© ВиКи, 2016
© Т. Касснер, дизайн обложки, 2016
ISBN 978-5-4483-4587-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Посвящается моим подругам,
которые, возможно, с ужасом
узнают здесь себя…
Chacun a sa marotte
Дневник Ирэн
Март 2003-го года, век – 21-й, эра – кайнозойская
Сегодня не лучший день моей жизни, и, чтобы хоть как-то его расцветить, я решила завести дневник. Говорят, это полезно. Ну не знаю, посмотрим. Чего там обычно пишут в таких случаях?
А! Здравствуй, дорогой дневник! Как будто к любимому мужчине обращаешься, честное слово, или к учителю, в которого когда-то давно и по глупости была влюблена, и теперь вспоминаешь об этом с жёсткой самоиронией.
My God, знать бы, кому я всё это пишу. Впрочем, только себе, ясно ведь! Той себе, какой я, возможно, стану спустя много-много лет и которая сможет посмеяться над всеми извращениями пытливого юношеского ума и, читая этот бред, не захочет выбросить его или сжечь, а будет хранить, чтобы когда-нибудь снова перечитать и сравнить себя ту с той, которой стала…
А кем я, собственно, стану? Понятия не имею. А кем хочу? Известно, кем… (Вздыхаю.) Писателем! Ну и мечты…
Вот и учусь на факультете журналистики, вот и забиваю свою бедную голову всякой чепухой, вот и затеяла писать этот (цензура!) дневник. Он даст возможность лишний раз задуматься, проанализировать себя, людей, поступки и т. д. А ещё… надо же чем-то умным заняться, в конце концов. Вот мне и пришло в голову записывать события своей жизни, мысли и чувства в отдельную тетрадку. Глядишь, и выльется вся эта бредятина в романчик карманного формата среднего пошиба под названием «Воспоминания моей распутной юности», что, разумеется, станет важным вкладом в сокровищницу мировой литературы, и обо мне будут писать как о второй Франсуазе Саган. Или как о третьей Жорж Санд. Кто была вторая, хоть убей, не помню…
Ой! А вдруг это действительно кто-нибудь рано или поздно прочтёт? Не дай Бог!
Значит так… Кончать пора с этими лирическими вступлениями и отступлениями. Короче, what I am…
Меня зовут Ирина (Ирэн) Ледуайен, мне девятнадцать лет, живу в Сен-Манде, пригород Парижа, департамент Валь-де-Марн. Пока с родителями. Но это временные затруднения, я надеюсь. После окончания университета я собираюсь перебраться в столицу насовсем. А пока я бываю в Париже лишь заездами, как лошадь на ипподроме: Сорбонна – ресторанчик «Шатле» – ночной клуб «Пристань грешников» на улице Свиданий – кафе «Ветряная мельница». Дома бываю редко. В основном вечерами и ночами, да и то не всегда…
Сегодня… А какое сегодня число-то? Хоть примерно! Вроде бы 3 марта 2003 года, вроде бы понедельник, 13:56.
Доброе утро! Не обращайте внимания! (Скромно потупившись.) Я только что проснулась… А вчера (ой, не будем про вчера, протестует мой стыд) я наслаждалась жизнью, немного пила, но много танцевала и поэтому имею полное моральное право отдыхать и восполнять силы.
А где же их восполнить? Может, ещё куда-нибудь отправиться?
Нет, хватит на этой неделе вакханалий – слишком болит голова. Завтра грядёт тест по социологии. Надо что-то делать! Что делать? Что делать?! У великого русского писателя Чернышевского есть даже такое произведение «Что делать?». Значит, у моего полусоотечественника тоже были какие-то свои проблемы… Так же, как у невеликих. Так же, как и у меня.
Только ему, наверное, не приходилось сожалеть о впустую растраченной молодости и о количестве выпитого, подвигнувшего его весьма опрометчиво взобраться на стол и исполнить нечто, едва не превратившееся – бесконечное спасибо Жаклин за то, что вовремя меня оттуда стащила, – в жёсткий стриптиз пополам с экзотическими танцами жителей Новой Гвинеи. Мне вот пришлось. И не далее как вчера, когда я пыталась на ощупь найти свою кровать, чтобы повалиться на неё и уснуть. Ещё раз спасибо моей заботливой Жаклин.
Жаклин – талантище, дитя греха в облике любви, харизматичная дьяволица, нежная стерва, умница и красавица, по совместительству – моя лучшая подруга и… остановимся пока на лучшей подруге. Ей двадцать лет, и ни грамма стыда (а ведь даже у меня стыд наличествует!). Она является для меня живым воплощением женственности, свободы, протеста и чего-то ещё очень хорошего и жутко возбуждающего.
Она нигде не учится, не спит по утрам на лекциях и занимается только тем, чем хочет. Её университеты – задымлённые бары и ночные клубы (в основном «Пристань грешников» и «Звезда»). Она поёт в рок-группе, которой все мы пророчим большое будущее, – Strange Girls (на самом деле она там единственная девушка, но это неважно!).
Когда меня спрашивают о моей любимой группе и я гордо говорю – Strange Girls, а потом уже Type O Negative, Guns N’Roses и т.д., на меня всегда так недоумённо смотрят.
– Strange Girls? Гм, а кто это? Очередной педерастический квинтет?
Посмотрим, что они скажут через год. Жаклин Люмьер! Запомните это имя – оно станет знаменитым.
У Жаклин голос сирены – им она поставит на колени даже мёртвого. Он (в смысле, голос) подавляет в вас нормального адекватного человека, пробуждает низменные желания и заставляет дрожать от восторга. За это я её, бессовестную мою, и люблю. Ну не только за это, конечно… Глядя на неё, я никак не могу забыть о своей бисексуальной сути, которую, собственно, она во мне и открыла. Жаклин, вернись в мою постель. В ней без тебя так одиноко…
Когда-то, когда нам было по четырнадцать (я уже и забыла, как это бывает, когда тебе всего четырнадцать, ты наивна и открыта миру, а на улице пристают незнакомые мужчины, парадокс – теперь уже не пристают, вид стал слишком уж недоступным, наверное, да и не так-то легко развести), мы выступали со своей группой Strange Girls, в которой были я, Жаклин и ещё три подходящие девочки из школы. Пансион неблагодарных девиц!
Почему Strange Girls? Да потому что все мы подобрались какие-то ненормальные, все пятеро были (и есть!) со странностями. Каждая со своей причудой. Со своей, как говорится, погремушкой.
У нас уже и материал был кое-какой. Ха, материал – две подражательные песни, один кавер (нет, вру, сотня каверов, причём две трети – ни разу даже не отрепетированных!) и море амбиций.
Подход был неверен с самого начала, и мы быстро разбежались. Не поделили нашу будущую славу и место, где каждая из нас будет эту самую славу встречать… Хрупкую Кристину благополучно отправили на ударные. Маите в срочном порядке должна была забросить курсы итальянского и обучиться игре на басу. Воспитанная на классике Алиса промышляла на гитаре, хотя до этого шесть лет училась по классу скрипки.
А я… я же неимоверная эгоистка! Клавишных мне было мало, клавишные явно не удовлетворяли моих представлений о сексуальности. Я тоже хотела петь! Я тогда ещё не понимала, какой алмаз – голос Жаклин. Она мягко намекнула, что играть на синтезаторе у меня получается гораздо лучше, чем открывать рот, но позволила мне иногда подвывать на бэк-вокале. Ах, какое благородство! Я, естественно, вспылила. Швырнула ей в голову её же гитару (я вообще буйная) … Мы нежно вцепились друг другу в волосы и подрались. Очевидцы утверждали, что выглядело это «мило и забавно», а потому разняли нас нескоро.
Мы поссорились. Группа распалась, не успев просуществовать и полгода, за которые мы дали лишь пару концертов на школьной дискотеке. Так что ни вторых, ни третьих Vixen из нас не вышло. Потом мы, правда, помирились, но было уже слишком поздно – мы повзрослели… Мы, но не она… Жаклин воплотила свою детскую мечту и использовала наше бессмысленное название Strange Girls, собрав новую группу, состоявшую на сей раз из одних только мальчиков. И правильно: от женщин везде, как на корабле, одни неприятности. Мальчики – ребятки крутые, талантливые. Я их даже побаивалась сначала (и как она там с ними управляется?), а теперь всех до одного люблю. По-дружески.
Пока они направо и налево раздают свои демо, и всё напрасно. Ни одна приличная звукозаписывающая компания в Париже до сих пор ими не заинтересовалась. Лишь всякие мелкие рекорд-лейблы, которые только и хотят, что раздеть Жаклин в их дебютном клипе и сделать из них попсовый проект. Но ребята для этого слишком гордые – они твёрдо решили, что не будут ни под кого прогибаться и останутся честны перед собой. Бедная моя наивная девочка! Но я верю, что они добьются успеха, и скрещиваю за них два пальца.
Дневник Сержа
3 марта
Провалил очередной тест. Медленно, но верно качусь вниз. Прощай, диплом! Hallo, вооружённые силы Франции!
Жизнь – дерьмо.
4 марта
Жизнь – дерьмо, но нюхать можно…
5 марта
А жизнь совсем и не дерьмо.
Столкнулся сегодня с милейшим созданием с потока журналюг. Прелесть! А какой у неё богатый лексикон! Правда, она меня отшила. И отшила, надо сказать, жёстко. Напрасно. Надо будет к ней ещё раз подкатить.
Дневник Ирэн
5 марта 2003 г.
