Глава 6. Путь на дно
«Добро пожаловать в Хижину.
Вы – истинные творцы этого дома. Всё, кроме правил – создаете здесь вы. И каждый из вас несет с собой нечто очень ценное для Хижины. Вручите ей дар. И она ответит вам тем же»
Зачитанная вслух надпись, камнем осела в душе слушателей. Изощренное, странное и при этом влекущее приветствие липким осадком окутало все чувства. Не находя подходящих слов, Алекс, оглядел застывшие растерянные лица.
– Эй, – окликнул он юношу с кипой мелких кудряшек, – Тебя как звать?
– Тео.
– Отлично, Тео, подай, пожалуйста, – Алекс махнул рукой на керосиновую лампу на комоде, свесив ноги в темноту под люком, – Чтобы эта надпись ни значила, здесь нам ждать нечего.
– Дай и мне лампу, – Отозвался Энвер, – Я с тобой.
– Я тоже иду, – отдав второй фонарь отозвался юноша.
– Нет. Пусть мужчины сначала посмотрят что там! – Пролепетала Дарлин.
– Я и есть мужчина!
– Пусть сам решает, что ему делать, – рявкнул седоволосый индус, хватая лампу, – Я тоже пойду. Меня зовут Бабар. И я бы тоже не хотел, – глянул он на Алекса, – чтобы мне давали клички.
– Вы не можете забрать весь свет! – возмутилась женщина с азиатскими штрихами во внешности, – Оставьте и нам хотя бы лампы! Мы не животные, сидеть в темноте.
– Какое любопытное сравнение, – Протянув в дыру руку с фонарем, обронил Алекс, – Но она права, Бабар. Оставь свою лампу, и спускайся следом, если хочешь.
– Им хватит и оставшихся двух. Я иду с лампой.
Женщина возмущенно фыркнула, но не решилась вступать в спор с хмурым стариком.
Откинув страх, Алекс ступил на лестничные перекладины и начал спуск. Почти сразу свет лампы охватил небольшую комнатку, на освещение которой хватило ее одной. На каждой из четырех стен виднелось по одной двери.
Четыре совершенно одинаковые серые стены и четыре старые двери с облупленной, чуть более темной серой краской окружили спустившихся, оставив им совсем немного места на четверых.
– Странная комната, – обронил Энвер сразу, как огляделся.
Решительный и быстрый Бабар тут же дернул ближайшую дверь, и перед ним распахнулся коридор. Все четверо осторожно стянулись к проходу. Но там их ждал лишь длинный, все еще серый и узкий коридор. Но в этот раз дверей было пять. По две на боковые стены, и одну на узкой стене в самом конце коридора.
– Так, – не удовлетворившись увиденным, Алекс протиснулся обратно к лестнице и дернул другую дверь.
– Ну что там? – нетерпеливо окликнула их Дарлин, свесив голову в проем.
– Пока ничего.
Ни вторая ни третья ни четвертая дверь квадратной комнаты не поддались на толчки.
– Заперты, – с досадой заметил Алекс, обратившись к индусу, – Как ты сразу попал на ту, что была не заперта?
Бабар не ответил, и дернул следующую дверь уже в открывшемся коридоре. Энвер прошел дальше, и дернул самую дальнюю дверь напротив. Обе оказались открыты. Но стоило им заглянуть в темноту за ними, как керосиновые лампы в их руках одномоментно потухли.
– Проклятье, – воскликнул Энвер, – Алекс дай свет!
– Что случилось? – вынырнула на лестницу Виктория, не в силах ждать на верху. За ней, ступень в ступень слезал вниз и бугай.
– Стойте, тут и так довольно тесно, – замахал руками Тео, но это не остановило их.
– Что случилось с вашими лампами? – подошел к коридору Алекс, задрав свою кверху и осветив коридор.
Бабар закрыл дверь, и направился было в сторону остальных, но вдруг резко остановился. Его лицо изумленно скривилось и он обернулся.
– Бабар?
Седоволосый индус резко поднял руку, без слов приказав им помолчать. Вслушиваясь в тишину он вдруг обернулся и озадаченно глянул на остальных.
