Тума

Это даже не книга года - это долгожданный, величайших эпос, "выкристализованный русский миф", самое выдающееся, что создано моим современником на русском языке.

Вообще, передо мной задача, чтобы вы не испугались после моего отзыва ‘Туму’ читать, но в тоже время, упростить его - непозволительно.

Я не находила в себе права на рецензию более полугода, не находила слов, которые бы соответствовали этой ширине. Этой воле (совсем не той, что у Шукшина!). Хотя и обсуждали мы ее с друзьями, в семье - беспрестанно.

Но сейчас Захар ушел на фронт, будущее трилогии - тревожно; я стала модератором обсуждения "Тумы" в книжном клубе моей подруги, - для чего перечитала "Обитель", "Тихий Дон" и "Шолохов. Незаконый", потому что это все связано не только масштабом, подходом, мыслями, судьбами, но и прямыми отсылками (Соловки, покаяние, явление предков на грани смерти - здесь литературную традицию Пушкина надо помянуть, и Гоголя), даже авторскими alter ego.

Вроде - пора.

Сюжет: описывается год, проведенный 27-летним донским казаком Разиным в плену у османов в Азове, где его пытаются обосурманить. Параллельно он вспоминает всю свою жизнь до этого момента. Роман-преодоление, роман-становление. Не только Степана. Нас.

Язык: ткань невиданного мною плетения. Фантастически запредельный филологический труд проделан. Но при этом: настолько живое полотно, что здесь не Захар - творец. Здесь Захар - инструмент. Столько языков, архаизмов, неологизмов, дивно сплетенные в пары, совершенно выпуклые слова. Это надо читать вслух! Это надо пропевать!

Да, много подробного описания физического насилия, - ну, так вы думаете вы стали цивилизованнее за три с половиной века? Посыл прост: вы отворачиваетесь от происходящего на фронте, там же, с теми же, по схожим причинам, сейчас. Тогда я заставлю вас смотреть на это через призму прошлого. За все хорошее, против всего плохого - не жизнеспособный конструкт, который не позволяет отстаивать ценности (все это навеяно рецензией грузинского литературоведа - Тамары Котрикадзе). Казаки предлагают победу над врагом, над собой (без терзаний тревожных, без рефлексии, просыпаться с благодарностью, славить жизнь, не роптать, не бояться потерь) и победу Бога надо всем.

Евразийство: тума - ребенок казака и привезенной им с востока жены. Тумой был и Степан Разин. Равновесие ордынского и византийского начал у истоков нашей страны. Все мы, в той или иной степени - тумы. Вошедшие в бережные объятия этого языка (ах, какой там есть пассаж ироничный про латынь! книга вообще насыщенна искрометной мудростью; именно она и практически сказочная, размеренная находчивость героя, даже когда он физически почти закончился на этом свете, - позволяют летяще читать всецело душераздирающие описания) под сень царя, веры, этих просторов. Для Прилепина будущее наше всецело связано с многонациональным и мультикультурным курсом.
То есть это роман не исторический. Историософский.

Идёшь по чужую голову - неси и свою (с).

Не могу сказать точно.
Это сто процентов Литература с большой буквы или, как минимум, очень хорошая попытка ею стать. Прилепин правда хороший писатель.
В чем сюжет. Степан Разин, большой русский человек, едет на панславянском корабле с разбитым глазом и в цепях, общается с сербами, турками и другими гостями Руси и вспоминает свою жизнь


Если вы хотите тормознуть, отдыхать на ниве прекрасной русской литературы, а классика вся читана-перечитана - это вариант для вас. Здесь нет политики, ангажированности. Здесь есть История, Россия и Литература

Сильные стороны:

Потенциальные сложности для читателя:

Итог: «Тума» — это не развлекательное чтение, а серьёзное литературное высказывание. Прилепин создаёт эпическую панораму эпохи, где кровь и молитва, жестокость и милосердие сосуществуют в едином пространстве. Роман будет интересен тем, кто готов к бескомпромиссному разговору о природе человека, истории и цене свободы.

Книгу я начинала читать с тревогой. Очень не люблю все эти исторические романы, в которых у героев нет даже надежды на счастливый финал. В школе я училась, чем закончилось восстание Степана Разина помню... К героям я привыкаю, и практически их хороню и поминаю. Сразу скажу, что помянуть всех погибших, зарубленных, сгоревших, казнённых в этой книге жизни не хватит. И это отрезвляет и меняет оптику восприятия. Где-то к середине произведения я смирилась и поняла, что это просто характеристика жизни того времени, та данность, в которой живут герои и которая формирует их внутренний и внешний мир. "Смерть была наседкой казака: высиживала его, а потом клевала, не слишком глядя куда попадет",- вот оно описание казацкого мировоззрения.
Автор в подробностях описывает быт дончаков, как они рождаются, растут, влюбляются, вступают в круг, может быть, женятся, а там уже идут своей дорогой к смерти. Дорога эта разная: короткая ли длинная, прямая ли кривая - но всегда отчаянная и безжалостная. Захар Прилепин подтверждает своей книгой цитату врагов, что "они [казаки] не люди, а шайтаны, принявшие человеческий облик, которые останавливают пули, ловят полами кафтанов ядра, растворяются в воздухе и неожиданно бьют из-за спины".
Очень понравился язык, которым написана книга. Разнообразие языков, городов, культур погружают в атмосферу XVII века.
После "Тумы" пойду читать Василия Шукшина "Я пришел дать вам волю", т.к. теперь понимаю какую жизнь прожил Степан Разин. Его казнь не была его личным поражением, его поражением было бы эту крестьянскую войну не начать, не попробовать. Ведь когда-то казаки отбили у османов город Азов и держали его пять лет - насколько хватило сил. И "Тараса Бульбу" тоже перечитаю, думаю, интересно будет посмотреть как поменялось моё восприятие.

По иронии судьбы, предыдущей книгой, так запавшей в душу, стала «Высокая кровь» Сергея Самсонова. И там речь о поиске правды, и там основной средой повествования является донское казачество, самобытное и противоречивое.
Книга Прилепина, в первую очередь, о становлении личности легендарного донского атамана. Степан Разин ни разу не назван здесь Стенькой, наверное, поэтому с первых страниц начинаешь с нарастающим уважением погружаться в образ главного персонажа. «Тума» потрясает своей масштабностью в описании казацкой жизни и смерти, удивляет психологичностью образов и глубиной погружения в мысли и мотивацию главного героя. Две, параллельно развивающиеся сюжетные линии романа, не теряют своей напряжённости на всём протяжении книги, не провисают, следишь за происходящим, будто смотришь увлекательный фильм, переживая вместе с героем боль и радость, грусть и сомнения. Бросается в глаза большое количество жёстких и жестоких сцен, однако, и это выглядит в контексте необходимым и даже органичным, объясняет – время было такое, жизнь была не та, что сейчас…
Так мало на свете книг, в которые ты погружаешься без остатка. Прекрасный язык – густой, яркий, образный и самобытный и символичный. Погружаешься в чтение и не можешь остановиться, а после его окончания хочется отдышаться. Ложишься спать, и перед глазами стоят яркие картины и образы книги. А потом же и за следующую книгу никак не взяться. Давно так не увлекался чтением, давно так не ждал обещанного продолжения.