Теперь на истории я сижу с какой-то отрешённой девушкой. Ничего так девушка. По крайней мере, фигура. Скромная только очень – её б устами да священнику минет! Я так и вижу нафталин целомудрия в её лоне, где, вероятно, даже её собственные пальчики толком не бывали. Короче, будь я даже обделённым лаской мужчиной, я бы на такую не клюнула…
К слову о мужчинах. (О вас, родимые, о вас…) Спускаюсь сегодня по лестнице, никого не трогаю. Тут навстречу мне летит очумелое чудо природы и сбивает меня с ног – конспекты мои разлетаются по ступенькам, я впадаю в праведный гнев, ругаюсь, не брезгуя матом. Он оправдывается, извиняется, пытается помочь.
А потом, когда мы, ползая на карачках на смех всему университету, собрали-таки мои тетрадки, он вконец обнаглел и спросил, что я делаю после занятий и не горю ли желанием пойти с ним в кафе. При этом сумбурно заметил, что будь он нашим ректором, то поставил бы вместо бюста Сократа, возле которого мы ползали, мой… бюст!
Я дала ему пощёчину – ах, как хорошо, что накануне я сделала маникюр! Если это тонкий комплимент, то я обнищавший Билл Гейтс…
– Пошёл вон! – возмутилась я.
– Ну посмотрим, дорогуша, – с вызовом ответил он и ретировался.
Самое смешное, что за полчаса до этого я сидела на лекции и обсуждала с Маите тему неуверенности современных мужчин. Я жаловалась, что они меня почему-то боятся, думают, что я холодная (это я-то?!), и поэтому редко подходят… Вот и пойми нас после этого! Хотя… Зачем понимать? Это слишком сложно. Нас надо просто любить и заставлять в это верить…
Маите – идеальная женщина. На вопрос, какие мужчины ей нравятся, она думает полторы секунды и отвечает:
– Все!
Мне до такой куриной слепоты ещё ползти и ползти…
Да, Маите идеальна. Но такие, как она, никогда не становятся музами гениев. Ведь гении любят в женщине не столько женщину, сколько личность. А личность, как правило, требовательна – и к себе, и к другим.
Я вовсе не хочу сказать, что ищу гения. Мне не нужен ни гений, ни красавец, ни звезда, мне просто нужен «тот самый человек»…
Дневник Матильды
5 марта ’03
Мой кот опять обгадил ковёр.
Застала папу с какой-то крашеной рыжей женщиной. Мне не понравилось. Спряталась в туалете – от стыда мне хотелось смыть себя в унитазе.
Ушла жить к Адель. Пусть помучаются. И Адель, и папа. У той тоже не всё гладко – умер дед. Для всей семьи это было сюрпризом. Зато у Адель теперь будет своя комната.
6 марта ’03
Утром забрала кота. Маленький протест против разврата в моём доме. Но, кажется, незамеченный…
7 марта ’03
Искренне жалею, что взяла с собой это несносное полосатое чудовище – кот наблевал на Хемингуэя. Наверно, он его не очень любит. Книга называлась «Прощай, оружие!». И что я теперь скажу в библиотеке? А Адель-то что скажет? Ведь вместе с Хемингуэем пострадала и её кровать…
Адель вернулась с похорон очень посвежевшей. Погода прекрасная. Вместе учим латинские пословицы. Когда надоест, вернусь домой и устрою папе скандал – надо же дать своей нервной системе разрядку.
Боюсь даже представить, какие сюрпризы ждут меня дома…
Дневник Ирэн
7 марта 2003 г.
I still have the same blue eyes,
But what I’ve become
Now makes my mother only want to cry.
The 69 Eyes – Broken man
(Идею эпиграфов честно слямзила у Стендаля…)
Я злая. Красотку с истории (не подумайте, «красотка» на моём языке – слово ругательное, это примерно то же самое, что легкомысленного поведения девка или просто девица, которая мне по какой-либо причине не нравится) зовут Матильда Баласко. Терпеть не могу эту ледышку с комплексами и потому всегда стараюсь отвечать ей грубо и цинично, когда она за чем-нибудь ко мне обращается.
Бедняжка… Она ж не виновата, что она такая до одури чистая и непорочная. Целомудрие ходячее. Как она смешна со своими монашескими стереотипами! Совратить её, что ли?..
По дороге домой зашла в магазин купить гигиенические… принадлежности. А там… (цензура!) Ну какой же бесчувственный идиот сажает парня-продавца в отдел подобного рода?! Да ещё такую милую зайку! Отпало всё желание напрочь! Хотя можно было сказать, что это в качестве подстилки в клетку хомяка… Я бы у него, не краснея, вагон презервативов купила, чем это! Пришлось потратить ещё полчаса, чтобы найти другой магазин. Ох, не везёт мне…
Возможно, кто-то расценит мои принципы как пагубное следствие пуританского воспитания, но я далеко не пуританка. Однако я твёрдо убеждена, что в женщине должна оставаться хоть какая-то загадка. Хотя бы намёк на загадку. Хотя бы тень намёка на загадку… И многие вещи в наш развратный век кажутся мне излишними. Раньше и голые лодыжки считались бесстыдством. Теперь же никого не удивишь даже полной обнажёнкой…
Поэтому я, наверное, никогда не пойду к мужчине-гинекологу. Хватит с него и того, что он видит вне работы! Вам когда-нибудь попадалась девушка, работающая урологом-андрологом? Мне – нет. Но, может, это потому, что я к урологам-андрологам вообще не хожу… Но если девушки с такой специальностью и существуют, это тоже не совсем нормально.
Человек ведь сам сознательно выбирает свой путь. Возможно, мужчина-гинеколог и аккуратнее, и порой квалифицированнее женщины, но всё равно он будет вызывать у меня недоверие. Несложно ведь догадаться, что подвигло его в семнадцать-восемнадцать лет пойти учиться именно на этот факультет. Уж точно не желание спасать женщин!
Ладно, не надо прозы… В смысле, прозы жизни. С грешными мыслями пошла спать.
Дневник Матильды
8 марта ’03
Скандала не получилось.
Ну и ладно. Зато он помучился. Сам себе есть готовил. Непрожаренное мясо кого хочешь с ума сведёт. Бедняга… Бледный, недоспавший, недобритый, недокормленный, недоглаженный, недостиранный, недолюбленный!
Вот что значит – меня два дня дома не было. Его-то швали уж точно ему ничего порядочного не приготовили – им как-то не до этого было!
Пропадёт он без меня, только признавать этого не хочет и потому совсем меня не ценит…
В связи с частыми переездами и неврозами мой кот радикально сменил ориентацию! Узнала я об этом чисто случайно – когда прогуливала его во дворе неподалёку от стайки соседских чихуахуа… А ещё он ненавязчиво домогается перса мадам Шарье – Тушату. Странно, но тот не против…
Это отнюдь не радует. Главное, чтобы об этом не узнал папа… Папа – гомофоб.
Дневник Ирэн
8 марта 2003 г.
It’s better to burn out
Cause rust never sleeps.
Neil Young – Hey hey, my my
Вот я думаю, почему тот, кто в душе – поэт и музыкант, в результате становится бумагомарателем, вездес-с-сущим журналистом? Правильно. Чтобы иметь возможность встречаться с известными людьми, в том числе и с музыкантами, и чернить их потом в своих грязных статейках. Чтобы быть музыкальным критиком-всезнайкой и законодателем моды в мире музыки, которой там вообще быть не должно, моды этой! И вообще чтобы деньги зарабатывать. Печально всё это, пóшло как-то…
Ну почему у меня нет безбашенной смелости Жаклин? Почему я такая ответственная, обязательная и трусливая? (Вот Жаклин бы точно у того парня прокладки купила, а ещё бы побегать его со стремянкой заставила!) Кому это нужно?
Так и получается – кто-то становится национальным достоянием, а кто-то об этом просто пишет.
Дневник Матильды
10 марта ’03
Ирэн Ледуайен, с которой я имею великое несчастье сидеть на истории, – дрянь и самовлюблённая сучка. Хотя вполне допускаю, что сучка породистая.
Судьба моего бедного кота неизвестна…
Кстати, его зовут Мартианус. Но «кот» писать проще. Тем более что его самого крайне раздражает его имя. Может быть, поэтому он так часто гадит, блюёт и меняет ориентацию?..
Дневник Сержа
12 марта
Предел моих ночных желаний зовут Ирэн Ледуайен. Мир и вправду жутко тесен: оказывается, она – бывшая Марка. Но они до сих пор общаются, потому что Ирэн дружит с девчонкой, поющей в его группе. Не могу забыть, как поэтично она меня обругала. Она так соблазнительна, когда бесится. А какая у неё грудь… Только она и оправдывает её вздорный характер.
Дневник Ирэн
12 марта 2003 г.
Life’s a game I cannot win.
Type O Negative – Everyone I love is dead
Весна… На улице – намёк на солнце. С каждым днём становится всё теплее. А настроение – на нуле. Жизнь ни к чёрту не клеится. Ну хоть дождь пойди, что ли… I’M ONLY HAPPY WHEN IT RAINS!
Я сидела перед упырём, когда вошла мамуля и резко высказалась по поводу того, что у меня полный кавардак на столе. А что? Я человек творческий – иначе не умею. Мне так проще что-нибудь найти. Книжки, диски, тетрадки, журналы, учебники… Картину беспорядка завершает оранжевый медведь, восседающий сверху. И будет так вовеки веков! Или, по крайней мере, до следующей уборки…
Every woman should be witchAs she must be real bitch!
Подписываюсь под каждым словом!
Дневник Сержа
14 марта
Завтра по наводке Марка попробую поймать Ирэн в «Люксембурге». Никуда от меня не денешься, бэйби! Со мной не забалуешь…
Дневник Ирэн
14 марта 2003 г.
