Держись от него подальше

– Почему ты не спал ни с кем? Ты же красавчик, блин! – Ее голос становится чуть хриплым от возмущения.
Она явно не разочарована, она именно возмущена. Примерно так возмущаются зоозащитники, когда видят бездомных котят, с такими лицами протестуют против вырубки лесов. Причина, почему моя девственность оказалась в этом ряду, мне неизвестна. Этот факт просто обескураживает.
– Объясни. Я не совсем силен в этой науке, – произношу спокойно, чем еще сильнее вывожу Лискину из равновесия. – Значит, есть красавчики и, видимо, не красавчики. Не красавчики имеют меньше шансов на секс, это ясно. Красавчики больше, но, как я только что выяснил, они обязаны заниматься им априори? А как же другие входные данные: харизма, сексуальность, социальная адаптированность?

- Ты их еще больше пугаешь, - шепчу ему.

• А что делать-то? Нам с ними еще всю жизнь жить, а они от меня шарахаются.
• Ну будь чуть более... обычным.
• Я обычный.
• Ну это для меня ты обычный, а им кажется, что я с ума сошла и мне нужно бежать. Они меня увезти
• Куда? - У Кострова краснеют щеки, и он закашливается. Моя семейка вздрагивает, как будто дикая собака на них зарычала. - Она никуда не поедет.
• Костров, блин, ты сейчас только хуже делаешь, - шиплю я, папа встает из-за стола, мама цепляется за его руку. - Сделай что-нибудь, пока не стало хуже! Срочно.

- Итак. Семья, это Тимур. - Я сжимаю его руку и машу ею в воздухе. - Тимур, они тебя боятся. - Теперь поворачиваюсь к Кострову, который косится на ноутбук, где явно не доделал важные дела, потом вздыхает и кивает. - Они решили, что ты чем-то болен, держишь меня в рабстве, не ешь, не спишь и меня не любишь.
Моя семья хватается за головы и каждый бормочет что-то вроде: «Нет-нет, мы не это имели в виду», - но
я их знаю. Костров у многих вызывает недоумение, я сама не сразу привыкла, так что не могу не понять родственников.

– Костров!
– …ты меня прям не отпускаешь. Это законно?
– Костро-ов…
– Я вообще нормально работать перестал.
– Я тебя люблю, Костров…
– А еще сегодня Димас говорил что-то…
– Костров! Слышишь?
– …а я сижу, его не слушаю, весь в своих мыслях…
– Костров, я тебя люблю!
– …это так странно, меня ничто не могло отвлечь, и я…
– Костров!
– Да помолчи ты! – тихо обрывает он и начинает с остервенением меня целовать.
Его сердце под моей рукой лихорадочно колотится, будто сейчас остановится и больше не заведется. Руки нещадно шарят по моему телу.
– Помолчи, – шепчет он мне в губы. – А то как-то… сильно много. – Он не договаривает, усмехается и снова на меня набрасывается.

Я так влюблена, что, когда слушаю музыку, все мысли только о Кострове. Он везде, как воздух. Мне кажется, я им пахну. Тело напоминает об очередной бессонной ночи каждым движением: глаза сами собой закрываются. Тут же в мыслях возникают дурацкие красивые губы Кострова. И внезапно щетина. Он на выходных не брился, и я увидела, что из этого получается: она ему так идет, что у меня в голове он отныне всегда с ней. И волосы торчком. И красивый прямой нос. И шея, когда он запрокидывает назад голову. И руки. И плечи. И то, как он шепчет ерунду, гладя при этом мою спину. И голос. И сообщения. И признания.

«Опять подошла эта Мария и попросила, чтобы я заменил ей в ноутбуке термопасту. Я дал номер мастера, а она обиделась. В чем дело?»
«Мария уронила передо мной стопку книг и долго их собирала. Я спросил, нужна ли помощь, она отказалась. Я обошел ее и хотел уже уйти, а она сделала вид, что подвернула ногу. Это неправда, я это ей сказал, и она обиделась».
«Эм… Зачем Мария пыталась трогать меня под столом ногой и зачем она села со мной на паре китайского? Она же ходит на французский».
«Помоги. Это выше моих сил».