«Все к немногому сводится…»

Все к немногому сводится
Понемногу.
Каждый просвет
Зашпаклеван пылью мохноногой…
Какое долгое – не-ет!
Монашеский герметизм.
А где-то в углу
«Corazon! Corazon!»
Напевает чуть слышно,
На гитаре тренькая, старый метис
В своей – когда-то – цветной рубашке.
Где цвет? Где звук?
Ночь натягивает башлык на башню
Тысячью гусениц-рук.

1976

СкороКнижный режим