Решили завтра собраться в Люксембургском саду – я, Жаклин и её «гарем».
Дневник Матильды
14 марта ’03
Была сегодня у стоматолога. Врач, улыбаясь, меня похвалил:
– Как приятно работать, когда челюсти так широко открываются.
Я:
– Если бы у вас тоже был хронический тонзиллит, вы б ещё не так их открывать умели…
Мартианус – дурак – опять забрался в пакет со стиральным порошком, вылез оттуда с довольной, припорошенной белым рожей. Всё просыпал. Замучилась с ним – балдеет от всего, что пахнет хлором. Не кот, а хлорный онанюга!
Начала нормально разговаривать с папой. Уже прогресс! Мы перестали ссориться. Но не потому, что папа меня понял, а потому, что мне надоело бороться с его непониманием.
Договорились с Адель завтра после учёбы посидеть в Люксембургском саду и вместе учить английский. Возвращаться домой нет никакого желания. Не хочу опять его с кем-нибудь застать, а потом отсиживаться в ванной и реветь.
Дневник Сержа
15 марта
Браво! Счёт: один – ноль, веду я! Я знал, что враг не устоит и сдастся.
Дневник Ирэн
15 марта 2003 г.
Когда ко мне подрулила эта чучеловидная сволочь, что сбила меня на лестнице, я готова была его убить!
И убила бы. Но бас-гитарист моей любимой группы Strange Girls оказался его другом, и этот наглец мог беспрепятственно находиться с нами так долго, как хотел.
Марк, ангел гитары и вообще рукоблудия, тебя я тоже убью! И не посмотрю, что ты тонкая натура и в позапрошлом году играл мне слезливые серенады.
За это время Серж (так его, оказывается, зовут!) не успел мне понравиться, зато довольно попортил крови и вывел из себя. Жаклин смеялась. Она называла его остряком. Я бы назвала его не иначе как придурком. Ради друзей, которым он так понравился, пришлось его терпеть… Ненавижу себя за свою ненужную терпимость.
А в довершение ко всему там ошивалась Мисс Порочная Невинность Матильда Баласко со своей подружкой-шмакодявкой Гнидель на подтанцовке. День испорчен окончательно…
Жаклин спросила меня про Матильду. Я пренебрежительно фыркнула:
– Красотка та ещё!
Жаклин, обученная моему сленгу, понятливо кивнула.
– Ладно. Значит, не будем с ней знакомиться.
Дневник Матильды
15 марта ’03
О, Серж! Я влюбилась! Какая зайка!
Дневник Сержа
17 марта
У Марка скоро концерт в «Пристани». Там будет и Ирэн. Само собой, чтобы послушать свою дорогую подружку. Вот тут-то я её и сцапаю!
Дневник Матильды
18 марта ’03
Сказала Адель, что меня непреодолимо влечёт к Сержу Сантону. Та не поняла моих светлых чувств и покрутила пальцем у виска.
Он сведёт меня с ума. Какой парень… Мой самый любимый мужчина после Мартиануса.
Господи, как бы мне к нему подступиться? Он, как назло, никого не замечает, кроме этой манерной сучки Ледуайен. Попробую действовать через неё. Правда, я совершенно не умею плести интриги. За все восемнадцать лет жизни со мной такое в первый раз!
Терпеть не могу эту сучку – как она мне мешает!
Дневник сучки
20 марта 2003 г.
No matter what I do
It’s never enough.
Type O Negative – It’s never enough
Мои любимые словечки и смысл, который я в них вкладываю:
Красотка – нехорошая девушка;
Гризетка – невзрачная девушка, серая мышь, возможно, даже серый кардинал;
Кокотка – красотка и гризетка одновременно;
Брезгует! – не желает общаться, встречаться, заниматься и т.д.;
Зря! – незапланированное следствие необдуманного поступка;
Упырь – мой компьютер.
Не очень-то хотелось об этом писать, ну ладно… Буду откровенна, Матильда не так уж глупа. Сегодня я умудрилась проговорить с ней полчаса, ни разу не скривившись от отвращения. Может, ей просто от меня что-то надо?
Дневник Сержа
20 марта
Добровольно отдамся красивой девушке из порядочной семьи, но с непорядочными намерениями.
Дневник Матильды
20 марта ’03
Узнала, что Ирэн идёт на концерт своей подруги, и там будет Серж. А значит, там надо быть и мне! «Пристань грешников» на улице Свиданий – это же совсем недалеко от моего дома.
Ирэн, ну возьми меня с собой на концерт – ведь туда пойдёт и ОН…
Дневник Ирэн
21 марта 2003 г.
Так я и думала. Ей нужна не я, а чучело. Сержино! А я-то размечталась…
На повестке дня – меня взяли корреспондентом в наш студенческий неформально-молодёжный журнал «Wild». Так что от репетиторства русского языка пришлось отказаться, а то ничего успевать не буду. Свой первый в жизни репортаж я делаю о Жаклин и её «девочках» – после концерта беру у Strange Girls интервью и «провожу фотосессию». Вообще-то фотограф с меня хреновый, и, я бы даже сказала, (цензура!) … Но если очень постараться и отщёлкать целую плёнку, может, и получится хоть пара удачных снимков.
А-а! Первое интервью! И у меня, и у них! Даже страшновато. В этом мы с ними, по крайней мере, солидарны – полные профаны и девственники…
Дневник Сержа
22 марта
Думаю, что делать и говорить завтра. Адски сложная это задача – сводить с ума девушек, у которых его в избытке. С той же романтичной простушкой Матильдой всё было бы гораздо проще. Но страсть сильнее романтики, хотя людям иногда хочется думать иначе.
Дневник Матильды
22 марта ’03
Ирэн, умоляю! Ты – моя последняя надежда… Я даже про кота забыла, не трогаю, так хочу Сержа…
Дневник Ирэн
22 марта 2003 г.
А не такая уж она и невинная, эта милочка Матильда Баласко. Still waters run deep. И зоофилка к тому же… Ладно уж, у неё был такой несчастный голос по телефону, пусть идёт.
Дневник Матильды
СПАСИБО, МОЯ ДЕВОЧКА!!!!!
Она пообещала провести меня с собой!
Дневник Сержа
23 марта
Вообще-то там была не только Ирэн, но и Матильда. Кажется, они в заговоре. Против меня.
Дневник Ирэн
24 марта 2003 г.
Watching every motion
In my foolish lover’s game,
On this endless ocean
Finally lovers know no shame.
Berlin – Take my breath away
Концерт был великолепным! Люблю Жаклин! Люблю Марка! Люблю Рено! Люблю Фабриса! Люблю Винни! Люблю ВСЕХ!
Отмечать их успех алкоголем мы начали ещё в прокуренной гримёрке ребят – общей (ну они ж пока не звёзды!) … Потом мы куда-то поехали, и вечер закончился рядом с замёрзшим, но горячим телом Жаклин в чьей-то наспех застеленной постели. Сколько лет её знаю, а всё как в первый раз… Божественная моя Жаклин…
Что случилось с малышкой Баласко и тем развязным типом с порочным лицом и неподходящей фамилией не имею понятия – меня это как-то мало волновало. Кстати, они очень неплохо смотрятся вместе – мальчик-колокольчик и девочка-аскетка!
Дневник девочки-аскетки
24 марта ’03
Господь смилостивился и подарил мне несколько мгновений счастья. Он был там!
Мы встретились с Ирэн у входа в клуб. Она приехала с ребятами на старом, непонятно где откопанном роллс-ройсе с «шедевром» аэрографии на капоте – кривой надписью «Strange Girls рулят!».
У Ирэн своя тусовка, особая. В эпоху, когда почти весь мир помешан на рэпе и r’n’b, а поп ничем не вытравить, она водит дружбу с весёлыми неудачниками из рок-группы, заведомо обречённой на фиаско…
Рыжеволосая солистка Жаклин хороша, роскошные глаза и грудь. Её сценические костюмы довольно дешёвые, зато яркие и смелые. Правда, что-то в ней есть, что-то дерзкое, притягательное… Возможно, харизма, хоть это и громко сказано. Скорее, чисто человеческое обаяние. На неё сразу обращаешь внимание, даже не зная, что она местная знаменитость. Мне понравилось, что она всё время улыбалась и была приветлива со мной, хотя мы едва друг друга знаем.
Ирэн – более страстная, даже непримиримая. Её цинизм подчас не знает предела, её шуточки и намёки заставляют меня краснеть. Иногда она кажется просто невоспитанной! Неужели она действительно такая или просто поддерживает сложившийся имидж?
Они с Жаклин выглядят как влюблённая парочка. Я чувствовала себя не очень уютно в их обществе. Тем более что Ирэн иногда очень странно на меня смотрела. Оценивающе, раздевающе… Я и не знала, что девушки могут так смотреть! Лучше б на меня так Серж смотрел…
Жаклин очень миролюбива, её невозможно вывести из себя, она умеет сдерживаться. Ирэн – нет, это огонь! Во всём! Возможно, это и привлекло Сержа. Я – не она. Я не так откровенно красива и не так злободневно умна. Её следует бояться.
Вся группа выглядит неплохо и играет… тоже. Хотя я абсолютно ничего в этом не смыслю. У Жаклин хороший сильный голос, не спорю. Возможно, даже сексуальный. Правда, я вообще не могу думать о девушке как о сексуальном объекте.
Что до музыки, весь концерт у меня было дикое желание заткнуть уши! Ну не моё это совсем… Да ещё эта невыносимая толкучка, вопли, крики, духота… Патлатые башки трясутся, как метёлки у болельщиц. Я едва не свалилась в обморок. Может быть, это и вусмерть гениально, только слишком уж громко! Я «отдыхала» на нескольких спокойных балладах и пыталась заговорить с Сержем. Ирэн была слишком перевозбуждена. Через несколько минут после начала концерта она просто перестала нас замечать – оно и к лучшему. Когда час моих пыток истёк, она исчезла за кулисами.
