Земля под ее ногами

Чем больше я узнаю Запад, тем больше убеждаюсь, что лучшее в жизни приходит с Востока.

Блаженство - это когда заключенный смирился со своими цепями.

На ночном нью-йоркском рейсе в пучке света неугомонный латиноамериканский ребенок, злобно поглядывая по сторонам, с мрачным видом мучает свою научно-фантастическую игрушку.

Вина, я стану землей под твоими ногами, а ты, в этом счастливом финале, станешь моей единственной планетой.

К черту Мумбаи. Я помню Бомбей.

– Прошу прощения, месье, но набожность, маскирующаяся под добродетель, – это здешнее проклятие. Мы находимся в пожизненном заключении у сверхъестественного. И очень часто наша глубокая духовность заставляет нас резать друг друга, словно мы дикие звери. Извините, но некоторым из нас это не по душе, некоторые пытаются вырваться на свободу, в мир реальности. 

И, как всегда, когда нежность подводит ее — Вина уверена, что нежность подводила ее всегда, — она пытается найти выход в жестокости.

Если факты расходятся с легендой, печатайте легенду.

Человек или любит, или ожидает любви, или отказывается от нее навсегда.

Прошлое не обесценивается только потому, что оно уже не настоящее.

Я не испытываю чрезмерной привязанности к истории. Скорее, я из тех, кто недостаточно привязан к чему бы то ни было.

Мы стремимся к любви, не к свободе.

Любовь - она сильнее, чем ад.

Он ставил жизнь выше смерти, предлагал ей брать свое: давай потанцуем, моя радость, на улице, по телефону и поймаем кайф-кайф-кайф за час до конца.

Я готов кинуться ей в ноги и умолять её впустить меня обратно в её жизнь – пусть и с самого чёрного хода.

Любовь больше, чем смерть, или сама – смерть.

Мы повторяем в себе недостатки тех, кого любим.