Bluebeard

Мы оставляем за собой так мало долговечного.

Какому из писателей хуже: тому, которому полиция затыкает рот, или же совершенно свободному, но которому больше нечего сказать?

кар-а-бек-ян, (муж. род, по имени Рабо Карабекян, США, XX в., художник)
― фиаско, которое терпит человек, когда по причине собственной глупости или легкомыслия, или того и другого, полностью гибнут плоды его труда и репутация.

У неё была настоящая жизнь. Я собирал забавные байки. У неё был дом. Я же почувствовать себя дома и не мечтал.

В отличие от отца, мать всё понимала про Соединённые Штаты. Она уловила, что самая неотвязная американская болезнь – одиночество, даже люди, занимающие высокое положение, часто страдают от него, а потому способны проявить редкую отзывчивость к симпатичным незнакомцам, если те держатся дружелюбно.

Я пришёл к выводу, что воображение у меня заурядное, то есть никакое, я могу быть только относительно хорошей камерой. Поэтому мне не стоит заниматься серьёзным искусством, а лучше выбрать другое, более обычное и доступное поле деятельности: деньги. И я из-за этого не расстроился. Наоборот, вздохнул с облегчением!

Картины в той галерее моей жизни, которая, должно быть, станет последней, все до одной реальны. Их, если хочется, можно потрогать, сбыть тому, кто больше даст на аукционе, как советует вдова Берман, она же Полли Медисон, или, по её же глубокомысленной рекомендации, убрать к чёртовой бабушке.

Если с коммерческой стороны подойти, на литературном рынке Цирцея Берман по сравнению с Полом Шлезингером всё равно что "Дженерал моторс" по сравнению с велосипедной фабрикой в Албании!

Так что будем честными. Несколько раньше я сказал, что понятия не имею, как вышло, что она поселилась в моем доме. Будем честными. Я её пригласил, так-то.

– В настоящий момент, сэр, – ответил Китчен, – женщины для меня – потеря времени, так же как и я для них.