А Серж не успел. Я осмелела и попросила его проводить меня до дома. Что ему оставалось делать?
Мы шли, разговаривали. Начался мелкий дождь. Я в своём шерстяном жакете стала замерзать, и Серж отдал мне свою куртку… Я до сих пор ощущаю сладкий запах её потёртой кожи, такой волнующе-приятный…
Сейчас, вспоминая всё это, я чувствую, как у меня дрожат пальцы и ноет сердце… Я так мучительно люблю его… Я не хотела, чтобы этот вечер вообще заканчивался. Душа ликовала – но потом, дома, под тёплым одеялом. А тогда я ужасно боялась… Трусиха!
Поначалу Серж был ко мне безразличен, но потом его взгляд потеплел. Мы говорили об учёбе, о «Студенческой весне поэтов»… Давно мне не было так хорошо. Мне казалось, что, если он захочет меня поцеловать, я не смогу устоять и позволю ему это. Но он почти не прикоснулся ко мне. Только два раза, чтобы одеть и снять с меня свою куртку.
Он неравнодушен к Ирэн, за что я её почти ненавижу…
Дневник Сержа
24 марта
Ирэн меня оставила, мы почти не говорили, она меня избегает. Зато меня едва ли не преследует Матильда… Западня… Матильда… Что Матильда? Ничего определённого о ней не скажу. Я нехотя проводил её до дома. Она милая девочка, и всё. Слишком милая. Не моего полёта птичка. Мне её даже жаль. А жалость никогда не способствует эрекции.
Дневник Ирэн
Au meine kleine Hexe!!!
Утром, лёжа в постели, рассказала Жаклин про Матильду. А потом сказала ей главное – я хочу Матильду! Я теперь это совершено ясно осознала.
Жаклин сонно засмеялась и пробормотала:
– Ну так бери, если хочешь.
– Я не могу. Ты ж её видела – она невиннее Орлеанской девы!
– Ну надо же с чего-то начинать.
– Пусть она лучше с Сержа начнёт.
– Что у неё есть такое, чего нет у меня? – потянувшись, промурлыкала Жаклин и положила голову мне на колени.
– Она – запретный плод. Недоступна, и оттого завоевать её ещё интереснее… Я знаю, что, когда добьюсь её, она, возможно, станет мне не нужна, но пока она представляет для меня интерес…
– Прелесть, ты рассуждаешь как мужчина. Причём развратный и неразборчивый.
Я уставилась на неё в недоумении.
– Правда?
– Ещё как. Но этим ты мне и нравишься.
– Но я не хочу быть такой! Я не хочу её использовать.
– Брось! В использовании людей нет ничего преступного – только полезное… – Она обвила рукой мою шею и привлекла к себе. – Господи… Ты сейчас похожа на обиженного ребёнка.
– Слушай, определись всё-таки, на кого я похожа…
– Иди сюда… – Она приблизила свои губы к моим.
И тут я услышала звонкий щелчок фотоаппарата! В лицо ударила яркая вспышка.
– Отличный кадр, девочки! Пожалуйста, не останавливайтесь! У меня ещё целая плёнка…
Мы сразу же оторвались друг от друга – ну прямо две перепуганные школьницы, застуканные в туалете за раскуриванием марихуаны! Особенно перепуганной наверняка была я.
В дверях стоял Марк, беспутный плут. На нём были только джинсы, державшиеся на одном… честном слове. В руках – мой фотоаппарат, на лице – блаженная улыбка, состояние – курящее.
– Эротико-он… – протянул Марк (он всё мало-мальски занятное называет эротиконом).
– Твою мать… Что ты здесь делаешь вообще?
– Я здесь живу, милочка.
– Тогда проваливай! И оставь в покое мою технику!
– Между прочим, ты валяешься на моей кровати.
– Что? Почему ты мне не сказала? – накинулась я на Жаклин – та лишь рассеяно пожала плечами. – Марк, извини, я не знала, что эту квартиру снимаешь ты…
– Ничего, я привык. Подумать только, что вы тут вытворяли!
– Подумаешь об этом сегодня ночью… – усмехнулась Жаклин.
Тут в комнате возник не более изысканно одетый Рено – в трусах, но в шляпе и с тлеющей сигаретой в зубах. Он окинул нас любопытным, но понимающим взором и прищёлкнул языком. Я в очередной раз поразилась, какой он тощий. И на чём там гитара держится?..
Жаклин швырнула в них подушку.
– Проваливайте! У нас важный разговор.
Марк снова принялся нас щёлкать.
– Я уже вижу подпись! – восклицал он, один за другим делая компрометирующие кадры. – «Спецкор „Wild“ берёт эксклюзивное интервью у вокалистки группы Strange Girls Жаклин Люмьер». Жаклин, улыбочку! «Одно непонятно – почему они в постели и не одеты?». Две красавицы в одной постели! Разве что-то может быть прекраснее?
– Может, – уверенно сказал Рено и прыгнул на нашу окосевшую кровать. Матрас подлетел вверх, и мы с Жаклин – с матрасом вместе. – Я в этой постели с ними!
– Скотина!
– Марк, не завидуй – снимай быстрее!
– Так нечестно! Это же МОЯ постель…
– Зато я первый догадался! СНИМАЙ!
Мы с Жаклин спихнули Рено на пол и вытолкали их за дверь, его и упорно сопротивлявшегося Марка. А потом, смеясь, залезли на кровать, ставшую уже оплотом разврата, и… продолжили наш важный разговор.
Дневник Матильды
25 марта ’03
Мой кот всё ещё пребывает в гомосексуальном загуле.
Адель похвасталась, что Серж с ней заигрывает и называет Газелью. Я тактично промолчала и не стала говорить, что Ирэн придумала для неё более подходящее прозвище – Гнидель! Хотя мне страшно хотелось это сделать. Всё больше презираю Адель. Даже эту носатую лахудру Серж одарил своим вниманием – кого угодно, только не меня!
К нам приехала моя богемная бабушка – разбирать наш семейный конфликт. Когда-то она была ведущей популярной в своё время телепередачи, где выполняла музыкальные заявки зрителей и отвечала на их письма, давала советы, порой весьма смелые, делилась житейской мудростью… И до сих пор она считает своим моральным долгом вмешиваться в личные дела всех своих друзей, приятелей и родственников. Узнав о том, что я уходила из дома (пусть всего на два дня и оставив на тумбочке все координаты Адель), бабушка немедленно примчалась спасать наш домашний очаг.
Возраст свой она тщательно скрывает – его даже я не знаю. А папа, тот вообще не помнит. Знает только, что, когда он родился, она была уже не очень молода, но чертовски знаменита. Так что о летах моей бабули остаётся только догадываться.
Например, когда сегодня утром мы сидели в кафе-мороженом, к ней подошёл седовласый господин лет шестидесяти и, улыбаясь, заговорил:
– Дорогая мадам Баласко! А я вас узнал. Вы прекрасно выглядите! – Как всегда, слыша в свой адрес комплименты, бабушка начала расцветать. – Знаете, моя покойная мамаша запрещала мне смотреть вашу передачу, а я считал, что во всей республике нет женщины обворожительнее вас. Вы же, можно сказать, кумир моего детства!
На этих словах бабуля скривила губы и больше не улыбалась.
Дневник Ирэн
25 марта 2003 г.
После завтрака я попросила ребят одеться. Прилично! И мы приступили к нашей «фотосессии». Первую плёнку, где красовались я и Жаклин, Марк, падла, у меня отобрал, но у меня осталась ещё одна. Давно пора купить цифровой и не мучиться…
– Фабрис, сделай лицо попроще, ты не у проктолога. Рено, не свали Марка. Марк, не сгибайся под Рено, а то ты всё время выпадаешь из кадра. Жаклин, не надо так выставлять… гм… Ладно, делай что хочешь.
– А мне что делать? – услышала я обиженный голос клавишника.
Мой бедный мальчик!
– Винни, тебе ничего не надо делать, ты – совершенство само по себе.
Совершенство растянулось в улыбке.
После съёмок я начала интервью с Жаклин и Рено. Кое-какие пошлые вставочки делал и Марк.
– Знаешь, – сказал он, скосив в мою сторону хитрый прищур, – я бы чувствовал себя звездой, если бы не знал тебя так хорошо.
– То, что ты видел меня нагишом, ещё не значит, что ты хорошо меня знаешь!
Короче, теперь я сижу перед монитором своего упыря, печатаю о них статью и редактирую фотографии. Они получились превосходными, и их не испортила даже моя феноменальная криворукость. Если редактору не понравится, я его однозначно зарежу!
Дневник Сержа
25 марта
Ирэн Ледуайен меня ненавидит – плевать.
Я привык, что женщины меня либо избегают, либо обожают. Хотя девушку, которая сторонится, соблазнять намного интереснее, чем ту, что с выжидающей покорностью добровольной жертвы заглядывает в глаза. Правда, слишком долго ждать тоже неинтересно.
Однажды я добьюсь Ледуайен, а пока я узнаю её заочно: что она любит, куда ходит, с кем… Повсюду мои люди. Марк постоянно с ней контактирует. Он уже рассказал мне несколько пикантных историй об Ирэн и Жаклин.
Другой шпион – друг и сосед по комнате Люка – числится в их «одичалом» журнале фотографом и тоже видит её постоянно. Должен же он как-то отработать кучу бесплатных DVD, что я таскаю ему с работы.
