Неупиваемая Чаша

После прочтения этой книги я могу уже с уверенностью сказать, что Иван Сергеевич плотно обосновался в рядах моих любимых писателей. Я крайне редко ставлю 5-ки, а это уже вторая его книга, которая получила такую оценку. Первая была «Старый Валаам», от которого я была в не меньшем восторге.

Эта книга как нельзя кстати мне выпала для чтения именно в Великий Пост. Мне кажется, именно такую литературу и стоит читать в это время. Хотя, такую литературу полезно читать в любое время, просто сейчас она замечательно ложится на душевное состояние.

Иван Сергеевич попадает в мое сердце с планомерной точностью. С какой любовью, благостью, тёплой улыбкой и добротой он пишет каждое свое предложение! Сколько раз, читая книгу, я улыбалась или даже роняла слезу. А со мной, надо сказать, это крайне редко происходит. Надо ооочень постараться, чтобы довести меня до слез – я тот еще черствый сухарь. А Ивану Сергеевичу это легко удается. Он, казалось бы, даже не прилагает никаких особых усилий.

Кроме того, книга невероятно красива! Тут совершенно потрясающий язык и стиль написания. И даже несмотря на то, что автор очень много использует в тексте речи простолюдин со своими специфическими словечками (много интересного, кстати, узнала), читать было необычайно приятно.

В-вторых, полезно с религиозной и познавательной точек зрения. Массу полезного я узнала о православных праздниках. О том, как раньше было принято отмечать Пасху, Масленицу и т.д. О традициях, которые были приняты.

А сколько тут вкусной еды! На голодный желудок лучше такое не читать. Причем в основном описываются постные, казалось бы, пресные блюда, а они кажутся такими вкуснющими! Несколько раз ловила себя на мысли, что слюнки потекли... Капустка, грибочки, постные пирожки…ох...

Очень здорово описываются православные службы. И потрясающие ощущения мальчика после исповеди. Очень знакомо (знаю, ходила на исповедь).

Мне кажется, такую литературу полезно читать всем. Не важно, какого ты вероисповедания. Эта книга полна доброты, света, весеннего тепла и любви. Она о людях, с которыми ты живешь рядом, о твоем родном крае, о родителях, о друзьях. Очень красиво, познавательно и душевно. Такие книги делают людей лучше.

Рекомендую всем и каждому!

1. «Человек из ресторана». Поначалу я даже думала: «Ну какой это Шмелёв?». Так было удивительно услышать от автора просторечный (иногда нарочито просторечный) язык «маленького человека», официанта из ресторана, отца семейства. Но Шмелёв так необыкновенно точен в передаче всех нюансов речи привыкшего кланяться и терпеть снисходительное пренебрежение сильных, что перед тобой возникает целостный образ, очень яркий и колоритный. Образ человека, принужденного каждый день видеть большие деньги и грязь, которая приходит вместе с ним. Но сам при этом Яков Софронович остаётся чистым человеком, соблюдающим нравственные принципы.

Роман написан от лица главного героя, и что поражает, так это то, насколько писателю удалось быть убедительным в передаче мыслей, эмоций своего персонажа. Яков Софронович рассказывает о себе, своей службе, семейных трудностях, проблемах воспитания своих детей – обо всём, что его тревожит и заботит. Вместе с тем за всеми бытовыми неурядицами встают и большие проблемы. Через истории судеб его детей - Николая и Наташи, - которых так хотелось Якову Софроновичу вырастить, поставить на ноги и направить по правильному пути, повеет ветром революции и свободной любви. Главному герою придётся учиться принимать новое и неизбежное. И вот тут ещё раз скажу: после первых страниц чтения, когда к главному герою возникает какая-то неприязнь из-за его речевых оборотов, уже совсем по-другому смотришь на этого человека. Уважаешь его внутренний стержень, житейскую мудрость. «Эй, человек!» - кричат в ресторане слуге, совсем не видя в нём человека. А Шмелёв увидел.

2. Чистое и светлое чувство в душе. «Неупиваемая чаша» - повесть о крепостном художнике с божьим благословением. Красивая, трогательная и очень чистая история. Необыкновенным языком, близким к сказительству, наполненным особой благостью рассказывает И. Шмелёв совершенно русскую историю, похожую на притчу.

Илья, сын маляра, был талантливым художником. После многих лет исканий стал иконописцем. Годы ученичества, поиски ответов на вопросы, соблюдение тела и мыслей в безгрешности. Мог бы остаться в Италии, но его тянуло к русским церквям. В них он, несвободный, чувствовал свободу души. Роспись стен церкви – труд, который вызывал ликование души Ильи. Он не просто делился своим даром, он окрашивал свои работы в цвета светлой радости, цвета любви к Богу. Илья и в самом начале своего пути писал иконы, на которых святые были похожи на близких по духу ему людей, и со стен церкви, в которой он трудился, смотрели лики мучеников, в которых легко узнавались «… маляр Терешка, и Спиридоша-повар, и утонувший в выгребной яме Архипка-плотник, и кривая Любка, и глупенькая Сафо-Сонька, и живописный мастер Арефий… многое множество».

Но вот закончена работа, получена вольная, а душе всё нет покоя. И приходит Илье искушение. И ещё одно испытание целомудренности души. И как исход – невозможное чудо иконы Божьей матери «Неупиваемая чаша». А в глазах святого лика «и нежность, и боль непередаваемая» той, которую любил.

Чистоту повести не портят даже страницы, связанные с непотребствами барина «Жеребца» и странностями его сына. На фоне этой пошлости контрастно сияет праведность труда Ильи.

3. Начну с признания. Когда поняла, что в заявке вместо одной книги с одним произведением указала сборник, в котором был уже много раз читанный роман, хотела схитрить. Подумалось: читала «Лето господне» раз шесть, промахну. Но стоило мне скользнуть глазами по первой строчке – всё, пропала, залипла, ушла с головой. Читала, в очередной раз обливаясь слезами, и понимала, что снова и снова буду возвращаться к этому нежному, искреннему, чистому детскому взгляду на патриархальную Москву, на семью. Понимала, что снова и снова будет притягивать к себе эта история о круге земного бытия с человеческими радостями и скорбями. Не моё это время – Россия Шмелёва, но роман читаешь всегда с ностальгией по ушедшему и потерянному миру.

Весьма своеобразным для моего восприятия языком написана эта светлая повесть, ставшая для меня почти первым произведением автора. Язык красивый, мелодичный, но довольно непривычный в расположении слов в предложении, поэтому у меня лично требовал стопроцентного внимания во время чтения, иначе можно было потерять мысль.

Очень светлая и грустная история одного крепостного иконописца, прожившего очень недолгий век в служении людям, искусству и своей Родине, на которую он вернулся с чужой стороны после обучения, не смотря на то, что имел возможность остаться и жить более доходной и спокойной жизнью в Италии.

Но тяга к родным местам, обещания и вещие сны, объединившись вместе, призвали его обратно, где он встретил свою любовь, вынужденную стать платонической и духовной, поскольку оказалась запретной. Видимо, у каждого человека свой путь и своя роль, которую он должен отыграть за свою жизнь. Будь эта любовь счастливой, не подарил бы он, быть может, целительную икону миру, в которую вылилась она во всей своей красоте и силе.

Так что, всё не зря и пусть так и будет. Очень одухотворяющая история, оставляющая глубокий и чистый след в душе. С неё можно начать знакомство с автором.