Война и мир. В 4 томах. Том III

Третий том раскрывает название романа. В отличие от ознакомительного первого, моментально проскочившего и быстро затянувшего в себя, в отличие от шикарнейшего, теперь любимейшего второго, рассказавшего о чувствах, о мыслях, о любви, об измене, третий том тяжел. Он о войне, обо всем, что предшествует ей, о сражениях, о стратегии и настрое на битву, о чудовищной красоте поля боя, и о том, что наступает после, о расплате.
Как и в более ранних томах Толстой очень точен в психологических портретах, а ведь именно здесь, в третьем томе, происходят важнейшие переломы в характерах главных героев, Андрея, Пьера и Наташи.
Остался последний том, посмотрим, чем он будет насыщен.

Впервые столкнувшись с этой книгой, меня, мягко говоря, охватила паника.
Четыре тома, больше 1000 страниц, и, как я тогда думала, 90% — это описание военных действий.
Спасибо, не надо.

Позже, уже в более осознанном возрасте, я решила дать Льву Николаевичу шанс — ну, вдруг зря ругают?
И поняла: этот автор точно не в моём топе.
Толстой — фанат философских размышлений на 3 страницы, которые порой приходится перечитывать просто чтобы понять, что ты только что прочитал.
Скучновато. Местами — утомительно.

Так что, как вы понимаете, желания читать этот романище у меня не прибавлялось.
Но всё изменилось, когда появился… компаньон по чтению.

Вы когда-нибудь читали книгу параллельно с кем-то? Очень рекомендую. Даже самая «нудная» история начинает играть новыми красками.
Появляется азарт, чуть-чуть соревнования, постоянные обсуждения, споры (да, бурные!) и куча эмоций.

С тех пор я уже не первую книгу читаю так. И, знаете, это работает.
Иногда — даже с «Войной и миром».

Про сам роман сказать что-то одно — сложно. Мысли было слишком много. Герои сначала раздражали, потом вызывали сочувствие, а потом снова бесили.
Особенно, если читать с кем-то: чужой взгляд заставляет смотреть под другим углом.

И да — если вы думаете, что вся книга только о войне — спешу вас обрадовать. Это не так.
Там много отношений, внутренних поисков, странных решений, философии (ну да), любви, гордости и боли. Всё, как в жизни — только с балами и дуэлями.

Читала с перерывами, разбавляла лёгкими историями. Уставала. Иногда — терялась. Но дочитала.

И вот что интересно: раньше я думала, что никто всерьёз не дочитывает «Войну и мир». Что все либо бросают, либо читают в кратком изложении.
А в процессе чтения я встретила людей, которые не просто дочитали — они перечитывали её. По несколько раз.
И знаете что? После финальной страницы я их поняла. Я бы тоже перечитала.

И вот какой вывод:
Иногда книга не заходит не потому, что она плохая, а потому, что ты просто читаешь её не в том формате или не в то время.
А иногда нужно просто почитать её с кем-то.

Так рекомендую ли я читать «Войну и мир»?

Да — но с оговорками.

Это не лёгкое чтение. Не книжка для уютного вечера с пледом и какао.
Это марафон с философскими вставками, внутренними монологами, баталиями — и периодическими порывами всё бросить.

Но если подойти к ней как к путешествию, а не как к обязаловке — она может удивить.
Если читать с кем-то — может зацепить.
А если не ждать от себя любви к каждому абзацу — можно даже получить удовольствие.