Дневник Матильды
Бабушка показывала мне свои старые фотографии – ещё чёрно-белые.
– Ах, какой красоткой я была! – с хитрой улыбкой говорила она. – Не то что сейчас! Теперь я могу позволить себе так говорить. А тогда я совсем не знала, что красива, – у меня было столько комплексов из-за своих мелких недостатков! Цветущая молодость и красота правят этим грешным миром. Так что дорожи тем временем, пока ты молода, и всегда говори: «Я красива!», даже если так не думаешь ни ты, ни окружающие, а то годы пройдут, и это будет уже неважно… Молодость – это так стремительно: ты не успеешь поумнеть, как уже стареешь!
Папа приехал с работы злой и ворчливый. После ужина бабушка собрала нас в гостиной и приступила к сеансу психотерапии. Сначала папа настороженно вздыбился, а потом и вовсе ощетинился, как дикобраз.
– Я вообще не понимаю, в чём проблема! – С этой фразы обычно начинаются все наши проблемы. – Что плохого в том, что я приглашаю домой женщин? Хуже было бы, если бы у меня СОВСЕМ их не было.
– Ты травмируешь психику ребёнка, – заявила бабуля, сурово стукнув кулачком по подлокотнику.
– Я уже не ребёнок, – оскорбилась я.
– Слыхала? Она не ребёнок.
– Нет, ребёнок! Сколько тебе лет, кстати?
– Восемнадцать.
– Вот видишь! Ты в восемнадцать лет уже в госпитале работала.
– Это другое, то война была.
– Какая из двух? – поинтересовалась я. – Первая или вторая?
Бабуля поджала губы.
– Только не говори, что имеешь в виду войну в Алжире – тебе всё равно никто не поверит, – предупредил папа.
– Сейчас же прекратите надо мной издеваться! – возмутилась бабушка и снова накинулась на папу: – Ты своим… э… женщинам внимания уделяешь больше, чем собственной дочери!
– Значит, дело только во внимании?
– Конечно! Ей и так не хватает материнской заботы, а ты ещё делаешь её сиротой при живом отце!
– Пожалуй, мама, это перебор…
– Перебор – это тот бордель, что ты устроил на глазах у невинной девочки! Она сейчас растёт, становится взрослой, ей как никогда нужна твоя поддержка…
– Можно я пойду? – спросила я, зевая.
– Можно, родная.
Я вышла из гостиной и прильнула к двери. Теперь они начнут говорить действительно то, что думают.
– Можно я тоже пойду? – попросился папа.
– Нет! Тебе нельзя! Сядь! Послушай… Не губи её. Всё намного серьёзнее, чем ты думаешь. Ты для неё сейчас – архетип мужчины, прототип её будущего мужа. И её ревность – эта та же самая ревность, которую испытывала бы женщина к любимому мужчине, понимаешь?
Папа был явно ошеломлён.
– Н-нет…
– Ты ей не отец. То есть она не воспринимает тебя как отца. Сейчас, когда Валери умерла, она чувствует, что именно она – женское начало в доме. И ты – её подсознательный… сексуальный объект! – страшным шёпотом сообщила бабуля.
– Так уж и сексуальный? – испугался папа.
– Ещё какой! Hу это как у царя Эдипа было, понимаешь?
– Не знаю я никакого царя Эдипа. Это фильм такой или что?
Я слышала, как бабушка хотела сказать что-то ещё, но папа с лёгкостью убил в ней весь энтузиазм. Вместо ответа она тяжко вздохнула и пробормотала:
– Ладно, Робер… Иди спать.
Я отпрянула от двери и быстро скрылась в своей комнате.
М-да… Сколько интересного можно узнать о себе, подслушивая чужие разговоры! Вот уж не думала, что причина наших с папой разногласий – это мой Эдипов комплекс…
27 марта ’03
Ездила сегодня в «конюшню», то есть в наш конноспортивный клуб. Привезла с собой полный рюкзак моркови и яблок. По правде говоря, это единственное место в мире, где я чувствую себя комфортно. Там всё напоминает о моём беззаботном детстве. Всё-таки на свете нет ничего роднее для меня, чем лошади. Я до сих пор с тоской вспоминаю, как днями напролёт скакала на Леоне или на Талейране (часто без седла), – этих ощущений мне никогда не забыть…
Из-за учёбы я не могу бывать в конюшне каждый день, как раньше. Раз в две недели – это так ничтожно мало. Я чувствую себя как рыба на песке. В городе мне не хватает воздуха. Поначалу мне было даже странно ходить пешком, не ощущая под собой сильную спину лошади. Сейчас привыкла, но всё равно ужасно скучаю…
Эта зависимость действительно существует – тот, кто однажды привязался к лошадям, никогда потом не сможет жить без них, как прежде.
Дневник Сержа
27 марта ’03
Люка перебрал, проспал, не сделал какой-то важный фоторепортаж и вообще не явился в редакцию. Так что с работы его выгнали. Теперь некому докладывать мне, с кем и зачем была Ледуайен. А виноват в этом я – я же его напоил.
Вернувшись после работы в общагу, я пошёл на кухню и наткнулся на Урсулу. Она пекла печенье и напевала песню Паскаля Обиспо «Sous le soleil».
Урсула – прелесть и единственная женщина в мире, которая вызывает у меня не только междуножный зуд, но и большое уважение. Её я могу воспринимать и как девушку, и как человека – доброго и понимающего. Мы немного поболтали (она даже обещала угостить меня печеньем), и я спросил:
– Ну а как у тебя на этом… на любовном фронте?
– Всегда кто-то есть, но не всегда тот, кто нужен, – с грустью ответила Урсула и стрельнула у меня сигаретку.
– А кто тебе нужен?
– Кто-то.
– Я его знаю?
Она улыбнулась, и, глядя на неё, я тоже не удержался от улыбки.
– Тебе конкретное имя назвать?
– Ну если можно…
Она, смеясь, взяла меня за ремень и притянула к себе.
– А если я скажу, что это ты?
О-па-а! Щас главное – не упустить момент.
– Я скажу, что я весь в твоём распоряжении. И если хочешь, ты всегда можешь позвать меня к себе и воспользоваться моей беспомощностью…
Урсула отпустила меня и села за стол.
– Ты мне только постель предложить можешь?
Я пожал плечами.
– А что ещё я могу тебе предложить?
– Себя.
– Так я себя и предлагаю – причём лучшие свои части…
Она снова засмеялась.
– Ну ты ведь не резиновый, с тобой не только спать можно.
– В смысле?
– В смысле, можно и поговорить.
– А-а, ты об этом… – разочарованно вздохнул я.
Урсула открыла духовку.
– Знаешь, что, Серж? – сказала она в чёрную мглу. – Шёл бы ты… дальше. Не буду я тебя угощать!
Я улыбнулся, поцеловал её в голое плечо и ушёл.
Дневник Ирэн
29 марта 2003 г.
Сегодня Strange Girls заехали ко мне поделиться своими успехами!
Мамуля тут же принялась выставлять на стол всякие вкусности, от которых у моих друзей мгновенно потекли слюнки. Рено сказал, что больше нигде не видел такого фанатичного гостеприимства. Это потому что моя мама русская. У них это называется хлебосольство, у нас – чудачество. Мамуле нравится удивлять таким образом французов, случайно или по делу перешагнувших порог нашего дома. Ей доставляет невообразимое удовольствие сопротивляться традициям страны, в которой она живёт уже двадцать лет.
Мамуля бережёт свои русские привычки и не позволяет себе слишком офранцуживаться. Когда она получала французское гражданство, ей предложили либо оставить своё русское имя, либо изменить его на французский лад. Мамуля выбрала первое, ведь даже папуля, за которым она уже тогда была замужем, никогда не звал её Элен. Только Елена, правда, с ударением на последний слог.
Мы с Жаклин помогли ей накрыть, а потом сели за стол. Но мамуля и тут не успокоилась. К изумлению ребят, она принялась лично наполнять их тарелки. А Марку, к которому она относится с непостижимо-незаслуженным обожанием, мама положила даже вдвое больше, чем остальным.
Когда она ушла, Жаклин загадочно переглянулась с ребятами, и они стали наперебой рассказывать мне свои новости… Отныне ими занимается солидный менеджер – некий Бернар Перуэн (он заметил их ещё тогда в «Пристани»! ). Его стараниями Strange Girls подписали контракт на два альбома с французским дистрибьютором «Sony Music Entertainment», и Перуэн уже нашёл им продюсера для записи первого диска!
Я даже есть перестала. Неужели то, к чему они так долго шли, наконец сбывалось?!
– Ну всё, теперь вы точно зазвездитесь! – сказала я, ужасно за них радуясь. – Кажется, нам срочно нужно найти шампанское…
2 апреля 2003 г.
With no loving in our souls
And no money in our coats.
The Rolling Stones – Angie
Люка выгнали, и в нашей подпольной редакции объявился новый персонаж – сумасшедший фотограф-самоучка Луи. Обаятелен до умопомрачения! Его мечта – сделать фотосессию с полуголыми нимфетками в чулочках, измывающимися над большими мягкими игрушками. Торжество инфантильности и «невинной» похоти! «Ещё не девушка, но уже не девочка…» Ещё не гений, но уже извращенец… Даже моя развратная душонка в шоке!
Я отказала ему позировать («Сожалею, детка, но мне больше чем восемнадцать!»), зато успела принять его приглашение в кино. Я должна написать рецензию на какой-то очередной бездушный американский блокбастер и желательно разгромить его в пух и в прах. Вообще-то Луи должен сопровождать меня только на интервью и репортажи, но… (цитирую) «надо же нам познакомиться поближе…»
3 апреля 2003 г.
