Отзывы о книге Эйзен

«Искусство подлинно, когда народ говорит устами художника»

Я убеждён в двух вещах. С одной стороны, искусство поступательно прогрессирует: классицизм, романтизм, сентиментализм…, а с другой - оно циклично и всё всегда одно и то же, просто на разных витках спирали. Ушло время Чапаева и Корчагина, за ними наступила и прошла пора геологов-энтузиастов в свитерах с гитарами, вместо которых пришли аморфные Самохваловы и Жени Лукашины, которые скрылись в зыбкой хмари осеннего марафона и наступило время амбивалентных тенётных рыночников, вроде Вавилена Татарского или капитана Глухарёва, которые, кажется, ещё с нами, но… Вот это как в начале марта ты ходил по сугробам-гололёдам в суровых зимних ботинках, но чуть выглянуло солнышко и – всё. Ботинки с мехом на тракторной подошве уже не необходимый атрибут, но громоздкий и неуклюжий рудимент в прихожей. Эти самые ботинки теперь надо хорошенько вымыть, смазать и оставить до следующего сезона. Который когда-то наступит и для Чапаева, и для Самохвалова, и для Татарского, раз уж история циклична. Но теперь – забытиё, теперь – чулан и антресоли. Теперь на их место приходят другие герои, которых до этого не было (в книгах), но на самом деле – были (в жизни). Герои перелома. Герои завёрнутые, растоптанные, разрушенные, но при этом неколебимо цельные. Такие, как как герой романа «Эйзен» Гузели Яхиной. Как Сергей Эйзенштейн, который: «Мы, русские, либо ломаем себе шею, либо одерживаем победу. И чаще мы побеждаем». Сын действительного статского советника, ставший громогласным рупором молодого пролетарского государства. Слава советского кино, режиссёр, снявший лучший фильм в истории мирового кинематографа, но отрекавшийся от своих работ, бестрепетно кромсавший плёнку в угоду изменчивой линии партии. Кавалер ордена Ленина и лауреат двух Сталинских премий, который в безбожном бесклассовом обществе создал святого князя Невского и (почти) канонизировал царя Грозного, но боялся Сталина с чекистами. Кузнец советского нарратива, пылающего в каждом гордом сердце родившихся на когда-то одной шестой части суши. Идеологема Эйзенштейна, как огонь Прометея, принесла и великое счастье, и страшное горе. «…Цвет возрождения души и мудрости, он одновременно означал моральное падение и безумие. Шведский теософ Сведенборг описывает глаза безумцев, томящихся в аду, зелеными. Один из витражей Шартрского собора представляет искушение Христа; на нем сатана имеет зеленую кожу и громадные зеленые глаза… Глаз в символике означает интеллект. Человек может направить его на добро или на зло. И сатана, и Минерва ― и безумие и мудрость ― оба изображались с зелеными глазами…» Роман – художественный на грани документалистики. Современное мифотворчество. Мягкая сила. Бархатная и ни к чему не обязывающая пропаганда доброго, разумного и вечного. Так всегда было, испокон. Как истинный Илья Муромец не похож на былинного, так ведь и Гагарин не только улыбался доброй улыбкой? Вот и Эйзенштейн… Нет, Эйзен. Скабрёзный, мрачный и разнузданный животными страстями, но мыслящий иконописными образами. Угодливый и раболепный заискивающий льстец, непреклонный в своей титанической железной поступи. Такой персонаж очень нужен в русском пантеоне, где каждую четверть века – перелом, который, как у Бродского, удобрят солдаты и одобрят поэты. Или не одобрят. Ещё «Эйзен» - конструктивная альтернатива карамазовскому надрыву. Это очень правильная, трогательная и настоящая история про противостояние человека и творца. Я и грустил, и радовался, и переживал. Очень многое отозвалось и отразилось. Эй-богу, для меня книга оказалась зеркалом, подзорной трубой, микроскопом, через призму которого я думал, что смотрю, потому что рассчитываешь увидеть Сергея Эйзенштейна, а видишь себя. История наполнила душу радостью, утешением и благодарностью в религиозном, православном смысле. Потому что «сценарий – это шифр. Шифр, передаваемый одним темпераментом - другому» Спасибо, Гузель Шамилевна!

Новый роман Гузель Яхиной "Эйзен" - роман, посвященный Сергею Эйзенштейну, советскому кинорежиссеру. Роман имеет подзаголовок "роман-буфф", что и понятно - на страницах переплетается жизнь режиссера с его стремлением сделать героические, хорошие фильмы, хождение по инстанциям - и в то же время серьезность сталкивается с комичностью самой Личности.