Вот и начался истинный масштаб! Вот полноценно и ужасающе невероятно читатель осознал, всю глубину проработки, всю доскональность собранного Львом Николаевичем материала! Вот наконец созерцатель был повергнут в чистейший трепет мощью сего произведения, ибо коль до этого тома ещё можно было воспринимать «Войну и Мир» как пусть глубокую, пусть длительную и жизненную, но довольно локальную и не столь глубоко «уходящую» в историю летопись жизней некоторых людей тех лет, то теперь, после Третьего тома, становится однозначно ясно и понятно, сколь это великое, сильное, эпическое и правдивое произведение, рушащее все полимеры между понятиями реализма и художественной литературы... Но по-порядку.
Конечно самое поражающее и в то же время неотъемлемое — это историческая основа сего тома, где впервые столь масштабно, со времён Первого тома, были показаны сражения русского человека с французом. Именно здесь Львом Николаевичем были продемонстрированы во всей своей ужасающей и звериной красе такие действа военные, как Бородинское сражение или Пожар Москвы, которые медленно, но верно разворачивался на улицах великого, но покинутого города, что был занят неприятелем. Огромное количество людей знает, что сим событиям было место в мировой истории, однако такую дотошную проработку, такое щепетильное отношение к этим происшествиям прошлых лет не проявлял никто, пожалуй, до Льва Толстого. Ни в одном учебнике по истории вы не найдёте столь мельчайших подробностей, как здесь. Да, можно конечно сказать, что автор многое выдумал, скажем те же обеды и завтраки, что подавали Наполеону или Кутузову, когда они были у Бородино. Как передвигались у своих боевых мест эти полководцы, в какой временной промежуток решали отдохнуть и какими бессознательными фразами бросались с своими подопечными — подобная мелочь, кажется, и вовсе не может сохранится в исторических рукописях и умах людей, посему отобразить её, кроме как выдумать, — нельзя. Да вот только если прочесть список источников, из которых черпал информацию Толстой, в авторах которых есть такие имена, как А.И.Михайловский-Данилевский, Тьер, Иван Жуков и прочие-прочие (список велик, посему не возьмусь обозначать его здесь полностью), да вместе с тем вспомнить, что работа над данной эпопеей велась на протяжении шести лет, а также принять во внимание то, с какой вольность Лев Толстой апеллирует всеми данными, всеми этими, казалось бы, мифическими высказываниями и информацией, то становится ясно, что неспроста это и явно за подобной писательской смелостью нечто, да стоит — именно уверенность в правде, по крайней мере так считаю я.
Неописуемо сильно на читающего притом воздействует и та притягательная сила мастерства автора, выражающаяся не только в беллетристическом наполнении творения, но и в том, насколько мастерски Лев Николаевич «вплетает» истории своих вымышленных героев в истинные события, происходившие в России в 1812-эх годах... Да что уж там только 12-ые года, рассказ всей эпопеи ведётся с 1805-го года, и вся жизнь России тут правдива да исторически достоверна, и вот взаимодействие авторской фантазии с реальным миром просто поражает, ибо мало того, что Лев Толстой просто упоминает своих героев наряду с такими личностями, как Багратион, Кутузов и прочие — его персонажи, абсолютно живые и человечные, никак не мешают протеканию истинных событий и не создают каких-либо вопросов с точки зрения какой-либо не состыковки и так далее. То есть Лев Николаевич буквально делает то, что до него никому не удалось (по крайней мере я не помню, чтобы хоть у кого-то получилось сделать это настолько проработанным и явственным) — он в буквальном смысле оживляет собою придуманных персонажей, наделяя их душами в глазах читателей и оставляя на историческом полотне как настоящих, живых людей, которые существовали и, вместе с иными множествами людей, героев от командиров до обычных солдат, вершили судьбу России, вершили историю.
Авторская философия, авторское виденье русской души — это поразительно точно отображает собой не только бывшие когда-то людские настрои, но и до сих пор существующую Нашу духовность, почему сие творение, не только Третий том, но и «Война и мир» в целом актуальна до сих пор и будет таковой ещё долгое-долгое время. Понимание того факта, что история не «пишется» кисть. одного человека, а является результатом взаимодействия толп и масс — это возвышение последнего солдата над полководцем столь явственно отражает людскую силу, о которой на сегодняшний день отчего-то многие забывают, что даже не по себе становится. Это воодушевляет, это мотивирует, Третий том являет из себя тот самый, самый обширные и масленый мазок цельного полотна, без которого оно бы выглядело не окончательно масштабным и великим.
Я в восторге. Об абсолютной самобытности сего произведения в целом я ещё сказать не могу, так не дочитал Четвёртый том, но, думаю, что вскоре скажу, ибо ничего за собой, кроме воображения да мастерства автора, сплетённого в тандеме с истинно великой работой над исторической составляющей, «Война и мир» не имеет. Невероятно огромное, проработанное, точное и эпохальное полотно, к изучению чьего завершения я наконец-таки приступаю...

«Война и Мир» - шедевр мировой литературы, а прежде всего русской литературы, поэтому прочитать это произведение (хотя бы раз в жизни, а лучше два или три) от всей души рекомендую. Однако, есть несколько моментов, на которые хочется обратить внимание.

Во-первых, личное отношение автора к реальным историческим фигурам проявляется настолько, что факты тесно переплетаются с мифами. Яркий тому пример - Аракчеев. Таким жестоким, как его описывает Л.Н. Толстой, тот не был, да и затея с военными поселениями, за которую ругают Аракчеева, в реальности была задумкой Александра I, основанной на образцовом имении Аракчеева в деревне Грузино (кстати, там даже переправа была, Аракчеев был сторонником прогресса). Кстати об императоре. В процессе чтения романа складывается впечатление о нём как о рыцаре, рыцаре благородном с нежным характером. Благородным Александр был, но вот характер у него точно был не нежный. Например, вот характеристика А.Коленкура, посла Франции в России: «Александра принимают не за того, кто он есть. Его считают слабым, и ошибаются. Лёгкость его характера имеет свои пределы: Александр никогда не выйдет за очерченный для себя круг, а круг этот сделан из железа». 