Луи оказался ещё и очень обходительным. Когда ему это надо…
Договорились встретиться на следующий день у Сорбонны в шесть часов вечера. Я пришла на пять минут раньше. Он опаздывал. Какая проза жизни! Это только в мелодрамах она опаздывает на полдня, а он сидит на жаре с незавядшими цветами и до дыр распростёртыми объятьями.
В конце концов, где его дьявол носит?
Сижу на скамейке, читаю. Вдруг чувствую, как на глаза ложатся чьи-то тёплые ладони – он! От неожиданности роняю томик Чехова.
– Привет, милая! Ничего, что я опоздал?
Мы уже «милые»? Не отвечаю. Он целует меня в щёку и поднимает книгу. А где цветы?
– Чехов в оригинале? Ты знаешь русский?
– Да, но сначала прочитываю книгу по-французски, а потом по-русски. У меня мама русская.
Кажется, он удивился. А чего тут удивительного? Пол-Парижа наводнено русскими эмигрантами. Мамуля шутит, что русские скоро станут как евреи – везде свои и понемногу…
Мы отправились гулять. Просто разговаривали, за два часа обошли весь Латинский квартал. А потом устроились на террасе кафе на Буль-Миш, рядом с джаз-клубом. Луи вроде бы рассказывал о себе, но так ничего толком и не сказал. Замечательное качество, встречающееся у людей, которым есть что скрывать. Интересно, у него только язык хорошо подвешен или ещё что пониже?.. Луи явно пытался меня «заговорить», очаровать, но я, наученная горькими опытами ранней юности, не люблю терять голову – и потому не особенно-то ему поддавалась. Он мил, забавен, не лишён ума, с ним интересно. Но не более.
Дневник Сержа
3 апреля
Латинский квартал – место для меня однозначно малоинтересное. У местных девок задницы либо слишком толстые, либо слишком плоские. Не мой размер. Тоска…
Да ещё в районе улицы Сен-Жак видел Ледуайен с каким-то ублюдочным выродком. Меня они не заметили. Адски хотелось подойти и дать ему по шее. Но не подошёл. Не потому, что струхнул. Просто понимаю, что пока не имею на неё никаких прав, да и не хочу совершать лишних глупостей. Хватит с меня разбитого носа на Рождество.
Дневник Ирэн
8 апреля 2003 г.
Только что узнала СУПЕРНОВОСТЬ!!! В Европу приезжают Type O Negative!
Ой! А если мне удастся взять интервью у самого Питера Стила? В последнее время привыкаю общаться только со звёздами…
Надо срочно обрадовать Кристину!
Кристина – это ещё одна моя подруга. Та самая, что стучала в Strange Girls на ударных. Ей двадцать один год, и из всех нас она – самая необычная. Она уже самостоятельная, работающая и отдельно проживающая девушка, а главное – она уже мать!
В шестнадцать лет Кристина потеряла родителей, и всё их состояние досталось ей. Она тут же бросила школу и, прикрываясь своим горем, ушла в отрыв. Весь следующий год Кристина посвятила трипу – в буквальном и переносном смысле. Она исколесила всю Европу, перепробовав всевозможные колёса и траву. «Внезапная» беременность вынудила Крис взяться за ум, обосноваться в Париже и пойти учиться.
В семнадцать лет Кристина родила на удивление здорового малыша. Отец ребёнка… неизвестен. Кто он и где, не знаю даже я. Но подозреваю, что Николя – если не от плоти, то точно от духа Питера Стила… И четырёхлетний мальчик, наверное, тоже так думает. Вся комната Кристины обклеена постерами Пита. Крис просто умирает по Type O Negative!
9 апреля 2003 г.
Сегодня я заходила к ней, чтобы сообщить вышеозначенную новость. Потому как дозвониться до Крис антиреально! У неё либо занято, либо отключено за неуплату, а мобильные свои она всё время теряет, или сыночек их разбирает.
И вот… маленькая квартирка на Бельвиль, которую Крис снимает в доме с вечно сломанным домофоном. Чтобы быть услышанной, мне пришлось звонить раз десять. И этому явно препятствовал надрывавшийся за дверью Курт Кобейн. Через пару минут мне соизволили-таки открыть. На пороге стояла усталая черноволосая красавица в старых джинсах и полинялой рубашке.
– Hello, how low? – говорю я.
– Ой, привет, Ирэн. Я не слышала звонка…
– Ещё бы! Сквозь такой-то грохот!
– Ну входи.
– Ну спасибо.
Навстречу мне выбежал маленький ангел. Улыбнулся и полез производить ревизию моего пакета на предмет чего-нибудь вкусного. Зайка!
– Привет, малыш!
– Пливет, детка!
Квартиру сотрясала нирвановская «Come as you are». Со всех сторон меня пронзали зеленющие глаза Питера Стила. На полу, заваленном машинками всех цветов и моделей, Кристина, забаррикадировавшись от мира книжками и канцелярским хламом, трудилась над устрашающего вида чертежом.
– Забиваешь гранджем готик-метал? Кощунство!
– Что? Не слышу! А-а, нет… Просто так лучше работается.
– А у меня есть, чем тебя порадовать!
– Что? Не слышно ни хрена! Нико, родной, сделай потише!
Примчался ангел, вымазанный шоколадным мороженым, и влез на бушующие колонки, чтобы достать до регулятора громкости.
– Зачем ты купила ему сладости?
– Ну должен же его хоть кто-то баловать!
Кристина поджала губы с видом оскорблённой матери, которой не дают воспитывать сына в спартанской строгости, и снова склонилась над проектом. До чего же мне осточертела эта её деловитая мрачность!
Вдруг одна из колонок забарахлила и опрометчиво затрещала.
– Ой, что это? – воскликнула я.
Крис угрожающе приподнялась.
– А на это у меня есть вот это! – Из анналов шкафа она извлекла огромную отвёртку.
Не успела Кристина ею воспользоваться, как колонка снова заработала – будто испугалась. А ещё говорят, что женщина и техника несовместимы…
Кристина вернулась к работе.
– Ты, кажется, хотела мне что-то сообщить?
– А, да… – Я опустилась на пол рядом с Крис и прокричала ей в самое ухо: – TYPE O NEGATIVE ЕДУТ В ЕВРОПУ!
Всё. Этого хватило. Крис с сомнением наморщила лоб, потом просияла, затем взвыла, а в итоге сошла с ума от радости! Как мало нужно человеку для счастья – отвёртка, музыка и друг с хорошей вестью…
Иногда, глядя на Нико, я невольно завидую Кристине. Он напоминает мальчика, изображавшего Фредди Меркьюри в клипе Queen — The Miracle. Малыш так трогательно очарователен, что я готова выкрасть и усыновить его, если Кристина вдруг перестанет справляться со своими родительскими обязанностями (и в принципе к этому есть все предпосылки).
Отлично понимаю, что мил он до поры до времени, но даже вообразить себе боюсь, что из него может вырасти мужлан. Ну уж нет, из этого мальчика мужлан не вырастет. Кто-кто, а тётя Ирэн этого не допустит!
Я всегда хотела иметь одного ребёнка и желательно девочку. Теперь же я понимаю, что мне просто необходимо вырастить сына! Воспитать настоящего мужчину – мой священный женский долг. Я сейчас не говорю о том, чтобы он умел хорошо драться или обстреливать пивные банки с завязанными глазами, нет.
Я говорю о мужчине, который бы умел обращаться с женщинами, уважать их и любить. Я бы воспитала такого мужчину, которого бы оценила и захотела абсолютно любая.
Для начала я бы растолковала сыну, что, сидя рядом с девушкой, не надо раздвигать колени шире плеч. Это так называемое проявление мужественности раздражает многих женщин. Из-за его хреновой мужественности ей просто будет негде сидеть!
Я бы объяснила ему, что нежелательно вешать (не ласково класть, а именно вешать!) руку девушке на плечо. Особенно, если они идут. Так можно обнять друга, но не девушку. Во-первых, ей неудобно. Во-вторых, чисто психологически у женщины идёт прямая ассоциация с закабалением. Если только она не влюблена, как кошка, и не готова терпеть любые его привычки, в том числе и неумение обращаться с ней как с женщиной…
Да, наверное, у меня никогда не будет сына. А если он и будет, то просто возненавидит меня за то, что я не даю ему жить.
11 апреля 2003 г.
Вчера после учёбы заезжала в «Либрери дю Глоб» на бульваре Бомарше. Раньше он находился в Латинском квартале, и это было очень удобно, а теперь приходится ехать в гейско-еврейский квартал Марэ и идти через площадь Вогезов. Мамуля просила купить несколько русскоязычных книг. Взяла Лескова, Тэффи, Бунина и «Несерьёзные рассказы» Саши Чёрного – про русских эмигрантов.
А сегодня я заезжала к Жаклин на репетицию, и мы с Марком вместе возвращались домой в забитом метро. Сплошная романтика… А с каким невинным упоением он прижимался ко мне, делая вид, что его толкают! Ладно, прощён…
Из метро я зашла в «Монопри», Марк – за мной. Я купила кое-каких фруктов и один банан. О, нужно было видеть его блудливые глаза и их недвусмысленное выражение! Всю дорогу он не мог успокоиться – зачем мне банан и почему ОДИН? И не может ли он (в смысле, Марк) мне ПОМОЧЬ?
Видимо, бесполезно объяснять этому пошляку, что я в кои-то веки затеяла фруктовый салат.
Эротико-он…
Дневник Сержа
14 апреля
Судя по тому, что рассказывает мне Марк, у Ледуайен проблемы с мужчинами… Значит, моё вмешательство будет очень своевременно.
