Часть 1. БОЙ С ТЕНЬЮ

1

Емельян Павлович Леденцов вполуха слушал посетителя, поддакивал ему и размышлял о том, что произойдёт в будущем. Будущее Леденцов представлял совершенно точно.

Через четыре минуты говорливый прожектёр будет выдворен из кабинета (с максимальной вежливостью).

Через пять Емельян Павлович вызовет к себе секретаршу Оленьку и три минуты будет делать ей выволочку за утерянную бдительность.

На четвёртой минуте он произнесёт: “Оля, как же так? Вы же так хорошо умели отправлять подальше неправильных посетителей!”, после чего бедная девочка разрыдается и признается в тайной беременности. Когда секретарша перестаёт ловить мышей, это верный признак – к гинекологу не ходи.

Через неделю…

Вдруг до Леденцова дошло, что он кивает и поддакивает откровенному бреду.

– Обнажённые девицы совокупляются со звероящерами, и всё это показывает башкирское телевидение.

– Погодите! – Емельян Павлович похлопал глазами, чтобы очнуться. – При чём тут башкирское телевидение? Где мы, а где они? И девицы со звероящерами… что делают?!

– Совокупляются. Да не волнуйтесь вы. И секретаршу вызывать не нужно, а тем более не стоит её выгонять. Она хорошо держалась. Полтора часа рассказывала мне сказки про ваше отсутствие.

– Но звероящеры…

– Это я так, чтобы вы начали меня слушать.

– Я вас слушал, это очень интересное предложение…

– Стоп-стоп-стоп! – посетитель помахал перед носом Леденцова рукой. – У вас глаза стекленеть начинают. Какое предложение? О чём вы говорите?

– Ваше предложение. Изложенное на бумаге.

Посетитель молча кивнул на листы, лежащие перед носом Леденцова. Они оказались девственно чистыми, только немного помятыми. Емельян Павлович повертел их в руках, заглянул на оборот некоторых страниц и протянул руку к селектору.

– К чему так напрягаться? – спросил посетитель. – Вы же можете выставить меня отсюда одной только силой желания.

Рука замерла на подлёте к селектору.

– Попробуйте вспомнить своё прошлое, – посетитель подался вперёд. – Думаю, вы обнаружите в нём несколько таких случаев.

– Каких случаев? – спросил Емельян Павлович и сразу понял, на что намекает этот странный тип.

– Когда что-либо делалось исключительно по вашему хотению.

– По щучьему велению, – машинально добавил Леденцов.

– Что?

– Ничего.

Емельян Павлович не стал уточнять, что повторил любимую бабушкину присказку. Она часто поддразнивала внучка. Ведь, действительно, были у него в жизни моменты. Пирс на водохранилище, который обрушился через четверть секунды после фразы пятнадцатилетнего Емели: “Сейчас мост упадёт”. И потом, после армии, случай с Андрюхой Мартовым, поэтом и наркоманом. Он так достал Леденцова своими проблемами, что однажды тот подумал в отчаянии: “Чтоб ты сдох!”. Андрюха умер в тот же вечер. От передозировки…

– Я всё равно не понимаю, что вам нужно, – сказал Леденцов. – Э-э-э… простите, не расслышал вашего имени-отчества.

– О! У меня очень сложное имя-отчество, немудрёно запамятовать. Иван Иванович.

– И?

– И мне нужно от вас всего ничего, – посетитель откинулся в кресле. – Спасти Вселенную от разрушения одним мерзавцем.

“Ещё и сумасшедший, – подумал Емельян Павлович. – Ольгу выгоню без декретных. Пусть потом на меня в суд подаёт”.

2

Катенька шла по городу, злилась на себя и гадала по автомобильным номерам.

Ходить по городу она просто любила.

Злиться на себя Катенька научилась давно, ещё в детстве. Как только она чуть-чуть добрела к себе, окружающий мир отвешивал ей отрезвляющую затрещину и возвращал в состояние холодной ненависти к собственной персоне.

Гадать по автомобильным номерам её обучил один из давних “парней” – слова “бойфренд” ещё не знали тогда в её родном городе. “Парень” был сущим мальчишкой, первокурсником матфака. Он носил чёрные прямоугольные очки и верил в магию цифр.

– В числах, – говорил он, – заключена гармония мира. Все числа взаимосвязаны друг с другом. Вот, например, автомобильные номера. Они четырёхзначные. Первые две цифры всегда отображаются во вторые две.

– Ой, какие мы умные! – смеялась Катенька. – Тебе самому не скучно себя слушать?

– Нет. Вон поехали “Жигули”. Номер 12-18. Единица в степени два даёт единицу. И единица в степени восемь даёт единицу. Гармония!

– А вон мотоцикл, – Катеньке хотелось выиграть в эту новую игру, хотя в правилах она пока не очень разбиралась, – с номером 27-94. Никакой связи!

– Ошибаешься. Два минус семь дают минус пять. Девять минус четыре тоже пять, хотя и с плюсом.

Они играли в числа на интерес целыми днями. Катеньке очень редко удавалось загнать студента в ловушку – он ловко использовал арифметические действия, корни со степенями и даже логарифмы. Скоро она научилась манипулировать цифрами автомобильных номеров, но придала этому занятию совсем другой смысл. Катенька по номерам гадала. Она загадывала желание и смотрела на проезжающую машину. Если номер сходился, то и желание должно исполниться. Как назло, в ту весну ей попадались совершенно негармоничные сочетания цифр: 62-00, 07-28 или 33-35. Наверное, из-за этого её главное желание в прямоугольных очках завалило сессию и ушло в армию. Кажется, даже во флот.

