Петербург

Образец русского модернизма и символизма, который отлично идёт в компании с «Улиссом» и сериалом «Майти Буш» (да, у них больше общего, чем можно вообразить). Сюжетность, конечно, здесь не на первых ролях, форма определённо довлеет, при этом в событийности роману не откажешь. Текст поэтический, будто состоящий из снов, видений, теней и тумана. В главной роли - Петербург, «колыбель» не только революций, но и полумистических легенд (и немного психических расстройств). Город здесь одновременно будто и выдуман, и хорошо узнаваем.

Как я уже написала выше, событий в романе достаточно, однако собирать их в единую сюжетную нить придётся по фрагментам, по крупицам, по обрывочным диалогам, отделяя видения от реальности. А о чём вообще речь-то в романе? Октябрь 1905 года. Некая террористическая организация планирует убийство высокого чиновника Аполлона Аполлоновича Аблеухова. Совершить это деяние должен сын чиновника, некогда давший такое обещание. Что из этого выйдет и поднимется ли сыновья рука на родного отца?

Роман содержит множество отсылок от Достоевского с его «Бесами» до философских учений. Однако не стоит бояться, что вы чего-то не уловите или не узнаете, как и любое выдающееся произведение, оно хорошо читается на разных уровнях. Несмотря на архаичный язык, читать несложно, но книга требует полного погружения и готовности к символистским причудам. 

Мне роман понравился, особенно в тех местах, где так точно и знакомо описан город. «Петербургская улица осенью - проницает, и леденит костный мозг, и щекочет; как скоро с ней попадёшь в помещение, улица в жилах течёт лихорадкой». Да, что-то в этом городе и за сотню лет не меняется.

"Петербург" не стал исключением из этого принципа. С самого начала мне стало понятно, что Петербург у Белого очень похож на Петербург Достоевского, только в еще более мрачное время.
1905 год. Проиграна русско-японская война, в стране кипит первая русская революция, проходят стачки. И одно обещание, данное сгоряча, может изменить твою жизнь, жизнь твоей семьи, да еще заодно зацепить нескольких ни в чем не повинных знакомых. Половина книги читалась если не как детектив, но как что-то похожее. Все благодаря языку. Не устаю поражаться, как можно так опутать читателя словами, чтобы было невозможно оторваться от романа не из-за сюжета, а именно из-за этих самых слов. Но временами, в основном во время философских рассуждений, я теряла нить практически полностью и продиралась через эти страницы с трудом. Сложно читать автора-символиста, более известного поэтическими произведениями.
Удивительнее всего то, что на фоне всех этих громких событий, даты которых мы до сих пор учим на уроках истории, идет и обычная жизнь. Идет потихоньку, неслышно, так, что про нее все забывают. Анна Петровна, эпизоды о возвращении которой были одними из самых теплых в романе, Лихутин и Софья Петровна, более занятые своей жизнью, чем жизнью страны, не представляющие даже, какой кошмар творится в том же городе, где они живут. Недаром же Софья Петровна и записку Николаю Аполлоновичу принимает за шутку. Что касается Лихутина, то я, честно, смеялась в голос со сценой недоповешания.
Щемяще-грустно после этой книги, хотя конец был даже более оптимистичен, чем я думала.

Бывают книги, который читаешь, чтобы чувствовать себя образованной. Так познакомившись с критикой Белого, я открыла роман.
Мне понравилось все реалистичное и человечное в нем, раскрытие отношений в диалогах. Даже если герои не понимают друга друга как сенатор и эсер-бомбист и им обоим неловко, ты думаешь "все мы люди, ведь могло быть такое".
Беда в том, что читая Белого так думаешь далеко не всегда. Рядом с психологичными жизненными ситуациями, вдруг... отец перетекает в сына... в пространстве кубов и параллелепипедов... а еще кругом азиаты... азиаты - страшны.
Эти расисткие тирады чаще других произносит социалист-революционер. Вообще внутренняя речь разных персонажей Белого сливается в один малопонятный поток. Если отец и сын подобны по авторской идее, то почему Аблеухов-младший, эсер Дудкин и подпорутчик Лихутин по очереди впадают в тот же мистический эмокор? Все они явно призваны возвестить что-нибудь особенное, только вот до меня ничего не дошло.
По-земному индивидуальным Софье, Анне, Варваре и Зое гораздо больше хочется сопереживать. Особенно тронула сцена несостоявшего объяснения Зои и Липпанченко... а я ведь узнала в нем исторического персонажа - Азефа, думала, что и сожительнильница окажется ему под стать. Но Зоя Флейш затмила благополучных главных героинь, ее неправильные, внешне отталкивающие боль и нежность оказались самыми близкими мне во всем Петербурге.

В который раз убеждаюсь, что модернизм - совсем не моё. Вроде бы и тема интересная, и эпоха, и русскую литературу я люблю едва ли не больше всего (ну, еще английскую так же) - но это было попросту невыносимо. Рваное, непонятное проведение. Все время ловишь себя на мысли, что утратил нить и запутался. Даже пыталась слушать и параллельно читать сжатый пересказ. Но и это помогало слабо. Отдельные фразы хороши, но в картинку они складываются плохо. Повествование сумбурное, как горячечный бред, как содержимое головы помешанного. Но даже и последнее - неверно. Вот Булгаков описывал содержимое головы помешанного, когда Иван бездомный плутал по Москве в психозе шизофрении - и все было понятно. Там был упорядоченный сумбур. Тут - рваный. Тут каша. Тут пытка просто. Это какое-то не новаторство, а насилие над языком. Я такое не люблю. Очень не люблю.

