Цитаты из книги Vacationland

У обеих дорогие стрижки и дорогой парфюм, у каждой по дорогому браслету, и даже то, как они склоняют головы друг к другу, смотрится дорого, как если бы их учили этому в специальной дорогой школе.

Снаружи - ослепительное солнце, внутри - раскалённая ярость. Это похоже на предательство, такое же несомненной, как если бы Стивен положил руку на грудь Греты, провёл пальцем по её идеальным бровям.

Ходить на званые обеды, путаться в пряже, не представляя, чем отличается жемчужная вязка от чулочной, и не переживать, что у тебя единственного за столом руки-крюки. Может, супругам нужно чувствовать себя одной командой.

Бывает, в разговоре наступает молчание - особое молчание, когда людям хорошо в обществе друг друга и никто не пытается заполнить паузу, сейчас именно такой момент.

Время так же неуловимо, как кусок мыла в пенной ванне.

Кристи хочет того же, что и все мы, это одно из самых естественных человеческих желаний. Она хочет, чтобы её заметили.

Они говорят о тысяче вещей, которыми надо заняться, пока они здесь. А они здесь на все лето. На все лето: блаженная вечность.

Никогда не извиняйся за то, что тебе стало грустно при мне. Меня не пугает грусть.

Луизе нравится думать, что и ее старость будет исполнена такой грации и  самообладания, однако есть опасения, что в готовую выпечку уже не добавишь новый ингредиент.

Они так счастливы. Сто лет не смотрели телевизор. Эбигейл не спрашивала про ТикТок уже пару недель.

Когда у тебя есть деньги, все вокруг, в кого ни плюнь, хотят одного - зазвать тебя на приём и что-нибудь из тебя выжать. Люди просто надеются, что общение со мной даст им какие-нибудь привилегии, вот и вся дружба.

Но порой он оказывается в прошлом, где находит несказанное утешение, потому что прошлое похоже на тёплый бассейн, в который можно бесконечно погружаться и погружаться, не достигая дна. Можно провести в нём вечность.

Вы думаете, что когда ваших детей нет с вами, они скользят по жизни в одиночестве, как на эскалаторе в аэропорту. Но всё устроено не так! В ту же секунду, как вы выпустите их в мир, они начнут сталкиваться с другими людьми, видеть разные вещи, говорить разные слова и слышать разное в ответ, и всё это будет составлять их опыт, обычный человеческий опыт.

Можно провести всю жизнь, сокрушаясь, что тебе дано так мало, - а можно всё-таки признать, что в чём-то тебе дано больше, и с этого момента поступать правильно.

Все-таки внуки способны творить с сердцем такое, чего никто не может.

Любой, кто принимается разгребать быт в доме, где всегда царит кавардак, знает, что стоит вытащить голову, как увязнет хвост — это образно говоря. Одно дело тянет за собой другое, третье, четвёртое — и так до бесконечности.

Ради семьи люди идут на жертвы, Луиза. Прощают друг другу ошибки. И иногда помогают исправить. Так поступают родители. Так поступают взрослые. Так поступила и я.

Раньше он думал, что у взрослых уже всё схвачено, что, когда ты достигаешь определённого возраста , вуаля - и все вокруг обретает смысл, что каждый шаг просчитан, но если он и научился чему-то этим летом, так это тому, что ни у кого ничего не просчитано.

Обходиться с людьми по-человечески. Думать наперёд о том, как твои поступки повлияют на них. Своими поступками мы всегда влияем на других, иногда намеренно, а иногда сами того не ведая. Лучшее, что мы можем сделать, это придерживаться принципа "Пусть с нами мир будет лучше, чем без нас".