Poirot’s Early Cases

Ночью, мне кажется, комнаты словно заколдовывает кто-то: столы, стулья - все оказывается в таком месте, где их меньше всего ожидаешь встретить.

- Боже мой! - вскричал я. - Все становится запутаннее и запутаннее!

• Напротив, - спокойно ответил Пуаро, - все становится проще и проще.
• Пуаро, когда-нибудь я вас просто убью! Ваша привычка считать, что все очень просто, может вывести человека из себя.

Бедный мальчик! Он пришёл ко мне со слезами на глазах. «Я спасу вас, — уверила его я. — Я пойду к этому человеку... этому людоеду, этому чудовищу! Предоставь это Вере».

На нас таращились обшитые бархатом полочки, словно пустые глазницы, изумлённые своей пустотой.

— Mon ami, я отвечу вам одним многозначным намёком: подумайте о... красном цвете!
— Что, кровь?! — вздрогнув, я понизил голос до испуганного шёпота.
— Вам всюду чудятся мелодрамы, Гастингс!

Может ли предание подпилить ствол ивы?

— И действительно, месье Пуаро, что же может погасить огонь жизни?
— Смерть, — буркнул Пуаро.

Его голова исчезла в курительной комнате с той же поспешностью, с какой осторожная черепаха втягивает голову в панцирь. Некоторое время он пребывал там в полном одиночестве, но правильно подозревал, что его уединение будет недолгим.

Леди Каррингтон имела каплю благоразумия и океан денег.

Нужно всегда выражаться точно. Это моя, как вы называете, маленькая слабость.