А еще персонажи. Даже проанализировав их дополнительно путем ознакомления со сжатым пересказом и аналитикой, понимаешь, что все они - плохи. Нет никого с душой, со смыслом. Никого, кому сопереживаешь. А если героям не сопереживаешь, значит, их душу, их суть, мотивы их действий подали плохо. Искусственно. Неинтересно. И с ними может происходить что угодно - это не тронет читателя.

Книга категорически не понравилась.

Флэшмоб 2023: 44/50.

Хорошо, но тяжело. Тяжело пробираться сквозь дебри символизма. Начало книги - еще ничего, интересно читать, стиль похож на набоковский: яркие образы, мельчайшие детали, тонкие замечания. Потом автора, как говорится, понесло: упор делается в основном на мимолетных впечатлениях героев, сюжет строится на эмоциях, много сумасшедших галлюцинаций и сновидений - и все это накладывается друг на друга в многослойное, часто беспорядочное повествование.

Часто я переставала совсем следить за действием и просто читала, наслаждаясь тем, в какую музыку сливались фразы и слова. Очень экспрессивное произведение, на которое обязательно нужно предварительно настроиться, иначе - мимо. Неприятно только, что Белый, увлекшись формой, позабыл о внутреннем содержании: души в книге нет.

Главный герой романа, город Петербург, у Белого предстает мрачным мокрым темным городом с немного дергаными жителями с легкой сумасшедшинкой, из которых каждый третий - революционер. Но это авторский Петербург начала суматошного 20-го века, сегодня это мокрый, но радостный город, пропитанный историей и гениями.

Думаю, мне стоит вернуться к этому роману через пару лет, уже зная, чего ожидать от Белого: может, тогда я смогу сполна насладиться его творчеством.

Какая громадина этот роман.

Повествование реальное в каждой подробности, но ускользающее, тающее в сыром зеленоватом тумане. Герои карикатурны, идиотичны и омерзительны, и при этом отчего-то вызывают искреннее сочувствие. К концу все сходят с ума или умирают, но почему-то кажется, что всё закончилось хорошо.
С одной стороны – отстранение, морок, мистика, галлюцинация, сверкающие адовы бездны, и с другой стороны – никакого гротеска, известный исторический период, близкий и знакомый город, простые понятные люди.

В общем, мощный, знаковый, важный роман русской литературы.

Петербург "принадлежит к стране загробного мира", пишет А.Белый. Вполне вероятно. Хей, петербуржцы, как вы там живёте?

Ну, ребята, скажу я вам! Если пользоваться терминологией незабвенного зицпредседателя Фунта, то Андрей Белый - это голова! Это же самый настоящий петербургский мегатекст. Как мне его не хватало!

У меня такое чувство, что он своим романом подводит итог всей русской литературе 19 века о Петербурге. Тут есть и меланхоличное равнодушие сурового города, холодное бесчувствие Невы, и трагедия маленького человека, и сумасшествие всех видов и расцветок, и сатира повседневного городского быта, пустота и праздность развлечений, и подавляющий все живое бюрократический механизм административных учреждений,и буйство природной стихии - ветра и воды, и буйство общественной стихии - зарождение революции, бурление масс, тайные кружки и спиритические общества, и даже классический адюльтер в сочетании с лёгкой сентиментальностью семейственности, и напористый декаданс и карнавальная культура рубежа веков. Но при этом Белый не является тут подражателем, примитивным повторителем Гоголя, Пушкина, Достоевского и др., он абсолютно уникален и самоценен, он вбирает в себя все написанное ранее, пропускает через свой поэтически аппарат и в ярко модернистской форме отдает дань всем главным петербургским мотивам русской литературы, завершая им целую эпоху. Интертекстуальность тут выкручена на максимум. И как же это смешно, остро, интересно написано, какая тонкая ирония и мастерство формулировок. Я поражена. Просто блестящий текст.

Инструкция по применению.
Показания к применению. Усталость от простых сюжетных книг, острый дефицит модернизма в крови, любовь к Петербургу, тоска по безупречному тексту.

Состав. петербургские экстракты из творчества Гоголя, Пушкина, Салтыкова-Щедрина, Достоевского, Гаршина, закрепленные в единую систему модернисткой формой

Фармакологическое действие. Запускает механизм памяти, задействуя и поднимая наружу все те пласты слов и смыслов, прочитанных когда-то о Петербурге, встряхивает их, проветривает, укладывает по-новому, вызывая тем самым регенерацию мозга и обновляя смыслы. Также освежает и прочищает рецепторы удовольствия от точности и красоты построения фраз, предложений, абзацев, глав.

Побочные эффекты. Во время и после приема препарата возможно отторжение от обычной литературы - редко. Непреодолимое желание как можно скорее снова оказаться в Петербурге (если вы уже не в нём) - часто.

Принимать с осторожностью при плохом усвоении потока сознания, при явном предпочтении содержания форме и любителям внятных историй без лирических отступлений.

Сложный и в то же время простой символистский роман и, пожалуй, лучший русский роман начала XX века. Когда читаешь "Петербург" иногда складывается такое ощущение, что текст намеренно усложняется автором в каких-то ключевых для понимания сюжета местах, в то время как на страницах менее значимых автор как будто намеренно усыпляет внимание читателя более легким, более легко схватываемым текстом. Тем не менее читать этот роман и пытаться постигнуть его многочисленные тайны и загадки – одно сплошное удовольствие.