Многие женщины притворяются, что не заинтересованы в сексе. Такое поведение диктуется им предрассудками – своими и общества. Короче, всем тем, что называются моралью. Но, похоже, разговоров о том, как достичь оргазма, намного больше, чем о том, как обрести гармонию с любимым. И уж, наверное, не зря.
Почти все мои знакомые девушки признавались, что секс – это самое главное в отношениях, на нём строится всё остальное. Но почему-то именно в ОТНОШЕНИЯХ. Вот эта принципиальность меня и раздражает. Лично я не начинаю никаких «отношений», пока не попробую девушку на вкус. Если она не подходит мне в постели, не подойдёт и дальше.
Люка, к примеру, каждый раз совершает одну и ту же ошибку: сперва он тратит на девушку кучу времени, денег, нервов, энергии, возится с ней, обхаживает, внедряется в её мир, узнаёт её привычки – таким образом, проходит примерно пять-шесть недель его вынужденного воздержания.
После наигранных сопротивлений ему удаётся её уломать, он с ней спит, в половине случаев разочаровывается, на всякий случай спит ещё раз, опять разочаровывается, отдаляется, перестаёт звонить и исчезает…
И сколько раз я ни предупреждал его, что далеко не каждая краля стоит таких усилий, он по-другому не может – адски порядочный! И девчонок себе таких же подбирает.
У Люка есть две младшие сестры. И он всегда говорит, что как представит, будто кому-то из них может попасться такой мерзкий пикапер, как я, так у него сразу кулаки от злости сжимаются… А я его успокаиваю, что мне пока и белых девчонок хватает, так что уж я-то его чёрных сестричек точно не трону.
Дневник Матильды
14 апреля ’03
Иногда так приятно, так важно следовать своим внезапным желаниям, нелепым порывам, глупым капризам и делать то, чего требует душа: открыть среди ночи настежь окно; включить музыку так, чтобы было слышно на улице; громко запеть или выйти голой на балкон, ощущая кожей дыхание ветра. И каждый раз я смотрю на себя глазами Сержа. Представляю, что бы он сказал, что бы подумал… Это даже забавно, не даёт расслабиться.
Когда я ложусь спать, я представляю, что он уже ждёт меня в моей постели. И едва я оказываюсь рядом, он целует меня, прижимает к себе, ласкает моё тело. А я сначала делаю вид, что хочу спать, а потом сама тянусь к нему за нежностью…
Но больше я ничего не представляю. Чтобы спокойно уснуть, мне достаточно этих ласк. В своих мечтах я никогда не дохожу до секса – это разрушило бы всю романтику. Мне хочется, чтобы он ласкал меня просто потому, что ему это нравится, а не потому, что мне это требуется для возбуждения.
15 апреля ’03
Мне сегодня приснился сон – кошмар это или сексуальная фантазия, не знаю… В общем, «групповуха с Морфеем и Эросом».
Снова школа. Я опаздываю, врываюсь в класс. Первый урок – математика, контрольная. Боже, я не готова! Тему такую – что-то с логарифмами – вижу в первый раз! Учитель – шок. Мой любимый Меркуцио – Грегори Баке! Злющий, в очках, волосы взъерошены, орёт как бешеный. Я трясусь вся, боязливо сажусь на своё место рядом с каким-то парнем. Потом приглядываюсь – да это ж Серж! Нервничаю, из рук всё валится, Грег на меня орёт… Я чуть не плачу. У меня ни ручки, ни тетрадки, ни учебника, ни знаний!.. Грег ходит между рядами, бьёт всех по рукам указкой, рвёт тетрадки, ухмыляется. Никто не возмущается, все притихли. Короче, Pink Floyd, The Wall.
От отчаяния теряю совесть и пытаюсь списать. Он подходит ко мне, глазами зыркает. Ну всё, думаю, смерть моя пришла… И правда! Он рычит:
– Где твоя тетрадь?
Я несмело:
– Вы забрали.
– Когда? Что-то не припомню!
– Да вот только что!
– Пиши на листочке, мать твою!
– Не буду, я не готова!
– Что-о?!
Я сжалась, на меня все смотрят – идиотка выискалась! А сама думаю, какая к чёрту школа? Уже, слава Богу, студентка! Какая нахрен математика? Это сон! И ему говорю:
– Милый, это сон!
– Чего-о?! Пиши, а то щас как… – И указкой замахивается!
В общем, я проснулась.
Я рассказала этот сон Адель, когда мы ехали домой после учёбы. Не успела я закончить, как Адель возмущённо завопила. Я вздрогнула, подумав, что это из-за меня. Оказалось, сидевший рядом с Адель араб пытался залезть к ней в сумку и чуть не вытащил оттуда кошелёк! Испугавшись, как и я, её крика, араб дёрнулся и быстро убрал руку, будто он не при делах. Адель, поражённая такой наглостью, злобно прошипела:
– Крыса!
– Жаба! – не остался в долгу карманник и гордо вышел на Шевальре.
Весь остаток пути Адель не могла успокоиться.
Дневник Ирэн
17 апреля 2003 г.
If your lips feel lonely and thirsty
Kiss the rain and wait for the dawn.
Billie Myers – Kiss the rain
Вчера ехала в автобусе на учёбу. И, конечно, опаздывала, потому что жутко сознательная водительница выскакивала на каждой остановке и отрывала из-под козырьков объявления.
И тут вошёл потрясающий парень – причём не столько красивый, сколько обаятельный. Он сел напротив меня, и я всю дорогу любовалась его загадочно-синими глазами с длиннющими ресницами… Ну разве можно иметь такие глаза порядочному человеку?! И что за несправедливость! Почему длинные ресницы чаще достаются парням, чем девушкам, как это по идее положено?
И так мне этот мальчик понравился, что я уже хотела вырвать из тетради листок, написать свой телефон и, выходя, положить ему на колени. Но что-то в последний момент остановило. «Нет, не смогу, нельзя! За кого он меня примет?» и прочие предрассудки… А потом автобус затормозил – и красавчик вышел.
Если бы у людей не было предрассудков, жить стало бы проще, но так неинтересно!
А ещё тот парень из автобуса немного напомнил мне нашего соседа – тот же отстранённый взгляд то ли в себя, то ли в пустоту… Соседа зовут Ален. Я была влюблена в него, будучи ещё неполовозрелым подростком. Сейчас даже сердце не волнуется, когда его вижу. Осталось лишь лёгкое недоумение – как я могла?
Ален старше меня на двенадцать лет. Женат (мало недостатков, так ещё и женатый!). И равнодушен, рептилия… Правда, с недавних пор его равнодушие ко мне плавно трансформировалось в некоторую заинтересованность. Да только девочка уже выросла, и прошло её увлечение. Слишком поздно, дорогой Ален. Вот если б ты заметил меня чуть раньше…
Дневник Сержа
20 апреля
Мы с Люка придумали себе новые погоняла – Плейбой (я) и Аполлон. Даже не знаю, что хуже…
Не люблю дискотеки, но иногда ходить на них бывает полезно. Познакомился в «Локомотиве» с Аннабель. Такая милая, веснушчатая, ноги красивые, хотя Люка сказал – кривые, как пассатижи.
– Ну и пусть кривые – проще раздвинуть, – ответил я.
Аннабель танцевала так резво, будто вот-вот разденется. Наверное, это меня и зацепило.
Я позвонил ей на следующий день. Пригласил в кино, подарил маленький букетик каких-то белых цветов. Она была в восторге, сказала, что у её сестры на свадьбе был почти такой же – мне эта ассоциация совсем не понравилась.
У нас встал выбор между американской молодёжной комедией и итальянской мелодрамой. Я рассудил так: первое напрочь отобьёт у неё вкус к сексу на весь оставшийся день, второе уверит в существовании большой любви, а может, и возбудит. Пошли на второе. Фильм не возымел эффекта возбуждения, но, кажется, девочка осталась довольна.
Позвал её в кафе. Посоветовал взять горячий шоколад с корицей (афродизиак не сработал и на этот раз!). Ожидая заказ, мы болтали. Я то и дело касался её запястья, плеча и волос, чтобы дать ей время привыкнуть к моим рукам.
Разговор зашёл о том, могут ли дружить мужчина и женщина. Аннабель наивно полагала, что могут. Я возразил, что это невозможно и они всё равно будут как минимум флиртовать, а вообще секс дружбы не портит.
– А вот я верю в дружбу безо всякой сексуальной подоплёки, – решительно сказала Аннабель и начала приводить свои доводы.
Я не слушал – я приценивался.
Пока она говорила, я положил ей руку на бедро. Юбка у неё слегка задралась, и я почувствовал упругую шелковистость её кожи.
Аннабель отреагировала не сразу, но когда поняла, что происходит, шлёпнула меня по ладони и кратко сказала:
– Рано!
Дневник Ирэн
23 апреля 2003 г.
Несмотря на то, что Луи не является студентом нашего университета и его сотрудничество с «Wild» основано на чистом энтузиазме, он приходит в редакцию чуть ли не каждый день. И я почти не сомневаюсь, что приходит он из-за меня. Это, конечно, льстит, только я до сих пор не знаю, чем он вообще занимается и чем живёт. Похож он на какого-то авантюриста. Я даже не знаю, сколько ему лет! Двадцать три? Двадцать пять?..
25 апреля 2003 г.
Вчера Луи галантно предложил проводить меня до дома. Я на всякий случай напомнила ему, что живу не в Париже, а в пригороде. Но его это ничуть не смутило!
– А где конкретно?
– В Сен-Манде.
– А-а, это рядом с Диснейлендом?
– Ну почти.
– Ну так поехали!
