Глава 7. Прошлое и настоящее
Четвёртый день мы шли на восток. Запылённая колонна наемников Черного Балса растянулась по дороге, вымощенной тёмным крупным булыжником, направляясь к восточной границе Кифии. С каждым днём нам навстречу всё чаще попадались марширующие отряды фризских солдат в начищенных серебристых доспехах и синих плащах. Меня до глубины души возмущало, как кифийские патрули безропотно пропускали этих захватчиков. Фризы, ещё недавно бывшие нашими надёжными союзниками, теперь нагло шли поддерживать узурпатора Ансвила.
Я видел, как остальные наёмники тоже недовольно косились на довольные рожи фризов. Эти ублюдки, чувствуя себя хозяевами в моей стране, совсем распоясались. Грабили местных фермеров, устраивали пьяные дебоши в придорожных тавернах. Трижды офицеры Легиона отдавали приказ проучить зарвавшихся фризских солдат, и, клянусь Астирой, мы делали это с превеликим удовольствием! Местные жители потом благодарили нас. К счастью для фризов, мы обходились кулаками, хотя руки так и чесались взяться за сталь.
По всей Кифии разносились страшные вести о смерти короля Роэна во время визита в соседнюю страну. Каждый раз, когда я слышал об этом, внутри всё переворачивалось. Ансвил, эта змея, немедленно объявил себя наследником короны. А потом начал то, что заставляло мою кровь кипеть – с помощью фризских войск и продажной части нашей армии он принялся уничтожать несогласных лордов. Я не мог спокойно смотреть, как по всей стране пылают старинные родовые имения и крестьянские лачуги. Кифия, которой я отдал столько лет службы, за которую пролил столько крови, погружалась в пучину гражданской войны, теряя своё величие и репутацию одного из сильнейших государств Тимарии.
Я буквально места себе не находил. Несколько раз порывался убедить капитана Галса вернуть Легион в столицу, поддержать оппозицию. Но в ответ на мои горячие требования он лишь криво усмехался и повторял, что изгнанные из Мильвии наёмники сражаются только за деньги, а не за патриотические взгляды разжалованного офицера. Впрочем, я видел по его лицу – действия Ансвила ему тоже пришлись не по нутру. Капитан явно переживал за судьбу некогда цветущей страны, хоть и старался этого не показывать.
После очередного изнурительного перехода и очередной стычки с распоясавшимися фризами (должен признать, мои костяшки до сих пор ныли от встречи с их челюстями), Легион расположился на ночлег в долине одного из Вольных Лугов, у развалин древнего храма Астиры. Я помнил это место – идеально ровная равнина, устланная мягкой низкой травой, местами поросшая чахлыми деревцами и колючим кустарником. Теперь она осветилась десятками наших костров.
Когда спустилась ночь, стих порывистый западный ветер, и всё вокруг охватила тишина, нарушаемая только перекличкой часовых да редким всхрапыванием лошадей. Мы с другими новичками устроились у бывшего входа в святилище – двенадцати массивных серых валунов, расположенных по кругу. Я задумчиво разглядывал древние камни, пока не услышал голос Шейлы:
– Раньше богине Света поклонялись без грандиозных каменных храмов и покрытых серебром алтарей. Вера была в сердцах людей, а не в золотых статуях!
Я промолчал. Мысли о судьбе родной страны не давали мне покоя, и даже Гасан, всю дорогу от столицы развлекавший всех своими невероятными историями, не мог отвлечь меня от мрачных раздумий.
– Дался тебе этот Ансвил, – толкнул меня в бок один из разговорчивых новобранцев, подтащивший к костру телячью ногу. – Говорят, ты в Пограничье командовал отрядом побольше нашего Легиона. Расскажи об этом.
Я немного помялся, раздумывая. У меня было немало историй, не меньше, чем у болтливого Гасана. Тяжело вздохнув, я всё же решился на рассказ – эти люди теперь были моей семьёй и друзьями, и я не мог всё время хандрить.
