Цитаты из книги 哈利波特与魔法石

— Ты хочешь сказать, что Камень в безопасности только до тех пор, пока Квиррелл не сдастся Снейпу? — озабоченно спросила Гермиона. — Что случится уже к следующему вторнику, — вставил Рон.

— Вижу, что ты, спустившись на землю да еще и в окружении своих маленьких друзей, выглядишь намного храбрее, — невозмутимо сказал Гарри. Крэбб и Гойл, конечно, отнюдь не были маленькими, но за Главным Столом сидело много преподавателей и слизеринцы могли только хрустеть костяшками и хмуриться.

— На твоем букв нет, — заметил Джордж. — Полагаю, она думает, что ты и так не забудешь свое имя. Но и мы не дураки: прекрасно помним, что нас зовут Дред и Фордж.

— Я буду играть, — заявил он Рону и Гермионе. — Если я этого не сделаю, все слизеринцы решат, что я испугался встретиться со Снейпом лицом к лицу. Я покажу им... Когда мы победим, это сотрет улыбки с их лиц. — Главное, чтобы не с наших, когда мы будем оттирать тебя от поля, — сказала Гермиона.

“Don't play," said Hermione at once. "Say you're ill," said Ron. "Pretend to break your leg," Hermione suggested. "Really break your leg," said Ron.”

Мне не нужна мантия-невидимка для того, чтобы стать невидимым.

— Волан-де-Морт — это мое прошлое, настоящее и будущее.

" Только около полуночи будто окаменевшая кошка наконец ожила."

" - Волан-де-Морт.
Профессор МакГонпгалл вздрогнула, го Дамблдор, поглощенный необходимостью разделить две слпишиеся лимонные дольки, похоже, этого не заметил."

• А что вы видите, когда смотрите в Зеркало?
   - Я? Я вижу себя, держащим пару тёплых носков.
     Гарри оторопел.
   - Носков вечно не напасёшься, - сказал Дамбльдор. - Ещё одно Рождество миновало, а я так и не получил ни единой пары. Люди упорно дарят мне книги!

-Полагаете, это… разумно - доверять столь важное дело Хагриду?
-Я бы доверил ему свою жизнь, - ответил Дамбльдор 

Я просто умру позже, чем мог бы умереть, если бы ничего не предпринял сегодня, потому что я никогда не перейду на Темную сторону!

- Ты стоишь десяти Малфоев.

Здешние пыль и тишина были полны волшебных секретов, и, казалось, издавали почти неслышный звон.

Правда — это прекраснейшая, но одновременно и

опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью.