Какая интригующая завязка! Джентльмен лет сорока приехал примерно год назад из Америки вступить в наследство поместьем, имуществом, доходами и титулом после своего старшего брата, умершего бездетным. В Америку он попал 15-летним подростком на «Титанике», где ему посчастливилось выжить, и всё это время не подавал о себе вестей. И вот уже прошёл примерно год, как лорд Джон Фарнли обосновался в поместье, вписался в местное общество, женился на девушке, которую знал здесь в детстве и – на тебе!

Объявляется человек, который заявляет, что настоящий Джон Фарнли – это он, и у него есть доказательства. Однажды вечером в особняке собирается небольшое общество, каждая из сторон со своим адвокатом, и рассматривают эту ситуацию. И обещанные доказательства. И, разумеется, происходит таинственное убийство, которое многие допускают квалифицировать и как самоубийство.

Роман из серии разгадывания запутанных загадок доктором Феллом. Книга написана в 1938, она пронизана атмосферой тревожности на грани мистики, таинственных пугающих мотивов, некоторые эпизоды могут напомнить готический роман. Ожидание грядущего ужаса, стремительно надвигающейся тяжёлой бездушной машины особенно ощущается в эпизоде, когда старая механическая кукла на колёсах вдруг срывается с места и катится по лестнице, по которой поднимается доктор Фелл, грозя его раздавить.Эта громоздкая механическая кукла, которая пылится и ржавеет на чердаке фамильного дома Фарнли уже лет двести, вдруг оживает и то служит пугалом, а то и взаправду несёт опасность. В финале вся мистика, и с куклой, и с прочими непонятными вещами развеивается, и объясняется всё достаточно прозаично.

И может быть неслучайно показано,

Довольно ясно читается мысль, что за любым ужасом, за любым страшным явлением стоят не какие-то мистические силы, ими управляет конкретный человек. И, возможно, не зря в романе перетряхиваются старинные книги с разными оккультными описаниями, какие-то фантазии о чёрной магии, шабаше ведьм, прорицателях-шарлатанах и прочее, в тревожное предвоенное время всё это старьё всплывает наружу.

Есть и другие интересные темы, которые затрагиваются в романе, например, самоидентификация личности. На взгляд наблюдателей, каждый из джентльменов искренне верит, что именно он настоящий Джон Фарнли, и это озадачивает и вызывает любопытство. Соседям, обитателям округи интересен только скандал, а кто из них настоящий, вообще-то всё равно. Самые близкие давно поняли – кто. И лишь одному человеку крайне важно убедиться.

Ещё очень интересно показана тема – как могут плохие задатки в детстве развиваться дальше с годами – один направил их, несмотря на трудности и обстоятельства, в определённую сторону, другой – перерос своё хулиганское детство и стал обычным скучным обывателем.

Можно найти и другие темы. Что же касается непосредственно детективной загадки, то есть загадочного убийства, то можно увидеть, как автор расставляет персонажей, как фигуры на шахматной доске. В ожидании, когда решится вопрос с идентичностью Джонов Фарнли путём сличения отпечатков пальцев, всё общество в сумерках разбредается по дому и саду, где бродят таинственные тени, раздаются странные звуки, и у каждого свои скрытые мысли и ожидания. Разумеется, в эти несколько минут и происходит убийство, и конечно, оно «невозможное», а как самоубийство тоже сомнительное.

Я уже как-то говорила, что Карр всегда выдаёт два-три варианта разгадки, в каждой из которых убийца будет разный, другой. Здесь, в этой книге – три варианта, и три возможных убийцы. Первая версия будет у адвоката, который неудачно пробует применить дедуктивный метод. Вторую версию озвучит доктор Фелл, фиктивную, нарочно нажимая на больные мозоли  присутствующих. И третья версия – будет признание преступника, письменное, подробнейшее, который считает, что теперь уже ему ничто не грозит, и он может написать письмо доктору Феллу ради того, чтобы поговорить с умным человеком, который всё понимает.

P.S. Читать, конечно, надо в новой версии от «Азбуки» с новым прекрасным переводом, а не старые издания.

Просто не верится, что эту бредовейшую книжку написал тот же Джон Диксон Карр, перу которого принадлежит изящная и небанальная «Табакерка императора» . Ещё могла бы понять, если бы «Согнутая петля» оказалась авторским дебютом: обуреваемый жаждой творчества новобранец детективного фронта вполне мог напихать в своё первое детище всё, что под руку подвернулось: ложного и/или истинного двойника, мистику, цыган, механическую куклу, сатанизм, борьбу за наследство, цирк, хранившиеся четверть века в заначке отпечатки пальцев, лаф-лаф, фальсификацию улик, затеи сельской простоты, ниндзя поневоле, преданный (в обоих смыслах) дворецкий и огромное, зашкаливающее количество «БУ!!!»… В этом последнем плане роман — прямой родственник «Замку Отранто» : автор стремится поддерживать читателя перманентно в перепуганном состоянии, но читателю-мне не столько страшно, сколько смешно и досадно. «Согнутая петля» в изрядной степени напомнила мне прекрасный роман Агаты Кристи «Вилла «Белая лошадь» (в других переводах — «Вилла «Белый конь» , «Бледный конь» и, кажется, даже «Конь Блед»): тем, что мистические события получают вполне материалистическое объяснение, — и вторую (никуда не годную) половину фильма «Молодой Шерлок Холмс»: наверное, помпезностью злодеев и явной их психической неадекватностью. Собственно детективную составляющую этого странного клочковатого гибрида препарировать не буду (займёмся этим в открытом сегодня обсуждении «КЛУЭДО»), остановлюсь на косяках и крайне редких, но всё-таки плюсах.