Перед читателям в 8 главах (а именно столько у Эйзенштейна было полнометражных картин) разворачивается вся творческая жизнь Сергея Эйзенштейна, со всеми его взлетами и падениями, болью и радостью, всем тем, что сопутствовало ему в жизни.

Как пишет сама Гузель Яхина в послесловии, она поставила себе задачу соткать художественное полотно из всей доступной нынче реальности того времени и авторских предположений о личности героя — без швов и максимально близко к фактам. Многое в романе - это биографические факты, исторические личности, известные исторические события, но не стоит забывать, что есть здесь и художественные домыслы. Некоторые сцены словно нанесены широкими мазками, другие же - старательно прописаны, не упуская ни одной детали.

В книге автор старается не высказывать оценочных суждений о тех или иных поступках своего героя, опираясь на мемуары различных людей, письма его родных и тех, кто его любил. По ним полнее можно понять, что же это на самом деле был за человек.

Мы видим живого Сергея Эйзенштейна, который может и переживать, и страдать, и быть жестоким к тем, кто его любит. Который был обласкан властью и в то же время не всегда понят народом, который требовал дисциплины на съемочной площадке и в то же время рисовал члены с царской бородками, чтобы съемочную группу развеселить. Лично для меня Эйзенштейн предстал другим человеком, более впечатлительным, истеричным, жестким, живущий только своею работой.

Книга получилась довольно интересная - и это книга не только о Сергее Эйзенштейне, это роман об эпохе, о том, чем жила страна в первой половине XX века, чем жил кинематограф того времени. Здесь рассказывается и об Эдуарде Тиссэ, операторе Эйзенштейна, и о Григории Александрове - о тех людях, что творили Историю Кинематографа в России.

А еще, захотелось смотреть фильмы Эйзенштейна, которые еще не видел, и пересмотреть те, которые смотрел давно...

Глубоко уважаю творчество Яхиной. Она входит в число автопокупаемых авторов, а потому, увидев в продаже "Эйзен", купила не раздумывая. На обложке написано, что это роман. Но нет. Это не роман. Это биография советского режиссёра Сергея Эйзенштейна. А потому, от осознания этого введения в заблуждения читателей, книга сначала шла со скрипом. И это притом, что я люблю биографии. Человек этот оказался очень необычной личностью. Мне и в голову не приходило задуматься, что скрывается за творчеством этого человека-легенды. А зря. В книге всё очень наглядно и прекрасно показано. Очень ярко. Помимо Эйзенштейна рассказывается и о таком известном режиссёре, как Александров. Писательница при написании руководствовалась не только документальными источниками, но и лично побывала там, где и её герой. Включая Мексику. Невероятный труд проделала. Труд, внушающий уважение.

Дочитала. Немного подустала от этой книги. Очень много личной оценки автора. Автор уверенно описывает через призму своего взгляда мысли другого человека, мотивы его поступков, его взаимоотношения с окружающими, дает недвусмысленную личную оценку времени (как времени, в котором жил режиссер, так и современному).

Из обращения к читателю: "Я ... объясняла художествнно те моменты биографии, которые до сих пор оставались нерасшифрованными". Или "...даже чуть исправляла корявые цитаты для лучшего их понимания". Имеет ли автор право в своей книге что-то расшифровывать, не будучи биографом Сергея Эйзенштейна - вопрос дискуссионный. А на вопрос об даже незначительном исправлении цитат у меня есть свое однозначное мнение: нет.

В книге есть вымышленные моменты, которые несколько провокационны, и лично у меня вызвали отторжение. Например, когда мать успокаивает уже взрослого сына в момент его психологического кризиса: "И то ли кажется ей, то ли на самом деле расстёгивает она свободной рукой ворот платья и достаёт грудь – вставляет в бормочущий рот сына. И тот затихает, наконец успокоенный".

Как бы отнеслись сами герои книги к подобным вольностям, мы не узнаем уже никогда. Возможно, спокойно и сдержанно. В любом случае, возразить или возмутиться они уже не могут.

Но несомненный плюс: книга пробуждает интерес к линости и творчеству Великого советского режиссера. В книге есть очень смешные моменты, над которыми можно хохотать в голос. Ну и пространство для дискуссий после прочтения просто огромное, можно зачитывать или пересказывать зацепившие фрагменты близким, обсуждать, делиться своими взглядами, спорить.

