Рудин

Итак, первое признание: я не читала Отцов и детей, насколько я помню. Единственное, что я точно помню, что читала, это Муму.
И вот он мой первый роман у Тургенева, и увы, не на мою любимую тему в литературу о "лишних" людях. В данном случае о Рудине, у которого слишком мало энергии, чтобы делать, зато достаточно, чтобы рассуждать, рассуждать с пылом, с жаром, с красноречием, но только этим все и ограничивается. Он обречен на провал и смерть в бедности.
Остальные персонажи по большей части такие же неприятные как Рудин, или недостаточно раскрыты для меня, особенно своими рассуждениями о Малороссии.
Но что всегда приятно в русской классике, это прекрасный язык, который в большинстве книг безумно хорош. Только из-за него стоит ставить положительную оценку.

Классику читать - практически всегда сплошное удовольствие, а вот перечитывание школьной программы для меня - прям таки вишенка на торте. Особенно занятно вспоминать по тетрадкам и сочинениям свои "те" впечатления и спустя 20 лет.
Сюжет практически ни о чем. Столичная барыня на лето приезжает с детьми в усадьбу, где ее окружают разные странные и не очень личности и вот в один из дней в усадьбе оказывается молодой и прекрасный Дмитрий Рудин. Все в нем вроде бы и не плохо: молод, распрекрасен, речи говорит красивые и умные, активен. Но что-то в нем постоянно не дает покоя читателю. А потом банально оказывается, что гаденький, немного подленький он, да и нерешительный, боязливый - на фоне обозначенного в самом начале портрета и красивых речей выглядит это как-то жалко и убого. А тут уж и дочка барыни влюбилась в него - в общем, ничего хорошего.
С удовольствием перечитала конспекты по литературе и обнаружила, что у каждого персонажа имеется прототип из современников. Ну а Рудин - это сам Тургенев.
Скажу честно, сейчас мне "Рудин" понравился гораздо меньше, чем школьному Я. С интересом обнаружила, что это первый роман Ивана Сергеевича (до этого были нежно любимые мною "Записки охотника"), а с первыми крупными литературными опытами мои отношения обычно не складываются.
Еще эта книга из цикла книг о так называемых "лишних людях". В детстве это определение было для меня как-то понятнее и доступнее, чем теперь: видимо, с возрастом пришла и некоторая лояльность и мягкость в суждениях. Сейчас, с высоты взрослого опыта и уже сформировавшихся убеждений все мне видится несколько иначе, не так черно-бело, скорее в серых полутонах.
Но читать все равно было приятно и интересно - все же классический язык оставит нашу современную прозу далеко позади. А уж как приятно скоротать пару холодных вечеров в компании отличной книги.
А я отставила эту книжечку на полку для перечитывания... еще через 10 лет)

...Ей в томате хорошо,
Только я, ядрена матерь,
места в жизни не нашел".
Боже, какая грустная история. Только сейчас, дожив до Рудинских лет, ее понимаешь, видишь в ней перекличку со своей жизнью. "Ничего-то не успел, все разговоры красивые вел, а не сделал ни шиша".
Много, слишком много, на самом деле у Тургенева, о лишних людях написано.
Вот и Рудин из таковских. Бесконечно печальная фигура.
Возможно, если применить к ней что-то из Дао Де Цзин, то получится интересный урок на тему, ну куда ты прешь против течения? Река бурная, утонешь! А вот эта буйная головушка нет, прет себе на рожон и прет. Пока хребет не сломает.
Жалко? Жалко!
Но что поделать, если этот мир таков - самодовольный, жирный, лоснящийся, белоснежной сладкой глазурью покрывающий вонючую грязь.
Таким людям, как Рудин, нет здесь места.

Спонтанное перечитывание "Рудина". Я всегда требовала от русской классики сильных личностей, настоящих героев, мужиков с большой буквы М, но читая этот роман, внезапно поняла, что и в жизни такие не особо часто встречаются, так почему классика должна приукрашивать действительность? (для этого есть Перри Мейсон, Пендергаст и прочие супергерои беллитристики ))))
Рудин - очередной 'страдающий' типаж, к 35 годам пышущий энтузиазмом что-то делать, но ничего не делающий.
История короткая, но наполненная смыслом и интересными характерами.