– Вы слышите?
– Слышим что? – переспросил Алекс, будучи ближе всех, – Я ничего не..
– Стук! – распахнув широко глаза заявил он, – Как же! Вот!
Обернувшись к своей двери он сделал шаг в ее сторону и снова замер.
– Как вы не слышите! Так громко! Тук! Тук!
Вдруг, вскрикнув от боли, Бабар согнулся и рухнул на колени. Его смуглые руки вцепились в белую рубаху, изо всех сил впившись в грудь.
– Аргх! С-серд-це!
– У него приступ! – вырвалась вперед, Вик, оттолкнув Алекса из дверного проема коридора.
Энвер, стоя на противоположном конце коридора, оставил свою дверь и подбежал к Барбару со спины. Узкий проход позволял им стоять лишь по разные стороны от обезумевшего от боли старика.
– Позовите ту женщину! В белом халате! – плюнула в панике Вик, обняв Барбара за плечи, – Врача!
– Сейчас, – едва слышно бросил Тео и метнулся к лестнице.
– Сердце.. бьется… почему вы, – с придыханием сказал Бабар, – Не слышите?
– Слышу, – вдруг выпалил Энвер, обернувшись, – Стук! За дверью!
Уставившись на дальнюю дверь, Энвер медленно поднялся на ноги, странно и отстраненно пошатнувшись.
– Что? Ты куда?
– Я слышу! – прошептал Энвер, – За той дверью.
Еле передвигаясь, Бабар вдруг развернулся и пополз к своей двери.
– Бьется, – прохрипел он, – Там.. бьется. Сердце!
Совсем растерявшись, Вик выпустила отползающего старика и попятилась назад к Алексу и свету. Где то позади, спускаясь по скрипучей лестнице, что-то бубнила женщина в белом халате, и Тео что-то несвязно ей отвечал. Все остальные, как и Вик, молча наблюдали за неведомым представлением.
Вскрикнув, Энвер схватился за грудь, обмяк и прильнул к ближайшей стене. Бабар, бормоча, подполз к своей двери и вновь распахнул ее, ворвавшись внутрь. Будто под сильным сквозняком, дверь с грохотом захлопнулась за его спиной. Виктория вскрикнула попятилась назад и врезалась в грудь Алекса.
– Что происходит? – нервно рявкнула женщина в белом, расталкивая в маленьком пространстве изумленных зевак, – Пустите же! Ну!
Энвер, слыша четко синхронизированный с его сердцебиением стук, в перевалку доплел до своей двери и, кряхтя от боли, дернул ручку вновь. Щелчок, и дверь с тем же грохотом захлопнулась и за ним.
Освещенный лишь одной лампой коридор с пятью дверьми, затянуло неподъемной тишиной. Все, кроме врача, боялись даже дышать после увиденного.
– Чего вы встали? Мальчишка сказал, что у старика приступ!
Прорвавшись в коридор, женщина дернула дверь, за которой пропал Бабар, но та была намертво скована и обездвижена, не шелохнувшись даже на миллиметр.
– Кто нибудь объяснит мне?
Вик не отдавая себе отчета вжалась в плечо Алекса, и тихо заплакала.
– Зачем они туда вошли? – пробормотала она в его грудь.
Передав фонарь бугаю, Алекс приобнял ее за плечо, и утащил в комнатку с лестницей, пропуская вперед остальных.
– Он закричал, – встрепенулся Тео, выйдя вперед, – Упал на колени. А потом зачем-то заполз за дверь! Я не понял, – словно извиняясь, объяснил юноша.
– Я бы на твоем месте, коротышка, отошел подальше, – буркнул бугай, поднимая вперед фонарь и изучая дверь.
– Чего ждешь? – нервничала женщина в белом, – Ее надо выломать! Вдруг он там умирает?
– Это случилось с ними из-за дверей! Не входите – взревела в панике Виктория, – Это… что-то ненормальное! Он сказал, там его сердце!
– Тише, – Алекс обнять девушку сильнее, но паника Вик нарастала.
