Цитаты из книги Кармилла

Ты будешь считать меня жестокой, эгоистичной, но любовь эгоистична —чем пламенней, тем эгоистична. Ты даже представить себе не можешь, как я ревнива.

В юности сближаются и влюбляются нечаянно. Меня обворожила ее нежданная и горячая нежность. Я была польщена ее мгновенным доверием и почувствовала себя избранницей.

— Милая моя, — бормотала она, — я живу в тебе, а ты умрёшь ради меня, ведь я так тебя люблю.

Страхи нервозных людей заразительны, и люди схожего темперамента через некоторое время непременно начинают им подражать.

Свет не так неблагодарен, как вы полагаете. По крайней мере есть несколько тёплых сердец, которые искупают бездушие большинства.

Таково уж свойство любви: чем она жарче, тем эгоистичнее.

Но ведь любовь всегда себялюбива, и чем она нежнее, тем себялюбивее.

Поверья - они как поветрие, вот бедняки и повторяют соседские россказни об ужасных призраках.

Мне ваши обряды противны, и похороны я ненавижу. Какая дурацкая суета! Зачем она? Ты тоже умрешь, и все умрут, и чем скорее, тем лучше.

«Любопытство неотвязно, как страсть, и ни с чем не считается»

У вашей высокородной подруги, госпожи справа от вас, острейшие зубки – длинные, тонкие, заостренные как шило, как иглы – ха-ха! Мне это хорошо видно отсюда, снизу, – глаза у меня зоркие. Может статься, эти зубки поранят молодую госпожу…

Ты будешь считать меня жестокой, эгоистичной, но любовь всегда эгоистична – чем пламеннее, тем эгоистичнее.

Бывают особые условия, которые упырь должен соблюдать. Графиня Миркалла, например, могла носить лишь ими пусть не соб-ственное, однако схожее с ним до последней буквы — иначе говоря, анаграмматически. Таковы и были имена Кармилла и Милларка.

«Страхи нервозных людей заразительны».

«... умереть как влюблённые - умереть вместе, чтобы вместе жить».

Я полагаю, каждый ученый, пишущий серьезное исследование, работает, как выразился один мой приятель, на чем-нибудь: чае, к примеру, кофе или табаке. Мне кажется, при этом мы расходуем определенный материал, который должен время от времени восполняться, или же ударяемся за философскими занятиями в абстракции, и разум чересчур высоко воспаряет над телом, если не напоминать ему о связи с бренным миром при помощи каких-либо ощущений.

Однако я долго не могла оправиться после пережитого ужаса. До сих пор у меня перед глазами в разном обличье всплывает она: иногда – весёлая томная красавица, иногда – страшный зверь, мелькнувший в развалинах часовни.

Люди нервического склада часто заражают своими тревогами окружающих; те со временем волей-неволей перенимают их привычки.