– В Пограничье я командовал разведчиками, – начал я, поворачивая подрумянившуюся телячью ногу на вертеле. – У меня редко бывало под началом больше ста бойцов, но каждый из них стоил десятка. Хотя… – я усмехнулся, – однажды пришлось и целым полком командовать. Всем гарнизоном нашего форта.
– Правда, всего несколько дней, – сконфуженно добавил я.
Заметил, как вокруг собираются слушатели – не только новобранцы, но и несколько офицеров. Я их понимал – война на границе была закрытой темой в столице. Слишком жестокие были стычки, слишком большие потери среди наших. Варвары, нападавшие на Пограничье, которое раньше принадлежало им, не раз наносили поражения довольно крупным королевским отрядам. В Мильвии это старательно замалчивали, чтобы не волновать горожан.
– Прибыл к нам в форт столичный полковник, – продолжил я, не обращая внимания на растущую толпу слушателей. – Заменить нашего заболевшего старика Фловеля. Этот господин… – я не смог сдержать презрительной усмешки, – сразу стал наводить свои порядки, размахивать генеральским приказом о наступлении на деревни дикарей. И тут же принялся бродить по фортификациям без доспехов, в пышной придворной одежде, бравируя перед подчиненными.
Я помню, как мы с офицерами просили его не маячить на стенах укрепления. В ответ этот дурень лишь посмеялся и посоветовал нам втроём в уборную ходить, чтобы не страшно было. Варвары, постоянно следившие за нами из растущего всего в сотне шагов от стен леса, такой замечательный шанс, разумеется, не упустили. А стрелки они великолепные, что тут говорить. Всегда действуют неожиданно, наносят удар и скрываются в лесных чащах.
Три стрелы в бок – и нет больше напыщенного полковника. Испустил дух, не успев отдать никаких приказов. Мы остались без командования, и на общем собрании офицеров меня назначили временным полковым командиром. Я тут же собрал совет с разведчиками и опытными офицерами. Решили атаковать противника в самое сердце – окружили дикарей в лесу с трёх сторон и довольно быстро обратили в бегство. Спасибо нашим доспехам и тому, что варвары презирают «глупые железки».
Мы гнали разбитого врага, не останавливаясь, до самой Красной реки. Там мне довелось сойтись в поединке с их вождем Архазусом, – я задрал рубаху и продемонстрировал длинный шрам. – Это мне их вождь подарил, но мой меч был точнее и быстрее. Мы вышвырнули дикарей за реку!
– Как же вышло, что завоеванные земли варваров были потеряны? – поинтересовался толстый бородатый наёмник. – Сейчас ведь границы Кифии лежат в двух днях пути от Красной реки.
Я почувствовал, как кровь приливает к лицу от злости при этом воспоминании. Но всё же продолжил рассказ:
– Мы готовились переправиться через приток Лотру. И тут прискакал гонец с приказом о немедленном отступлении. Якобы предполагалось выманить противника из лесов на равнины. Даже форт по «тактическим соображениям» было велено оставить и отходить к резервным позициям, – я со злостью пихнул ногой тлеющую толстую ветку, и сноп искр взметнулся, осыпая оранжевыми искрами нашу говядину. – Бойцы пороптали, но отступили. На войне приказы не обсуждают, а кифийская армия получила нового командующего. Варвары не пошли дальше оставленных укреплений. Потом мы трижды штурмовали форт, благополучно занятый варварами. Там почти весь полк и полег, а меня отправили обратно в столицу, чтобы не сеял смуту среди выживших солдат.
Воцарилось тяжелое молчание. Нарушил его Гасан:
– Да… Похоже, что продали вас. У нас, на востоке, целые армии на войне перекупают. Побеждает золото и интересы сильных мира сего.
Когда почти все разбрелись на ночлег, сутрамец добавил:
– Кстати, я тут подслушал болтовню начальства в шатре нашего капитана. Легион направляется в княжество Зейнон, лежащее на самом краю мира – богатое и сильное государство и, насколько мне известно, к помощи наёмников ранее не прибегавшее.