С тех пор Катенька забросила магию чисел, но сегодня впервые за долгие годы вернулась к ненадёжной ворожбе по номерам проезжающих машин. Она очень хотела, чтобы её нынешний мужчина со вкусной фамилией Леденцов не бросил её. Катенька имела огромный отрицательный опыт и научилась предчувствовать разрыв так же точно, как аквариумные рыбки в Японии чувствуют надвигающееся землетрясение.

Леденцова она терять не хотела ни за какие коврижки. Впервые ей попался серьёзный, основательный мужчина. Он относился к ней нежно и уважительно, снял квартиру, дарил дорогие вещи. Да что вещи? Леденцов обладал редчайшим мужским талантом – он принимал за Катеньку решения. Часто поперёк её воли и настроения. Катенька бесилась, устраивала истерики, но когда решения реализовывались (то есть всегда), понимала, что именно этого она втайне и хотела.

Палыч не был мужчиной её мечты, он был мужчиной её судьбы. Он являлся единственным человеком во Вселенной, рядом с которым Катенька могла совершать всякие глупости и безрассудства. Она могла даже не злиться на себя, потому что мир в присутствии Леденцова не щёлкал её по носу, не подставлял подножек, не давал тумаков. Катеньке очень нужен был именно этот мужчина. Не такой – Леденец был единственным таким, – а этот.

“Если следующий номер на той «Волге», – думала Катенька, – сойдётся, то всё у нас будет хорошо”.

Номер оказался 38-02. Катенька остановилась и обхватила руками плечи. Она скребла коготками по ветровке и пыталась, пыталась, пыталась как-нибудь выстроить проклятые цифры.

3

Емельян Павлович не стал спорить с посетителем. Он никогда и ни с кем не спорил.

“Ай, как нехорошо, – подумал Леденцов, – придётся силу применять к больному”.

– Вы считаете меня сумасшедшим, – сказал Иван Иванович. – Это нормальная реакция разумного человека на слова “спасти Вселенную”. Вам нужны доказательства, причём от лица, которому вы доверяете.

– Вы совершенно правы. Будьте любезны, подготовьте их в письменной форме и передайте моему секретарю. А сейчас…

– А сейчас вы это доказательство и получите. В устной, но весьма убедительной форме.

“Придётся выгонять, – огорчился Емельян Павлович, – ну, Ольга!”

Сию же секунду дверь кабинета распахнулась, и в проёме возникла крашеная головка верной секретарши.

– Вызывали, Емельян Павлович?

– Вот! – воскликнул ненормальный посетитель и хлопнул в ладоши. – Вот вам и доказательство!

Если Ольга и была беременна, то на самом раннем сроке. Среагировала она быстро и адекватно.

– Емельян Павлович, у вас через пятнадцать минут встреча с главой районной администрации.

– Спасибо, – Леденцов поднялся над столом и протянул Ивану Ивановичу руку, – меня очень заинтересовало ваше… сообщение. Значит, договорились: вы готовите обоснование…

Иван Иванович руку принял с радостью и стал её трясти, как кастаньету.

– Какое ещё обоснование вам нужно? Только что вы подумали о своём секретаре – и она немедленно появилась!

Ольга продемонстрировала умение сжимать губы в тонкую, как волос, полоску и двинулась на зарвавшегося посетителя.

– Все-все! – тот явно не собирался упорствовать. – Через минуту меня здесь не будет! Только один вопрос, Емельян Павлович: часто ли сия очаровательная хранительница приёмной (поклон в сторону Ольги) врывается в ваш кабинет без приглашения?

Когда дверь за назойливым Иваном Ивановичем закрылась, Леденцов подошёл к окну и распахнул его пошире. Была ещё не совсем весна, но он любил холод и свежесть, поэтому раму закрывал только в приёмные часы, а работать предпочитал в прохладе. Никакого главы администрации, конечно, не предполагалось, так что Емельян Павлович имел возможность выстудить помещение так, как ему нравилось.

“Надо Олю поблагодарить, – подумал Леденцов, – здорово она меня выручила. Если бы не вошла, пришлось бы самому этого типа вышвыривать”.

На зов селектора секретарша явилась багровая от ярости.

– Что такое? – спросил Емельян Павлович. – Кто-то попытался приставать в служебное время?

– Да этот ваш… Он вообще хам! Знаете, что он заявил напоследок? “Милая девушка! Воздержитесь от секса в ближайшее время, а то ваш шеф обеспечит вам беременность!”

Отношения Емельяна Павловича и Ольги никогда не переходили рамки служебных, чем секретарша всегда гордилась, а Леденцов никогда не тяготился.

– Не переживайте вы так, – сказал он, – это обычный сумасшедший. Вселенную предлагал спасти. Полный отморозок.

– Я тоже хороша, – Оля потихоньку меняла окраску на нежно-розовую, – надо было его сразу подальше отправить. Но он таким убедительным показался. Извините.

– Ничего. И на молодуху бывает проруха.

Секретарша заулыбалась практически безмятежно. Она ценила незамысловатые каламбуры начальника.

– Зато потом, – сказал Емельян Павлович, – вы очень вовремя появились.

– Так вы же позвали.

– Я?

– Конечно! Я ещё удивилась, почему не по селектору, а…

Тут Ольга запнулась и подняла глаза к потолку, пытаясь обнаружить там нужную информацию.

– Вслух? – пришёл на помощь Леденцов.

– Да… кажется.

“Похоже, – подумал Емельян Павлович, – парень из экстрасенсов. Или гипнотизёров”.

– Селектор забарахлил, – пояснил он. – Пришлось повысить голос. Кстати, вызовите ремонтников.

Секретарша облегчённо чиркнула в блокноте.