Июль… 190… г

Сегодня я встала впервые. Как я прозрачна и худа. Уленька успела мне сшить черный подрясник. Мать Манефа купила такой же платок. Я стала неузнаваема: худая, бледная, с огромными глазами, окруженными тенью, с волосами, погребенными под неуклюже спущенным платком – я теперь «настоящая монашка», как говорит Зина…

Зиночка не может смотреть на меня без слез. Дети льнут ко мне беспрерывно.

Через неделю я уезжаю с Манефой и Уленькою. Это уже окончательно решено.