– По мне, так хоть к дьяволу на рога, – вклинился в разговор Герт, уже битый час полировавший сверкающее лезвие своего двуручного топора.
– Так никто тебе и не говорит, что с людьми сражаться будем, – расхохотался Гасан.
– Я бы предпочел обычного противника, из плоти и крови. Терпеть магию не могу, – я закашлялся от попавшего в лёгкие дыма и хотел было рассказать историю о том, как мы однажды поймали колдуна, но не успел.
Мимо нашего костра, едва не затоптав нас, ураганом пронесся всадник на необыкновенном животном – в полтора раза крупнее самого рослого коня и похожем на бегающего на двух лапах крокодила.
– Разбери меня подземные боги! Это же бифус! – воскликнул Гасан. – Я видел одну из таких ездовых тварей в Азиме. Сейчас их почти не осталось.
– Ты и там побывал? – недоверчиво спросил Герт, который, как я заметил, обожал слушать наши с сутрамцем рассказы.
– Я побывал во всех королевствах Союза Восьми и многих восточных землях, а ещё дважды за южными пределами, – похвастался Гасан. – Когда у Марка закончатся истории, я о многом вам расскажу. Но предупреждаю, от многих из моих рассказов у вас кровь застынет в жилах. А на бифусе, похоже, прибыл гонец к нашему командиру.
Слова сутрамца подтвердились – через четверть часа в лагере поднялся жуткий переполох. Офицеры носились между палатками, будя не успевших толком отдохнуть от дневного перехода бойцов. Я вскочил на ноги, инстинктивно потянувшись к мечу – годы службы в Пограничье научили меня всегда быть готовым к худшему.
Вокруг царила суматоха. В темноте, освещаемой только отблесками костров, солдаты спешно сворачивали походные палатки. Приказы офицеров звучали резко и отрывисто – что-то явно случилось. Что-то серьёзное, раз капитан Галс решил поднять Легион среди ночи.
От костра к костру передавали приказ: «Выступаем немедленно!» Я поспешил затоптать наше кострище – в такие моменты нужно действовать быстро, вопросы можно будет задать потом. Помогая товарищам сворачивать лагерь, я размышлял, что могло заставить Галса принять такое решение. За годы службы я повидал достаточно, чтобы знать – ночные срочные выступления редко предвещают что-то хорошее. Особенно после прибытия гонца на бифусе.
Солдаты работали молча и слаженно – сказывалась дисциплина, которой славился Легион Чёрного Балса. Даже вечно болтливый Гасан притих, сосредоточенно скатывая походный плащ. Только Герт негромко ворчал себе под нос, нащупывая в темноте чехол своего топора.
Меньше чем через час Легион был готов к выступлению. Я окинул последним взглядом древнее святилище Астиры – двенадцать серых валунов теперь казались ещё более зловещими в лунном свете. Дотлевающие костры оставляли за нами шлейф дыма, словно призрачные следы нашего присутствия.
В ночной тьме колонна наёмников двинулась прочь от Вольных Лугов. Куда мы направлялись и что нас ждало впереди, я мог только гадать. Но одно я знал точно – моя жизнь снова делала крутой поворот, и на этот раз я даже не мог предположить, куда он меня приведёт. Впрочем, разве не за этим идут в наёмники? После всего, что случилось в Кифии, может, это и к лучшему.
Позади осталась моя родина, погружающаяся в пучину гражданской войны. Впереди ждало таинственное княжество Зейнон, о котором я слышал только смутные легенды. А пока что мы растворялись в ночной темноте, оставляя за собой только дым догорающих костров да следы сотен ног на мягкой траве. Где-то вдалеке пронзительно закричала ночная птица, словно прощаясь с нами, и этот крик эхом отозвался в моей душе – мне казалось, что я покидаю эти земли надолго, если не навсегда.