Слова Наполеона ещё ярче: «Да, царь умён, изящен, образован,он легко может очаровать, этого надо опасаться; он неискренен;это настоящий византиец. Вполне возможно, что он меня дурачил, ибо он тонок, лжив и ловок».

А вот другой пример, это из письма Александра I Кутузову: «Возвратитесь в армию, скажите нашим храбрецам, объявляйте всем моим верноподанным, везде, где вы будете проезжать, что даже, если у меня не останется ни одного солдата, я стану во главе моего дворянства и моих крестьян, я пожертвую всеми средствами, я отращу себе бороду, я соглашусь питаться картофелем с последним из моих крестьян, но я не подпишу позор моему Отечеству»

И да, разве тот Александр, которого описывает Толстой, смог бы при штурме Парижа приказать коменданту города его сдать, пригрозив, что утром он не узнает того места, где ранее был Париж? 

Мне думается, что нет.

Ещё немножко мифов: Л.Толстой утверждает, что плана заманивать врага не было, а в реальности такой план был.Это план Барклая де Толли, успешно продолженный Кутузовым. Также, Барклай и Багратион на момент начала компании 1812 года были равны в чине. Более того, произведены в генеральский чин одним приказом. А вот то, что Багратион Барклая не любил - это да, правда. Кроме этого, хочется сказать о том, что «император всех французов» не почитал русских за людей, поэтому армия двунадесяти языков разоряла храмы и дома, а иконы использовала как разделочные доски. Ещё момент - спустя совсем немного времени, в Крымской войне, французы разорят могилу адмирала Лазарева, и снимут шитые золотой нитью эполеты.

Осталось впечатление, что Л.Н. Толстой моментами описывает не войну 1812 года, которую знал по «сказкам старых жён»,а войну Крымскую, которую видел собственными глазами, войну губительную, в которой Россия не вышла победительницей (по ряду причин, безусловно). И видно, что автор относится к одним военачальникам лучше, нежели к другим, а также видно, что заслугу победы почитает за народом больше.

Второе - раскол в обществе, как в обществе высшем, так и в простом народе. Как нельзя актуальнее звучит это сегодня. Столица (тогда это имперский Петербург)-более «либеральные» взгляды ( « В кружке Элен, румянцевском, французском, опровергались слухи о жестокости врага и войны и обсуживались все попытки Наполеона к примирению. В этом кружке упрекали тех, кто присоветывал слишком поспешные распоряжения о том, чтобы приготавливаться к отъезду в Казань придворным и женским учебным заведениям, находящимся под покровительством императрицы-матери. Вообще все дело войны представлялось в салоне Элен пустыми демонстрациями, которые весьма скоро кончатся миром, и царствовало мнение Билибина, бывшего теперь в Петербурге и домашним у Элен (всякий умный человек должен был быть у нее), что не порох, а те, кто его выдумали, решат дело»), а в более провинциальной тогда Москве - более патриотичные взгляды. Конечно, патриотичные для высшего общества, представители которого, всё же, в первую очередь опасаются за себя. И  ведь были и есть такие люди , как князь Василий, который посещает оба кружка и в каждом говорит то, что там ожидают услышать (и нашим, и вашим, что называется). Актуально звучит и  желание определенных кругов прикрыть себя, занимающихся борьбой напоказ.

Раскол и в простом народе - среди крестьян и купцов. Одни идут против врага, другие бунтуют против своих собственных господ, а третьи присоединяются к врагу.

Разные люди с разными мыслями и устремлениями, это Толстой показывает блестяще. И показывает «нового человека» - декабриста в будущем, Пьера Безухова, который проходит через трансформацию духа внутри себя.

Ещё раз убедился, что чтение по принуждению - это просто ужасно.
Моё внутреннее самосознание ещё не доросло до этой литературы, а читать её просто потому что так нужно по программе - отстой.
Хотя, конечно, если отбросить все субъективные факторы и давление ответственности, которая говорила: "Ты должен!", то это бесспорно В.Е.К.О.Л.Е.П.Н.О.Е произведение.
Отдельное спасибо хочется сказать моей учительницы литературы, которая убила во мне веру во всё хорошее, в частности happy end пэйринга Андрей/Наташа, своими.... (как бы это по-мягче?) скверными и презрительными спойлерами!!!
Знайте, женщина, Вы мне не приятны >:С