Софья Петровна

Автобиографическая повесть Лидии Чуковской "Прочерк" посвящена Матвею Бронштейну, любимому мужу, талантливому астрофизику.Он был расстрелян в 1938 году во время сталинских репрессий. В свидетельстве о смерти, выданном Лидии Чуковской спустя 19 лет после его расстрела, на месте, где должна была быть указана причина его гибели, стоял прочерк.

Повествование в этой повести прерывается, одно воспоминание сменяется другим.
Лидия Чуковская рассказывает о своей работе в Детском издательстве под руководством Маршака, о ссылке в Саратов в молодые годы, о первом муже и дочке Люше, о встрече с Матвеем Бронштейном, о бесконечной литературной работе, которая не давала времени на отдых. На страницах ее повести появляются имена известных литературоведов, писателей, редакторов - людей, так или иначе связанных с литературным миром. "Воздух моего детства и моего отрочества, а потом моей юности напоен был литературой. Искусство защитило мое детство и мою юность от элементарщины, плоскости, пошлости, помогло одолеть голод, холод, метели, мрак. Оно обостряло воображение, слух, помогало понимать жизнь". Но не всё в жизни можно понять. Арест Бронштейна, ложное обвинение в подготовке террористических заговоров и шпионаже, тюремное заключение, расстрел - всё это нельзя было ни понять, ни объяснить. И тем более оправдать. "Прочерк" - это попытка сохранить в памяти образ Матвея Бронштейна. Он был светлым, добрым, творческим человеком, который удивительным образом соединял в себе любовь к науке и литературе.

Удивительное дело, но всё, что я читала из художественной литературы так или иначе касающееся сталинизма и репрессий очень хорошо написано. Видимо тема такая, что не может оставить равнодушным. Здесь все "прелести" сталинской эпохи присутствуют: аресты ни за что ни про что, публичное клеймение, очереди в тюрьмы, всеобщая отстраненность от попавших в немилость, тоска и безысходность. А учитывая малый объем книги считаю оптимальным вариантом для знакомства с эпохой 1930-х для школьников. Жаль, что в белорусских школах эту книгу не изучают.

Очень важная книга, которая на частном примере (впрочем, очень нетипическом, поскольку Лидия Корнеевна все-таки не то чтобы из обыкновенной семьи) наглядно рассказывает о том, что такое был этот самый 37-й год, который длился с 36-го по 38-й, что такое "ежовщина". После книги вполне естественный интерес начинает вызывать фигура Матвея Петровича Бронштейна, который описывается как гений, которому не дали полностью реализоваться. Вот дружил он с Ландау, обоих посадили, но по какой-то причине "Леву", как его называла Л.К., выпустили, а Бронштейна убили. Через 20 лет Ландау становится нобелевским лауреатом. А из описания выходит, что были друзья, ну, скажем, люди одного уровня, как научного, так и человеческого. И сразу начинаешь задумываться над тем, а что, если бы... И сколько таких выдающихся людей совершенно отупело уничтожила советская власть.

В отличие от других произведений, в которых описываются сталинские репрессии, здесь я впервые столкнулась с непониманием происходящего со стороны пострадавших персонажей. Софья Петровна верит в новую власть, верит, что от каждого зависит светлое будущее. А когда арестовывают того, кого она знала, она верит не себе, а тому, что ей говорят.
Раньше мне казалось, что большинство людей все-таки понимало, что происходит, но смирялись или просто не знали, что делать, или боялись ослушаться. Но Софья Петровна слепо верила (очень хотелось написать ТУПО верила) общепринятому и не допускала даже возможности осмыслить происходящее. Ведь она было уверена, что все делается во благо. И продолжает верить до последнего, злясь на тех, кто пытается объяснить ее, как дела обстоят в реальности.
До чего ж обидно, что такое бездумное восприятие того, что человеку красиво преподносят, не только имеет место быть, но и актуально всегда. И не только в таких государственных масштабах, как в книге, но и во всех сферах, включая рекламу самого полезного йогурта.

Одна из лучших, когда-либо прочитанных книг. Пожалуй, лучшая книга о 1937-м. Очень страшная. Страшная спокойствием и проживанием этого, страшная пониманием, что всё это реальность и совсем недавняя. Чуковская пишет о происходящем эмоционально, но не истерично. Книга, которой "живёшь". Книга, которую нельзя выпустить из рук, отложить, даже просто остановиться, ее можно читать только без передышки, залпом, хотя именно это, особенно тяжело. Начинаешь жить вместе с героями книги, дышишь с ними, ешь и пьёшь, если они голодны или мёрзнут, то и ты с ними.

Не знаю как у вас,а у меня,до недавних пор,был огромный пробел в чтение советской литературы.
Мне всегда казалось,советский период скучный,тягомотный и серый,что ничего хорошего люди написать там не могли.Без сомнений,я ошибалась.

Чем больше я читаю книг тех времен,тем больше понимаю,что как не сжимай пружину - все равно рванет.И рвало,в буквальном смысле,бесперебойно.В литературе совершенно точно.
Одним из таких "рванувших" произведений является повесть Лидии Чуковской "Софья Петровна".Написана она была сразу же после расстрельных 1937 и 38-х годов.Конечно,о публикации в СССР речи и не могло быть.Поэтому,впервые ее увидел сначало весь прогрессивный свет в 1965 году.Советский же читатель лишь в 1989 году.

Но вернемся к сюжету.Никаких лихих поворотов и романтических историй, только сухая правда жизни.Сплошь мифические причины,по которым можно было попасть в лагерь;как следстаие самый гуманный в мире суд,и как итог,лагерь.Судьбы родных так называемых "предателей" и призрачная надежда сохранить человеческий облик,в такой неразберихе.
Очень хочу отметить язык повествования.Настолько мастерски подобрано каждое слово,что начинаешь выживаться в ту действительности с первых предложений и чувствовать себя полноправным участником тех событий.

По традиции,не разбираю детально сюжет,дабы не отбить желание читать.
Просто небольшой вывод,который я для себя сделала по прочтению.
Наивные люди,полагавшие что построенный на крови невинных людей,их собратьев,союз,станет раем на земле,горько ошибались!И сталинские репрессии прямое тому доказательство.Страдали все.

И как вывод "умная мысль",прежде чем в бытом споре ответить на хамство хамством,стоит подумать каждому за себя и о себе:не станет ли то самое хамство благостной почвой для взращивания более дурных помыслов,быть может повлияющих на судьбу других людей и даже страны?