Цитаты из книги Нелюбимая дочь. Как оставить в прошлом травматичные отношения с матерью и начать новую жизнь

Люди от природы предрасположены к тому, чтобы делать скоропалительные выводы или осуществлять, в терминах Даниэля Канемана, процесс «быстрого» мышления – по большей части неосознанного.

Всех людей ранит изоляция – мы социальные существа, – и исследования показывают, что при боли, вызываемой социальной изоляцией, активизируются те же нейронные связи, что и при физической боли.

Исследование показало, что люди с тревожным типом привязанности чаще формируют неудачные отношения, испытывают больший стресс, хуже справляются с эмоциями, имеют низкую самооценку и страдают физически и психологически. Они подвержены депрессии и нарушениям пищевого поведения. Избегающие личности имеют проблемы с тесными узами, не срабатываются с другими людьми, с трудом поддерживают контакты, плохо переносят стресс и более пессимистичны, чем люди с надежной привязанностью.

Поверьте: слова, объясняющие, почему дочь заслуживает любви и внимания, жизненно необходимы, как и пища, вода, одежда и кров.

Сверхкритичность – высматривание и преувеличение любого неверного шага, любой ошибки – может «оправдываться» или «объясняться» необходимостью удостовериться, что дочь не начнет «слишком много о себе мнить», что «успех не вскружит ей голову», что она «научится смирению», «поймет, кто в доме хозяин» и другими эгоистичными соображениями, прикрывающими жестокость.

Еще раз подчеркну, что ранить чувства ребенка можно, не повышая голоса.

Ребенка можно заставлять испытывать стыд, не повышая голоса или одними только жестами, например закатывая глаза и презрительно смеясь над ним либо превратив в предмет насмешек.

В последние годы нарциссический тип нелюбящей матери привлекал наибольшее внимание прессы. Возникли даже новые аббревиатуры: NM (нарциссичная мать) и DONM (дочь нарциссичной матери). Она – солнце в собственной вселенной, а дети – планеты, которые вращаются вокруг нее.

Нелюбимая дочь этому не учится. Она вечно оказывается там, где слишком жарко или слишком холодно, и не знает, как это исправить. Когда приходит беда, мозг подбрасывает ей негативные, давящие воспоминания об отверженности и одиночестве, что лишь усугубляет нервозность. Она не умеет контролировать отрицательные эмоции и либо тонет в них, либо полностью отстраняется от собственных чувств.

Ту же роль она зачастую играет во взрослой жизни, самозабвенно ублажаясь других и страдая от неспособности сказать «нет». Она буквально растворяется в отношениях, потому что не понимает, как функционируют границы между людьми, и это может привести к повторению ее худшего кошмара - игнорирования

Нелюбимые дочери с тенденцией к избеганию часто чувствуют себя в тупике в житейских ситуациях. Одержимые тем, чтобы не ударить в грязь лицом, они обрекают себя на крах. Они не только упускают удачные возможности, но и цепляются за ситуации, делающие их несчастными ещё долго после того, как худшее осталось позади. Это относится ко всем их отношениям, в том числе с матерями, а иногда и с другими членами семьи.

Мы стремимся к тому, что может быть для нас выгодно и сделает нас счастливыми, и избегаем того, что грозит причинить вред или сделать больно.

... людей характеризует стремление либо в большей степени к сближению, либо к избеганию

Чтобы залечить нанесенные в детстве раны, прежде их нужно увидеть.

Люди отчаянно хотят верить, что в мире, где любовь трудно обрести и еще труднее сохранить, есть нечто незыблемое – любовь матери.

В нашей культуре жестокая правда – что бывают матери, которые ранят, отторгают или унижают своих детей словами и действиями, – тайна, и ее существование никто не хочет признавать. Мы страдаем от одиночества и молчания, тонем в сентиментальном сиропе, в море футболок и чашек с надписями «Дом там, где мама» и «Лучшей в мире мамочке».

По определению, отношения между матерью и нелюбимым ребенком не являются равными, даже если дочь уже взрослая. Она по-прежнему жаждет материнской любви и заботы, которой не получила.

Чарльз Карвер и Майкл Шайер, специалисты по саморегуляции, отмечают, что абстрактное понимание основного желания дает гораздо больше гибкости в достижении самых важных целей, поскольку позволяет видеть другие пути к ним.

Вероятно, кое-что из того, что вы считали чертами своего характера, – ваши колебания, боязливость, даже склонность тянуть время – в действительности являются реакцией на пережитое в детстве.

Последняя компонента [эмоционального интеллекта] связана с умением регулировать эмоции и использовать их для стимуляции интеллектуального развития. Это способности:
● принимать как приятные, так и неприятные чувства;
● погружаться в эмоцию или отстраняться от нее в зависимости от того, насколько она полезна для решения задачи;
● отслеживать эмоции, собственные и других людей;
● справляться с эмоциями, положительными и отрицательными, не преувеличивая, но и не подавляя их.