Красная жатва и другие истории

— На совесть сработано. Это Коротышка Якима. Глядите, какую мотыгу притаранил. — Он вышиб ногой дубинку из руки убитого. —Такой можно линкор потопить. Это вы его прихлопнули? — спросил он меня.— Мистер Уилсон. — Просто замечательно, — поздравил он старика. — Сколько народу избавили от хлопот, меня в том числе.

Я снял с мертвеца кепку, чтобы получше его разглядеть.Лицо его ничего мне не говорило. Я водрузил кепку на место.

Старик явно устал. Когда он принялся нецензурно и довольно длинно объяснять, что думает о моей наглости и как никому не позволит тут распоряжаться, от его голоса почти не вздрагивали стекла.

Или делать работу с начала до конца, или не делать ее вовсе. Вот так. Да или нет? — Какого черта, конечно нет! — взревел он.

Люди, которых вы хотите отдать в химчистку еще вчера были вашими друзьями. Может быть, завтра вы опять подружитесь. Мне на это плевать. Но в ваших политических играх я не участвую. Меня нельзя нанять, чтобы я их только припугнул, а потом дать мне отставку.

— Мне нужна полная свобода, никому никаких поблажек, и я веду дело, как считаю нужным. И задаток в десять тысяч.

Я засмеялся. Наконец-то я понял. Старый черт был смертельно напуган. За его кривлянием скрывался страх. Поэтому он и шумел, поэтому и не давал убрать тело. Ему нужно было все время видеть покойника,чтобы отогнать ужас — это было наглядное доказательство, что он сумеет за себя постоять

Едва я появился, старик оторвал голову от подушек, выпрямился и гаркнул на меня: — Есть у вас храбрость или одно только нахальство? Лицо его было нездорового багрового цвета. Пленка с глаз исчезла. Они были жесткие и злобные.

Лучше было бы, конечно, ехать трезвым, но это все равно было исключено. Раз уж меня ожидала новая работа, я не хотел бы приступать к ней, если спиртное у меня в желудке при последнем издыхании. Стаканчик меня взбодрил.

Можете считать пока, что это вам обошлось даром, но я свое еще возьму. Думаете, не возьму? — Она вызывающе прищурилась и поглядела на меня так, словно я был на другом конце улицы.