Дальше...

подкат

Часть нелепостей текста можно списать на халатную работу переводчика, но кое-где и автор отличился:

Это был сержант Бёртон из местной полиции, в резиновом плаще с капюшоном, под которым он прятал что-то завёрнутое в газету.

(под капюшоном? Так это, наверное, голова была, аххаха)

Это, конечно, удивительно, но у этого сада дурная репутация. Должен сказать, что такая репутация преследует его уже много столетий.

(преследует? А сад от неё бегает/ползает, прячется безуспешно по всему графству, очевидно)

…и мы имеем /…/ горничную…

(без комментариев)

Прежде чем ответить, Элиот отхлебнул полпинты пива.

(это почти 300 кубиков; ничего себе у Элиота хлебало)

Я бы сказал, зазубренным или неровным лезвием длиной в четыре-пять футов

(120-150 сантиметров?! Речь о карманном складном ноже идёт, между прочим)

Упала жертвой

(без комментариев)

В своей накидке с байтовыми складками

(должно быть написано «бантовыми»; это явная ошибка распознавания при сканировании, но получилось смешно)

Ни дождь, ни снег не могли повлиять на аккуратность Маделин или нарушить её хорошее настроение.

(мистер Карр, кажется, тоже отхлебнул две-три пинты пива >_< речь идёт о женщине, у которой всего несколько часов назад жестоко и необъяснимо убит близкий человек)

И леди Фарнли будет висеть выше, чем Натан Хейман, если вы не скажете правду! Вы знаете, кто совершил убийство?

(кто такой Натан Хейман? Если кто знает, поделитесь! Я ничего не нагуглила, увы)

В восторг привела также звезда, которая видна с берега пруда, если вытянуть шею (вспомнился анекдот о Полярной звезде и шапках, которые падают). Ну, и немножко плюсиков, которые на краснозвёздочную мою оценку романа, увы, не повлияли: 1) иронические описания героев:

Барроуз, казалось, не знал, сохранять ли ему рыбье выражение лица или улыбнуться. Он, похоже, боролся с собой и, наконец, приветливо скривился.

2) Любимые книги как доказательство 3) Роман наполнен звуками и прямо просится в аудиокнигу или радиоспектакль, вот где звукооператорам раздолье.

Сказать спасибо Виртуальному клубу любителей детективов «КЛУЭДО» за такой выбор книги никак не могу, но спасибо, по крайней мере, за небольшой объём (в пересчёте на «стандартную бумагу» — 207 страниц), так что быстро прочитано и так же быстро, вероятно, будет забыто.

ОБЪЕКТИВНО. Детективный роман «The Crooked Hinge» впервые вышел в 1938 году — девятым в цикле о докторе Гидеоне Фелле. Действие данного произведения происходит в английской глубинке, где (в полном соответствии с аннотацией) объявляются сразу два человека, каждый из которых настаивает на том, что именно он является сэром Джоном Фарнли, баронетом и хозяином поместья, а другой — мошенником и самозванцем. Для того чтобы установить истину, из Вест-Индии вызывают некоего Кеннета Маррея, который прежде был домашним учителем Джона (и в своё время, на почве увлечения криминалистикой, сохранил отпечаток его пальца). Ситуация особенно накаляется, когда прибывший по вызову гость вновь снимает отпечатки пальцев у обоих претендентов и уединяется для того, чтобы их сличить. В результате, по всем законам жанра, происходит убийство, однако жертвой при этом оказывается совсем не тот человек, который, казалось бы, предназначался для данной роли. В общем, детективу-любителю доктору Гидеону Феллу (которого до этого пригласил его друг мистер Маррей), вместе со штатными сотрудниками полиции, пришлось изрядно потрудиться для того, чтобы разобраться в этом крайне сложном деле, со всеми его неожиданными поворотами... СУБЪЕКТИВНО. Творчество Д. Д. Карра до некоторой степени напоминает мне тельняшку или шкуру зебры: один его роман нравится, другой — нет, и так постоянно. В данном же случае подобный контраст и вовсе проявился в рамках одного произведения, которое поначалу на меня производило самое благоприятное впечатление, казалось увлекательным и изящным. Но потом картина стала меняться; оказалось, что в этой вещи чего только не намешано: мистика, ведьмы, сатанизм, цыгане, зловещая автоматическая кукла, гибель «Титаника» и т. д.; одним словом — настоящий винегрет. При этом отдельные обстоятельства дела производили впечатление весьма неправдоподобных, а порой и откровенно противоречащих друг другу (особенно во всём, что касалось «Титаника»)... Ну а хуже всего вышла концовка — явно сделанная кое-как, на скорую руку, по образцу более раннего романа Агаты Кристи «Почему не Эванс?», где преступник написал письмо, «по секрету всему свету» рассказав самым подробным образом о себе и своих деяниях. Только Кристи после этого всё же увязала концы с концами, а в данном случае большинство сюжетных линий оказалось, по сути, просто оборвано... КРАТКИЙ ИТОГ. Ещё одна вещь на любителя, к числу которых я себя в данном случае отнести, к сожалению, не могу.