Вот такая вот неоднозначная книга. К прочтению можно рекомендовать: очень много как восторженных отзывов, так и крайне негативных. Прочтите и оцените сами)

Для меня это произведение было тяжелым... в смысле самого чтения... До этого прочитала две книги автора, а вот с этим был какой-то ступор... в какой-то момент! а потом... чтение пошло по нарастающей... человек, по жизни одиночка, весь смысл его недолгой жизни - фильмы, лишь для этого он жил и был рожден - Сергей Михайлович Эйзенштейн... который и в детстве был одинок и по жизни... друзья? а были ли они? женщины и любили, а любил ли он? но юморист то еще)

Освещает пространство большая люстра: сперва кажется, сияет гигантский глобус, но, присмотрясь, вы обнаруживаете просто синий шар, подвешенный к потолку в окружении электросвечей. (“Хороша планетка, да? Континенты неразличимы, но если вглядываться долго, то проступают. Мы с вами знаете где? Вон чуть повыше экватора муха насидела — это и есть мы”.) Сложная судьба и, тем не менее, этот человек Легенда!

Мозаика жизни знаменитого и в то же время неизвестного кинорежиссёра написана лихо! Это именно мозаика, а не биография или обзор творчества. Здесь целая палитра жанров: от карикатурно-сатирического (буфф) до трагедии. Палитра красок: от тонких нюансов психологии до проникновенного лиризма.

Автору удалось познакомить нас с противоречивым, сложным, ярким человеком. Гений и эгоист, трудоголик и сибарит, одиночка в душе и любимец женщин, философ и организаторский талант...

О многом важном и актуальном говорит роман: художник и власть, предательство и верность, отношения сына и матери... Книга захватывает и не отпускает. Вместе с автором как будто погружаешься в мысли и чувства героя, пытаешься понять его. То сочувствуешь, то возмущаешься, то улыбаешься, то хохочешь.

Автор  делает нас соучастниками событий семейных и масштабных. И при близком рассмотрении становится сложнее обвинять и  осуждать, становятся понятнее творческие замыслы и мотивы поступков.

Интересны портреты Тиссэ и Александрова, с их богатыми биографиями, своеобразными характерами и отношением к делу и  друг к другу.

Читая отдельные главы, хотелось сказать: не книга, а песня! Так рассказано о Тиссэ или о том, какими видел Эйзен цвета в Мексике.

Книга написана динамично, нескучно,  богатейшим языком. В ней всё интересно и заразительно-вдохновляюще: как снимали Ивана Грозного (захотелось посмотреть фильм), как надо было есть алма-атинские яблоки (захотелось попробовать).

Не претендуя на полноту и абсолютную точность фактов, автор превратила абстрактное для многих имя из истории кино в живого человека и творца, о котором хочется узнать ещё больше.

Описывается не только его жизнь, но процесс зарождения идей и их воплощение на кинопленке. Некоторые моменты меня прямо завораживали: автор дает нам возможность заглянуть за кулисы творческого процесса, увидеть дополнительные смыслы, подсмотреть приемы киномонтажа.

Сам роман тоже будто бы смонтирован по канонам работ Эйзенштейна. Регистр повествования быстро и часто меняется: хроники, воспоминания, юмористические заметки, исторические факты, вымысел автора - всё это миксуется и создает удивительный узор романа.  

Автор мастерски создает роман-буфф, где реальность переплетается с художественным вымыслом (она подчеркивает в своем интервью, что не надо путать биографический роман ЖЗЛ с художественным текстом, коим Эйзен и является), а исторические факты становятся частью захватывающего повествования.

Гузель Яхина ведет нас от личных историй к истории кинематографа и истории страны. 

Эйзенштейн предстает очень неординарным человеком с неуемной фантазией, человеком-фейерверком, привыкшим быть в центре внимания. Мы видим   множество масок, за которыми прячется одинокий человек. 

Роман будет интересно читать  как любителям биографического жанра, так и всем, кто интересуется  историей советского кинематографа. Это не просто книга о великом режиссере – это размышление о природе творчества, о цене искусства и о том, как один человек может изменить ход истории кино.

Наконец-то я прочитала роман-буфф Гузель Яхиной "Эйзен". Читала долго, несколько раз откладывала, но снова через какое-то время возвращалась. С творчеством Яхиной я знакома по известной книге "Зулейха открывает глаза", ее я читала взахлеб, и не смотря на масштабную критику этого произведения и обвинения в "антисоветчине", считаю это произведение сильным. Это сугубо мое мнение, которое может не совпасть с мнением других читателей. "Эйзен" я начинала читать с энтузиазмом, тем более, что фильмы известного режиссёра Сергея Эйзенштейна, которому и посвящено произведение, я в силу своего возраста помню и знаю. Особенно запомнился фильм "Броненосец Потемкин", который в моем детстве части показывали по телевизору, особенно в предверии 7 ноября. Взяв книгу впервые в руки сразу возникает вопрос, что такое роман-буфф? Уже из этого термина становится понятно, что "Эйзен" не просто биография режиссёра, а своеобразный взгляд автора на жизнь и творчество Эйзенштейна, которые она описывает посредством сатиричесческих ситуаций и ярких сцен из жизни героя. Да, но не совсем. Автор действительно мастерски, динамично и даже смешно описывает съёмки первого фильма "Стачки", или описание театральной постановки по пьесе Островского и множество других моментов, но вместе с тем, в романе есть элементы драмы, а то и трагедии. Для меня личность С.Эйзенштейна весьма неоднозначна. Да, он несомненно талант и гений, идущий на шаг впереди от своих современников, бесстрашный авантюрист, масштабная фигура в советском кинематографе. Но как личность, мужчина, сын, любовник - зачастую у меня вызывал чувство неприятия, а то и полного отторжения. Великий гений и маленький человек - такая характеристика на мой взгляд, очень точно подходит к Эйзену.