P.S. Надо бы перечитать "Анну Каренину", посмотреть, удержат ли пьедестал почёта Каренин и Вронский

Прочитала подряд «Накануне», «Дым» и «Рудин» . Не знаю почему, но за последнего бралась с меньшей охотой. Мне казалось, что будет менее интересно и не так пронзительно, как два предыдущих. По мере чтения сначала так и было, но слово «неинтересно» тут неуместно по определению, так как все персонажи, даже второстепенные, один живей другого. Тот же Пигасов просто выпрыгивает из страниц своей желчной и остроконечной фигурой. При том, что сюжет не самый динамичный, но дай мне волю, я зацитировала бы всю книгу. Так странно , что прошло столько лет, но все актуально как сейчас. Столько глубины в размышлениях персонажей и автора. Ровно наоборот у меня было с «Накануне», там не зацепил ни один из героев, но вместе вышел пронзительнейший узор. А здесь все ровно и спокойно, но сколько таится за каждой строкой!
Мой герой — Лежнев, сразу я в нем не ошиблась. Твердый и настоящий. Только Мужчина до мозга и костей умеет признавать свои заблуждения. Сашенька — солнце без тени. Наталья — глубокий омут, самый стальной персонаж тургеневской девушки, так ярко выписана. Этим даже немного напомнила Ирину в «Дыме» (не могу не вспомнить ее, так коснулась эта борьба света и тьмы моего сердца!), есть в ней тоже непередаваемая изюминка, только в отличие от той яркой красавицы с глазами как переливающаяся даль, у Натальи нет противоречий между чувством и разумом. И этим она проста, сложна и прекрасна. Язык не поворачивается назвать ее Наташей.
Но Рудин! Кто бы сказал мне в начале, что так сожмется у меня все внутри за него в эпилоге! « Он откинул назад свои седые и уже жидкие волосы, тем самым движением руки, каким он некогда отбрасывал свои темные и густые кудри...» Дочитывала я со слезами. Загубленная жизнь и нереализованность, кто сказал, что это ранит меньше любой неразделенной любви на свете?.. Все же Иван Сергеевич — мой любимый классик, его произведения невозможно спутать с другими.

первый же роман представляет собой набросок портрета типичного революционера. среди мещанского болота Тургенев искал алмазы, пусть и зарытые под ворохами комплексов и социальных условностей.

трагизм описываемого ужасен. под смехотворными попытками Рудина устроиться где-нибудь хоть тушкой, хоть чучелком мы видим серую безысходность и полное отсутствие перспектив жизни среди "дворянских гнёзд".

если шизоид Чацкий мог крикнуть "карету мне, карету" и укатить в Баден-Баден, то к середине 19 века стабильность в России, мягко говоря, пошатнулась.

примечательна перепалка Рудина со стариком Пегасовым - в диалогах по сути передаётся конфликт дарк-лорда Канта и его зловещего ученика Шопенгауэра против Гегеля. а именно младогегельянцы добазарятся до необходимости решения политических вопросов, обдолбятся историческим материализмом и полезут на баррикады.

эпилог Тургенев выпустил сильно позже, но эффект от него бомбический и делает портрет нашего героя законченным.

мы и сейчас можем наблюдать комичных душевных балаболов с красивыми лицами и недалёкими идеалистическими предпочтениями, улыбаться снисходительно себе в усы и махать рукой. но не надо сомневаться - именно этих балаболов мы увидим на баррикадах с бульником в руках.

По случаю юбилея автора я познакомилась, наконец, с его первым романом, в котором пока еще много Пушкина, но уже прослеживаются ростки, которые наберут полную силу в более позднем творчестве Тургенева, в частности в «Отцах и детях».

Действие разворачивается в деревне, где в провинциальный кружок Дарьи Михайловны Ласунской, дамы богатой, светской и с претензией на оригинальность, по воле случая входит однажды некто Дмитрий Рудин. Новое лицо тут же вызывает ажиотаж, ниспровергает авторитеты, завоевывает симпатию дам своей харизмой и внимание всех остальных своими красивыми речами. Скоро, впрочем, их постигнет разочарование в Рудине, в то время как читателю шаг за шагом будет открываться его подлинная натура. Идеалист и блестящий оратор, он оказывается совершенно неспособен к действию, беспомощен перед лицом реальности. Нет, Рудин не плохой человек, и это признает даже его давний приятель Лежнев, разочаровавшийся в нем когда-то. Но это человек пасующий перед решительными шагами, так что даже влюбленная в него дочь Ласунской в конце концов разочаровывается в нем.

Безусловно, и роман и его главный персонаж только выиграли, когда Тургенев добавил эпилог спустя несколько лет после первой публикации. В эпилоге Рудин уже сам рассказывает о себе в несколько уничижительном тоне, прекрасно осознавая бесплодность всех своих начинаний. Для подобного человека, устремленного к идеалу и не желающего отсиживаться в нагретом месте возле кормушки, такая безрезультатность прожитой жизни оказалась трагедией.

Несмотря на то, что подобный тип людей встречается и теперь, у меня все же не получилось проникнуться атмосферой романа на сто процентов. Не хватило оттенков, все довольно прямолинейно. Но в любом случае, это было довольно интересное знакомство.