Твою мать…
Дома были родители. Они немало удивились, что я, как послушная дочь, стала водить своих кавалеров домой. Но ведь он же мне не кавалер совсем! Так… Увязался за мной от безделья…
Мамуля кормила Луи как на убой.
– И всё-таки путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, а вовсе не через то место, на которое полагаются современные девушки, – твердила она, подкладывая очередную порцию ему, а обращаясь, видимо, ко мне.
Луи с набитым ртом отчаянно закивал. Я не стала его обнадёживать и сказала:
– В таком случае я бы оставила тебя голодным – всё равно мы только друзья!
Луи намёк понял, но атак своих не оставил, всячески пытаясь сразить меня своим интеллектом и обаянием (когда дожевал).
Остаток вечера мы просидели в гостиной. Папуля вполглаза смотрел телевизор, а в остальные – полтора – следил за нами.
Домой Луи не торопился, хотя я неоднократно ему на это намекала. В итоге он остался у нас ночевать. (Приблудился на мою голову…) На этом настояли мои родители. В отличие от них, я особым гостеприимством не отличаюсь.
Я не то чтобы постеснялась сказать мамуле, будто не надо стелить в гостиной, потому что Луи будет спать у меня, а просто не захотела. Луи, наверное, не ожидал такого подвоха, но всё равно покорно поплёлся в приготовленную для него комнату.
– Ты зайдёшь? – с надеждой спросил он.
– Чтобы пожелать тебе спокойной ночи? Думаю, ты уже большой мальчик – и так уснёшь.
А чего он хотел? Я девушка приличная, и мы знакомы-то всего три недели.
Ночью… Лежу в постели, мучаюсь бессонницей, думаю, как там Луи, чем занимается? Вдруг – смс. От него!
«Ирэн!»
«Чего тебе?» – отвечаю.
«Ты чего не спишь?»
«А ты чего?»
«Давай не спать вместе! Иди ко мне».
«Спи давай, полуночник!»
«Я не усну, зная, что ты где-то рядом без всего…»
«Спешу тебя разочаровать – я сплю в пижаме со слониками».
«Как бы я хотел её снять…»
«Мечтай-мечтай, а я посплю».
«Но ведь сейчас ты не спишь?»
«Сплю!»
«А если я приду и разбужу тебя поцелуем?»
«А кто тебя пустит? Дверь заперта».
«А если я постучу?»
Стук в дверь. Я вздрогнула. За дверью – страстный шёпот:
– Ирэн, открой…
Я подхожу к двери и так же тихо отвечаю:
– Уходи, всё равно не пущу.
– Ну пожалуйста…
– Пошёл вон, а то папу позову! – на полном серьёзе сказала я.
Угроза папой сработала – Луи моментально вернулся к себе. Теперь я понимаю, почему девушки-безотцовщины так распущены.
Через минуту от Луи приходит желчное смс:
«А вот я бы тебе открыл!»
«Отстань!»
«Так я и знал, что ты лесбиянка…»
«Кто? Я?!»
«Холодная бесчувственная лесбиянка…»
«А ну вернись!»
Дневник Сержа
26 апреля
Иногда хочется, чтобы всё было быстро, кратко и по делу. Чего зря темнить? Ведь может такое быть, что и парень, и девушка хотят друг друга, только хотят, и всё!.. Без продолжения отношений (хотя девушки чаще хотят именно этого!). И ради постели они будут скромничать ещё месяц, чтобы выдержать рамки приличий?! А ведь куда проще спросить напрямую! Но в то же время каждый думает: «Спрошу – подумает, что я только этого и хочу…» Но ведь так оно и есть!
Так что девушки нужны разные – и разные, к счастью, бывают. Есть для отношений, есть для постели. Пусть грубо, зато правда.
Интересно, а какая Аннабель?
Дневник Ирэн
1 мая 2003 г.
I will follow her on her path.
Tori Amos – Scarlet’s walk
Единственный, кто подарил мне сегодня ландыши, – это Луи. Ну и папуля нас с мамулей поздравил, но это не считается. Остальные, кажется, просто забыли об этой чудесной первомайской традиции.
Почти каждый вечер мы с Матильдой часами говорим по телефону о высоком и низменном. Все грани стёрты. За последние полтора месяца мы очень сблизились. Причём я не особенно вижу в ней подругу – для этого мы слишком разные. Она привлекает меня как девушка. Хочу я этого или нет, но это так. Я понимаю, что эти мучительные чувства, уже далёкие от похоти, скорее всего, напрасны, и оттого – ещё больнее.
5 мая 2003 г.
Criminal love
Голос страсти необузданной, жестокойЯ, несчастная, пытаюсь подавить.Назову любовь свою пороком,Если ты не захочешь любить.Я теряюсь и плачу, не зная,Что творится в душе у тебя.Так оставить всё проще, ругаю,Проклинаю, себя изводя.Те слова, что я не постигала,Отвергала, сказать не могла,От других свысока принимала,Я в итоге сама прокляла.Я любовь признавать не хотела.Я бы рада отдаться ей всласть.Только мне ли душа твоя, тело?Если нет – загублю в себе страсть!Меня тоже когда-то любили,Их любить не хотела лишь я,Так и ты теперь, будто просили,Мстишь за них мне, бездумно губя.Успокоиться надо, смогу ли?Я слаба и разбита я в кровь.Ещё в детстве меня обманули,Рассказав, как прекрасна любовь.Прекрасная преступная любовьБыла моим призванием последним,Она сломала жизнь, спалила кров,Оставив боль напоминаньем бледным.
На основе этого стихотворения я написала для Жаклин песню… Невесть какое гениальное произведение, но ей понравилось. И мальчикам вроде тоже. Но не всем. После того как я застенчиво напела и наиграла им её на гитаре, Марк тут же заявил, что мелодию я скатала из репертуара Дженис Джоплин! Чепуха, он мне просто банан до сих пор простить не может.
Что до песни, то она целиком автобиографична. Она о моей проклятой, преступной любви к Тилли.
Дневник Тилли
10 мая ’03
Наверно, я схожу с ума… Мне постоянно снится, что я с каким-то парнем. Но, кажется, это не Серж. Ладно, не это главное. С этим парнем я всё пытаюсь потерять невинность, и… почему-то никак не получается – он не успевает… На вторую ночь парень другой, но я понимаю, что сплю, и это придаёт мне смелости. Но я снова просыпаюсь именно в тот момент, когда этого лучше не делать!
А третья ночь сегодня…
Я рассказала этот сон Ирэн – в последнее время мы с ней очень сдружились: болтаем до ночи по телефону, перекидываемся смс. Если бы не её пошлая прямота, она была бы очень милой… Очень.
Реакция Ирэн на мои откровения меня немного смутила – она расхохоталась!
– Ты что на ночь читаешь? Де Сада?
– Н-нет…
– Я знаю, что это, Матильда. У меня тоже такое было. Это иногда… снится.
– Правда?
– Да, это значит, что ты готова. Так что давай, подруга! Вперёд!
Я тут же подумала о Серже.
– Ты кого-нибудь хочешь? – напрямик спросила Ирэн.
Я даже не удивилась, почему её вопрос не прозвучал как: «Тебе кто-нибудь нравится?».
– Д-да.
– О-о… Наша малышка вступает в мир любви! – Она снова засмеялась, но я уже начинаю привыкать к её шуткам. Она всегда такая забавная, и с ней гораздо интереснее, чем с Адель. – Кто он/она?
– Ирэн! – оскорбилась я. – Конечно же, это он!
– А, ну да! – фыркнула Ирэн.
– Это…
– Серж?
– Да.
Она улыбнулась и кивнула.
– Хорошим девочкам всегда нравятся плохие мальчики – незыблемый закон противоположностей. А больше тебя никто не привлекает?
– Не знаю. Нет…
– Тогда тебе пока придётся ограничиться мастурбацией!
Я шикнула на Ирэн: мы сидели на скамейке в людном парке, и вокруг шастало столько народу – плюнуть негде, а она произнесла это так громко, так непосредственно!
– А что я такого сказала? МАСТУРБА-АЦИЯ! – ещё громче и эмоциональнее повторила она и обернулась – достаточное ли количество приличных людей её слышало?
– ИРЭН!!! – Мне было так стыдно, что хотелось бежать.
– Тилли, угомонись! Тебе уже восемнадцать, давно пора не стесняться таких слов. – Она смотрела на меня с откровенным весельем и даже насмешкой. – Или ты… никогда этим не баловалась?
Мимо нас промчался дворник на роликах.
– Н-нет… – с трудом призналась я.
– Не ври! Нет на свете таких людей.
– Я… есть.
Она опять засмеялась. Мне была не очень близка эта тема, и потому я тихо злилась на Ирэн.
– Нет, Тилли, я никогда в это не поверю! Это ведь так же просто, как умываться, чистить зубы… Ну ладно, чистить зубы, допустим, не лучший пример…
Я брезгливо передёрнула плечами и скривилась:
– Фу, дрянь какая. Это… грязно!
Не скрывая презрения к моей гадливости, Ирэн усмехнулась:
– Совсем нет! Если руки чистые, конечно… Это очень просто. Давай! Попробуй!
– Нет, никогда!
– Да не бойся ты! Я не говорю – здесь и сейчас. Я имею в виду – дома, в спокойной обстановке, можно в ванной, с твоим любимым резиновым утёнком…
– Ирэн!
– Можешь мне потом ничего не рассказывать – я же не требую! Что тебе мешает? Ведь об этом всё равно никто не узнает. Никто, кроме тебя… – В тот момент Ирэн страшно напоминала мне змея-искусителя из райских кущей!
– Я онанизмом не страдаю! Уж лучше я дождусь Сержа.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Страницаиз1
СкороКнижный режим