонью.
Она поцеловала их. Двоих. И его, и Марамира. Ну что за бесстыдница!
Варна…
Он заметил, что брат не сводит с их новой знакомой горящих глаз.
– Ну, мне пора, – неправильная эльфийка с сомнением посмотрела в сторону замка, словно неуверенная в том, куда ей идти.
Кадык Марамира дернулся. Принц открыл рот, закрыл, облизал губы и после небольшой паузы хрипло выдохнул:
– Леда Варна, вы живете в замке или где-то на острове? Никогда вас здесь не видел.
– О, я недавно вернулась из академии для благопристойных девиц, – и она хохотнула, будто находила в этом что-то забавное.
Взгляд Айнана метнулся к ее голым коленям под задранной юбкой.
И чему, интересно, учат воспитанниц этой академии? Уж точно не скромности и стыдливости.
– Благородных, – машинально поправил Марамир и тоже облизал взглядом ее обнаженные ноги.
– И благородных тоже, – согласилась Варна, а потом сняла с себя жилетку, ослепив обоих братьев ошеломительно откровенным видом. Ее мокрое платье по-прежнему выставляло все напоказ. – Я, наверное, должна вернуть, пока не ушла.
И она протянула жилетку Айнану.
– Оставьте, оставьте себе, – торопливо зашептал тот, прикрывая глаза ладонью, но нет-нет да косясь на грудь эльфийки сквозь раздвинутые пальцы.
А вот Марамир не отворачивался, взгляд не прятал, смотрел на бесстыжую девицу не таясь. Даже протянутую жилетку схватил и быстро напялил на себя, хотя вообще-то это была одежда Айнана.
– Рады были помочь, – и шокируя брата, Мар призывно улыбнулся.
Хвала Гарроту, распутница догадалась опустить юбку, но выглядеть от этого более прилично не стала. Неужели она пойдет в замок в таком виде? Растрепанная, полуголая. Мимо стражников, мимо всех этих важных гусынь, зорко следящих за нравственным обликом молодых эльфиек? Да ее же замуж никто не возьмет после этой скандальной прогулки в мокром платье!
Странная леда уже было направилась вдоль крепостной стены к воротам, но вдруг остановилась и оглянулась на принцев через плечо:
– Я приду сюда вечером. Мало ли, кто-то снова захочет меня увидеть.
И ее губы тронула легкая, загадочная улыбка. Сердце Айнана отчего-то забилось чаще. Никогда он не видел, что бы девушки в Йерне так улыбались. Боясь пересудов, они редко позволяли себе проявлять эмоции. И столь необычного выражения на лице у них тоже не возникало. Айнан не мог подобрать ему определения. Лукавое? Хитрое? Томное? Но при виде этой улыбки и этого выражения на лице у него вдоль позвоночника прокатилась волна щекотно-приятной дрожи.
– Захочет, – глядя на Варну, как завороженный, прошептал Марамир. – Захочет увидеть.
Эльфийка улыбнулась шире и продолжила путь.
Братья наблюдали за ней, пока она не исчезла за крепостными воротами, а потом повернулись друг другу и одновременно произнесли:
– Какая бесстыдница!
– Она потрясающая!
Айнан поджал губы.
Марамир мечтательно вздохнул.
Некоторое время царила тишина, затем принцы снова нарушили молчание, заговорив разом:
– Такое поведение недопустимо.
– Наверное, на материке другие порядки.
И опять замолкли, играя в гляделки.
– Ну давай, – махнул рукой Айнан, разрешая брату высказаться первым.
– Она как те девицы из романов.
– Каких еще романов? Ты что, читаешь контрабанду?
Марамир поморщился.
– Серьезно? – возмущению Айнана не было предела. – Бегаешь в порт и скупаешь у моряков всякие запрещенные книжонки? Тот раз не был единственным?
Зеленые глаза Марамира сверкнули ответным негодованием.
– А что ты предлагаешь мне читать? Ту скукотень в нашей библиотеке? Знаешь, какие в этих историях женщины?
– Блудницы и грешницы?
– Смелые, чувственные, раскованные… Вот как она, – и он посмотрел в ту сторону, куда ушла Варна.
– То есть блудницы.
– Да что ты вообще в этом понимаешь, холодная ты селедка!
С задумчивым видом Марамир провел руками по ткани жилетки, украденной у Айнана, явно вспоминая, на ком она недавно была. Затем и вовсе оттянул воротник и понюхал.
Айнан осуждающе покачал головой.
– Только не говори, что придешь сюда вечером.
– Конечно, приду.