Цитаты из книги Wellness

... сайты, посвященные вопросу ядовитости фтора, почти всегда создаются людьми, которые верят, что он действительно ядовит. А люди, которые не переживают по поводу фтора и не тратят время на размышления о нем, как правило, не создают подробных сайтов, где об этом говорится. Поэтому, когда Лоуренс задает свой вопрос, результаты, подобранные гугловским алгоритмом ранжирования, – более трех миллионов менее чем за полсекунды, – берутся из базы сайтов, которые приписывают фтору куда больше пагубных свойств и куда больше его опасаются, чем люди в реальном мире. И даже если среди них существует несколько одиноких сайтов, опровергающих теорию отравленной воды, беспристрастный алгоритм «Гугла» не может их отличить, поскольку не способен ни понимать язык, на котором написаны статьи, ни анализировать их аргументы и логику. Все, что он может, – это взять каждое отдельное слово и присвоить этому слову точку в теоретическом пространстве, а потом изучить, как эти точки сгруппированы, и вывести в топ результатов поиска те слова, которые чаще встречаются рядом, поэтому два совершенно разных предложения — Правительство травит нас фтором и Правительство не травит нас фтором — для алгоритма почти идентичны.

Это излюбленный прием большинства так называемых пикаперов, когда «игра» состоит в том, чтобы продемонстрировать женщине свою заинтересованность, а потом внезапно и без видимой причины лишить ее этой заинтересованности. Идея заключается в том, что это должно поменять динамику отношений, заставляя женщину прилагать усилия, чтобы вернуть интерес и внимание мужчины, поскольку люди склонны наделять то, что они потеряли, более высокой ценностью по сравнению с тем, чего у них никогда не было или чего они изначально не хотели.

У каждой пары есть история, которую они сами сложили о себе, история, которая служит своего рода двигателем и несет их через трудности в будущее. Для Джека и Элизабет это была история о любви с первого взгляда, о двух мечтателях, нашедших свою вторую половинку, о двух сиротах, нашедших дом, о двух людях, которые поняли друг друга – которые почувствовали друг друга – сразу и без труда.

Но истории имеют над людьми власть лишь постольку, поскольку в них верят, и внезапно, сидя в кухне Элизабет задумалась, не может ли их с Джеком история на самом деле быть плацебо в красивой обложке, выдумкой, в которую они оба поверили, потому что она заставила их почувствовать себя особенными. И, может быть, любовь в целом – это просто плацебо, и, может быть, каждая церемония бракосочетания – часть тщательно продуманной упаковки этого плацебо, его терапевтический контекст. И стоило ей подумать об этом, как она поняла, что спектакль окончен: их с Джеком история для нее – точно так же, как для ее клиентов в «Велнесс», когда они узнавали правду о фейковых методах лечения, – перестала быть убедительной.

В тот день она потеряла веру. В тот день легенда «Джек и Элизабет – родственные души», как выражались авторы исследований на эту тему, утратила свою эффективность.

Из этнографических исследований культов Элизабет знала, что наиболее эффективно заблуждения внедряются в сознание тех, кто находится в окружении людей, разделяющих аналогичные заблуждения. В таких ситуациях формируются альянсы, выявляются враги, поощряется и поддерживается динамика «мы против них». Люди куда больше склонны верить во что-то, когда входят в сообщество других верящих в то же самое, когда окружают себя людьми, говорящими на том же языке, людьми с теми же ориентирами. И получается, что определенные идеи – даже плохие, даже ложные – обладают своего рода иммунитетом: чем больше людей они объединяют в союз, который со временем становится все теснее, тем лучше они защищены.