Stoner

Эта книга - не о великих сражениях и отважных героях. Она не о интересных приключениях и огромной любви. Стоунер - не рыцарь и не герой.
Он просто человек. Самый обычный, не примечательный. В чем-то слабый и даже безвольный. Встретив его, вы, быть может, отвернетесь, а то и начнёте его презирать.
Но у него есть то, что наполняет эту обычную жизнь смыслом. У него есть Слово. И он служит ему иступлённо, верно.
Он филолог не по названию. Он филолог по духу. Он - тот, кто любит Слово.
И это немало, друзья мои.

Долго думала о том, почему мне этот, безусловно, талантливый роман не понравился.
С каждой главой всё росло моё напряжённое ожидание - ну вот, вот сейчас, меня бомбанет. Вот сейчас какая-то фраза, какой-то герой, пусть случайный даже! заставит меня вздрогнуть. Но этого не случилось. Для меня не нашлось там ни одного любопытного, близкого или хотя бы просто симпатичного героя.
Выверенный, точный язык писателя, неспешное повествование, жизнь без прикрас и без цели - всё это я прекрасно понимаю и даже иногда люблю. Но здесь чуда не случилось именно потому, что никакого сочувствия я ни к кому не почувствовала, ни за кем не пошла...Кто в этом виноват? Да никто! И мне вовсе не стыдно, что это значительное произведение, вызывающее восхищение уважаемых мною людей, совсем не оставило следа.

p.s. Когда я спросила подругу, почему она осталась в восторге, она сказала - потому, что такая она и есть, жизнь.
Я ничего не ответила, но в мыслях завис вопрос "Разве?"

Искать свое место в мироздании – естественное для человеческой особи устремление. Страдание неудовлетворенности – естественное следствие неудачи.

История Стоунера – это история неудачника. Не преуспев в попытке стать достойным своей мечты - он истончился и сломался, как цветок, томящийся в тени. Ему была уготована простая земная участь - брести в пыли, но болотные огоньки искусства увлекли за собой в трясину, щадящую лишь избранных.

Трагедия человека, от одного берега отставшего, а к другому не приставшего – увы, слишком типична, что делает предложенное жизнеописание достаточно универсальным. Но вряд ли кому-либо приятно узнавать себя в этом понуром, сгорбленном, скрюченном грустном шуте. Вот только дурацкий колпак его увешан не бубенцами, а погребальными колоколами.

Здесь правит бал патологическая, удручающая усталость. Как и его родители, закованные в новую, хрустящую одежду, будто в новенький гроб – Стоунер ощущает себя всегда и везде неудобно. Он - лишний повсюду, и достаточно равнодушен, чтобы этого не понимать вполне.

А говорят, труд облагораживает… Но эволюция по-прежнему благосклонна к вечно кривляющейся, качающейся на ветках обезьяне, а не к упорному, надрывному муравью.

Очень депрессивная, изнуряющая, грустная книга. Мотивирует получше всяких тренингов. Тут и Чехов покажется раблезианским жизнелюбцем...Пусть хоть эпиграф вас повеселит

Бесстрастно, объективно он вгляделся в свою жизнь, и она показалась ему неудачной во всём. Он хотел дружбы, близкой дружбы , способной сделать его частью рода человеческого; у него были двое друзей , из которых один бессмысленно погиб, ничего не успев, а другой так отдалился сейчас, так глубоко погрузился в мир живых,что... Он хотел брака с его определенностью выбора , с его тихой связующей страстностью,он получил и это,но,получив,не знал,что с этим делать, и все погибло. Он хотел любви ; и у него была любовь, но он ее не удержал,позволил ей кануть в хаос житейских случайностей....

Он уповал на мудрость- а обрел за все эти годы лишь невежество. " И что еще?- думал он.-Что еще?"

"А чего ты ждал? "- cпросил он себя

Хочу понять всеобщий восторг от этой книги ,но не получается.Не по тому, что во мне что-то бунтует,а по тому,наверное,что не могу найти чего-то такого в произведении,чем можно по праву насладиться. Именно в произведении,но не в языке.Язык книги,перевод хороши. Текст читается на одном дыхании,глаза скользят по бумаге,иногда останавливаясь на интересных местах,чтобы перечитать их.

Рождение,жизнь,смерть. Первые шаги,первые слова,мама и папа,школа,колледж,университет,первая любовь,свадьба,рождение ребенка,первый кредит, уютное гнездышко, первые ссоры, первое повышение,первый успех,первая любовница, первые болезни,первая пенсия, первый и последний луч солнца на старости лет,первый и последний сосновый дом.

Противоречивая книга,неоднозначная.

p.s. Почему-то больше всего к этой книге подходит песня в исполнении А.Градского - Жил-был я.

Это история неудачного брака, несчастливого ребенка, несчастной любви и несложившейся карьеры. Кажется, тоскливее быть не может? А вот и нет, при всех "не", у героя было главное в жизни - волшебный мир литературы, в который этот маленький человек и проник-то случайно, по нелепой прихоти мойр полотно реальности истончилось и Стоунер оказался межу двух миров. В одном он по-прежнему был кузеном героям Чехова и Гоголя, а во втором обретал величие духа, постигая влияние античной поэзии на средневековые баллады.

Теплая эмпатия к «Стоунеру» в какой-то момент выразилась в трудно выразимый гнев. Равно как Стоунеру было сложно говорить о своих чувствах, я был не в состоянии объяснить, почему это роман так сильно меня бесит к финалу. В итоге ответ я нашел, и он мне не понравился: Уильямс вовремя не умер в качестве автора. Сейчас объясню.

Давайте тезисно (внимание: далее СПОЙЛЕРЫ):
[Спойлер начинается]

– Стоунер бросил родителей-тружеников, предпочтя семейному делу карьеру.
– Забрал из гнезда девушку и обещал счастливую семейную жизнь, а вместо этого запирался в кабинете. Сначала изменял жене с работой, а потом с коллегой по работе. Почему-то считая, что адюльтер на пользу браку.
– Роман с молодой преподавательницей привел к увольнению последней. По вине Стоунера.
– А еще герой использовал дружеские связи с начальством и пытался выкинуть из аспирантуры студента-инвалида, которому было тесно в рамках классического научного знания и тот искал новые подходы к изучению эпохи Возрождения.
[Спойлер окончен]

Большинство не согласится с утверждениями выше, и будет прав. Но проблема в том, что Уильямс попросту не дает шанса усомниться в благодетельности Стоунера за счет описания других персонажей. Студент Уолкер высокомерно смотрит, Эдит травит и мстит. И только Стоунер всегда смиренно выдыхает, не желая никому зла и избегая конфликтов. Хотя на деле замкнутая сдержанность героя и заскорузлая невыразимость эмоций повлекла большинство трагедий, случившихся в романе.

И если бы мы читали роман от лица Стоунера, были бы поводы усомниться в описании героев и надежности рассказчика. Но Уильямс сознательно не дает читателю права принять чужую позицию. А ведь судьбы других персонажей ничуть не менее трагичны, а характеры не менее комплексны. И они заслуживают не меньшей эмпатии, чем герой этого романа.