Конечно меня, как женщину больше всего возмутило его бессердечие по отношению к любившей его всей душой женщине-Елизавете Телешевой. Чтобы быть с любимым Елизавета провела в дороге несколько недель, старалась во всем ему угодить, вознесла его в ранг "богожителей" и получила в ответ безразличие, игнор и отсутствие поддержки, даже тогда, когда режиссер узнал, что она смертельно больна.

Тема отношений с матерью красной линией проходит через весь роман. То любовь-то ненависть, именно так я могу кратко описать эти отношения. Ты удачен-я тебя люблю, у тебя проблемы-я временно тебя отвергаю. Недолюбленность в детстве, плавно перетекла в настороженное отношение к женщинам в целом.

И всё же основная линия книги, это гениальность Сергея Эйнштейна, как режиссера. Энштейн практически ровесник советского кинематографа, это своеобразный творец мифа о значимости революции, советской власти. Его кино смотрели, ему верили, им восхищались.

К съёмке он подходил весьма творчески, количество идей в его голове зашкаливало, к каждой мелочи в кадре он подходил креативно - ему нельзя было не верить. В этом ему не было равных. Не разу я не усомнилась в детстве, когда смотрела "Броненосец Потёмкин", в "правдивости", как оказалось искусственно созданного мифа.

Коснулась "любимого" режиссера советской власти и порицание вождя. Это случилось после второй части "Ивана Грозного" вышедшего на экраны не только после смерти Сталина, но и самого Эйзенштейна. И это учётом, что за первую часть он получил сталинскую премию. К счастью Эйзен избегает ссылки и тюрьмы, что в то время было небывалым везением. Но это его не спасает...

Слог автора, не смотря на смесь документальности и художественной образности достаточно легкий для восприятия. Некоторые описания читаются просто на одном дыхании.

Не удивлюсь если вскорости по этому роману будет снят сериал, о великом гении советского кинематографа-Сергее Эйнштейне.

Надо было читать книгу без ожиданий. Я же взялась, потому что меня очень интересовало, почему четвертая книга так быстро ставшей известной писательницы про реально существовавшего человека. Зачем она придумала написать такую книгу, ну вот для чего

Книгу нельзя отнести к биографиям, и к нон-фикшн, и к чистой художке. Яхина определяет жанр как «роман-буфф». Буфф - комическая пьеса, построенная на смешных, шутливых положениях. Нуууу, мне кажется, шутливого там нет

Мне кажется, как и в трех предыдущих книгах Яхину интересует страна. Страну можно показать и вот так, через жизнь знаменитости.

Я очень осторожно всегда читаю книги об известных людях, иногда предпочту чего-то лучше не знать, чем быть осведомленной.

Мемуары - люблю, здесь человек рассказывает о себе так, как считает нужным, его право. 

Не все было интересно читать, некоторые страницы просматривала по диагонали. Мне казалось, что автор увлекалась порой своим текстом больше, чем главным героем

Оценивать не буду, рекомендовать тоже

Яхина хорошо пишет, пусть напишет что-нибудь еще

На протяжении всей жизни при упоминании фамилии режиссера в памяти всплывали кадры с катящейся коляской по лестнице и Николай Черкасов в роли невменяемого царя. Узнать что либо из биографии автора фильмов особого желания не было. И вот благодаря прекрасному мастеру слова этот пробел наконец исправлен. Удивлена отношениям между матерью и сыном - завуалировано. Детские обиды не исчезают без следов словно в тумане, и бумеранг догнал к старости деятельную родительницу. Жаль, не позволили как всегда воплотить замыслы, зато благополучно истрепав нервную систему приблизили кончину прожившему всего лишь полвека. Читается легко, иногда со смехом - Сергей Михайлович умел прикалываться над чиновниками. Огромное спасибо Гузель Шамилевне за то, что не опустилась до современных плинтусов.