Прокрида
Богиня утренней зари Эос, проклятая Афродитой, влюбилась в смертного мужчину Кефала. Она похитила его из собственного дома и утащила к себе. Однако Кефал совершенно не хотел быть игрушкой богини и постоянно тосковал по своей жене Прокриде. Эос надоело его бесконечное нытье, и она согласилась отпустить Кефала, однако заронила в его сердце сомнения, намекнув, что Прокрида могла быть ему неверна в его отсутствие.
Обуреваемый ревностью Кефал решил вернуться домой в чужом облике, чтобы проверить верность Прокриды. На самом деле она не изменяла ему все это время, но этот незнакомец показался ей привлекательным (возможно, потому, что был похож на пропавшего мужа), и она почти уступила.
Кефалу этого было достаточно, и, не доведя дело до конца, он раскрыл свое инкогнито и в негодовании обрушился на бедную Прокриду. Напуганная и пристыженная, она сбежала в леса и присоединилась к свите богини охоты Артемиды. Но Прокрида скучала по мужу, поэтому через какое-то время все же решила вернуться домой. Она принесла с собой дары, которые дала ей Артемида, желавшая помочь. Это были копье, всегда попадавшее в цель, и пес Лелап, который всегда настигал добычу.
Кефалу понравились подарки, и он тут же простил жену. Они счастливо жили некоторое время, пока их супружество вновь не подверглось испытанию – пошли слухи, что Кефал завел любовницу, и Прокрида действительно слышала, как он звал в лесу по имени какую-то женщину.
Прокрида с трудом могла в это поверить – после той сцены, которую он ей устроил. Она пошла за мужем в лес во время охоты и спряталась в кустах. Стоял жаркий день. В процессе погони за зверем Кефал вспотел и стал призывать Авру, богиню бриза, чтобы та послала прохладный ветерок. Осознав, что слухи, вероятно, были основаны именно на этом, успокоившаяся Прокрида вышла из-за кустов к мужу, думая, что сейчас они вместе посмеются над этим.
Но Кефал, услышав шорох, решил, что в кустах прячется зверь, и бросил в том направлении свое копье. Поскольку копье всегда попадало в цель, оно поразило Прокриду прямо в живот, и она истекла кровью на руках у мужа. А Эос, возможно, наблюдала за этим с торжествующей улыбкой.