– Что за чертовщина там у вас? – выкрикнула с чердака Дарлин, – Кто-то умер?
– Нет! Слушайте! Не сейте панику! – раздраженно Крикнул наверх Алекс, – Мы во всем разберёмся!
– Я хочу отсюда уйти, – залепетала Вик, освобождаясь от объятий.
– Что за ерунда, – возмутилась врач, дернув ручку соседней двери.
Пэккер и Тео застыли, молча наблюдая за женщиной. Заметив новую открытую дверь, Алекс тут же переключился на нее. Плача во весь голос, напуганная и охваченная паникой Виктория, не глядя и не замечая что происходит, полезла наверх по скрипучей лестнице.
– Что ты делаешь? – воскликнул он, – Стой, не входи!
– Хорошо, хорошо, – женщина подняла руки.
– Так.. так… для начала. Скажу следующее – мы не знаем как и почему, что Энвер и Бабар что-то почувствовали.
– Стук, – прошептала женщина и завороженно обернулась на дверь.
– Эй, стойте. Посмотрите на меня!
Женщина в недоумении заглянула в темноту за дверью, но не решилась зайти.
– Откуда стук?
– Как вас зовут? – не оставлял попытки Алекс.
– Амелия, – напугано представилась она.
– Амелия, отойдите. Очень аккуратно
Амелия послушно одернула от приоткрытой двери руку.
– Поздно, – мрачно заметил Тео, – Сейчас начнётся.
– Амелия, с этими дверями что-то не так… Возможно там какие-то пары, – начал объяснять Алекс, как вдруг крик женщины прервал его.
Рухнув на стену спиной, женщина вцепилась в грудную клетку, И закричала от боли.
– Боже, – прохрипела она, – М-мое с-се..
Жадно вдохнув воздух она упала на пол Рядом первой дверью правой стены. За ней, не пробиваемая светом лампы, поджидала кромешная тьма.
– Амелия, это дверь! – вдруг крикнул Тео, не справляясь с неуемными чувствами, – Скорее!
– Да, – скрипя зубами процедила она, – Она бьется.. с сердцем..
Женщина из последних сил преодолевая боль, повернулась к приоткрытой двери и распахнула ее. Поглощенные любопытством, Алекс, Тео и бугай заглянули внутрь. Но в непробудной темноте невозможно было ничего разглядеть. Как только Амелия переползла за порог, дверь самостоятельно захлопнулась.
Ошеломленные взгляды оставшихся в коридоре мужчин почти сразу пересеклись друг с другом. С хлопком дверей, звуки стонов оставшихся по ту сторону пропали и воцарилась тишина. Рядом с первой дверью по левой стене, за которой исчез Бабар, валялась разбитый керосиновая лампа. Ни единого крика не проникало в коридор. Амелия пропала за первой дверью справа. А вдали, в самом конце коридора, куда ушел Энвер, лежала уцелевшая при падении лампа.
– Надо ее забрать, – Бугай вышел вперед, за несколько широких шагов пересек коридор, дернул ручку двери Энвера, и поднял уцелевшую лампу, – И здесь заперто.
Недоуменно осмотрев оставшиеся две двери, но даже не коснувшись их, бугай вернулся к началу коридора, где его ждали остальные. Спустившиеся на шум Ана и Вейланд в недоумении уже наблюдали за из-за спин Алекса и Тео.
– Где остальные? – удивилась девушка, оглядев озабоченный вид оставшихся, – Что стряслось?
– Лучше я расскажу это сразу всем остальным. Повторить это дважды у меня навряд ли получится.
Озадаченные случившимся, все кто был снизу, по очереди поднялись обратно на чердак. Их растерянный вид, внушил всем кто был удостоен лишь леденящих сердце криков, только новые страхи.
Собравшись вокруг оставленных сверху двух ламп, затраченные в хижине терпеливо ждали, когда Алекс найдет нужные слова. Но он лишь качал головой, не в силах даже осознать увиденное. Спустя несколько мгновений всеобщей тишины, он вдруг обвел взглядом оставшихся и растерянно заключил:
– Выхода нет…