Разговор о трауре

Впечатление о книге странное и неоднозначное. Та часть, которая касалась траура и попытки его осмыслить, "пережить то, что пережить нельзя" мне очень понравилась. Все эти красивые и витиеватые метафоры о смерти, размышления автора о том, что происходит по ту сторону жизни и вопросы без ответа.

Я пытаюсь вспомнить, в какой книге я читала, что большинство умерших, после того как их оплакали, собственно, уже не желанны здесь, что в этом мире уже привыкли обходиться без них, что для них и не нашлось бы здесь никакого места.

В ходе этих размышлений, а также опираюсь на свою начитанность и делая отсылки к другим писателям автор приходит к интересным выводам.

...несправедливо обвинять людей в том, что они, не дорожа живыми, оплакивают мертвых. <…> В отсутствие близкого человека раздражение бездействует, и тогда без всякой помехи вступают в действие обращенные на него добрые чувства, в том числе раскаяние, сожаление о своей грубости, для которой в данный момент нет импульсов и которая поэтому уже внутренне непонятна. И вот отсутствие стало вечным. Раздражение прекратилось навсегда; сожаление и раскаяние стали непоправимыми.

Кто умер первым, тот выигрывает во всех спорах. Кто пока еще остается на стороне живых, тот во всем признáет правоту умершего. Потому-то Орфей и оглядывается — и опять становится во всем виноватым.

Но у книги есть и странная вторая сторона. Это политика. Постоянные вставки о политике, наподобие таких:

Российское правительство совершило агрессию и против собственного народа. Каждый день в России появляются все новые запреты, все больше элементарных действий становятся опасными. Положение российских интеллектуалов ужасно.

То есть я читаю главу о трауре, о саморефлексии человека, пережившего тяжелую утрату. В таком состоянии человек как бы отрывается от мира и происходящего вокруг него, а тут внезапно политика. Зачем? Почему? Если бы я хотела почитать о политике, то я бы выбрала соответствующую книгу. А тут эта тема, честно, как эксгибиционист в кустах. Неожиданно и неприятно.

Я даже подумала, что может я сглупила и проглядела политическую повестку в аннотации. Но нет. В аннотации об этом ни слова. Для удобства ниже копирую аннотацию.

Если вы не можете или не хотите отпустить свое горе, нужно научиться с ним жить. Ольга Мартынова написала это эссе после смерти мужа, поэта Олега Юрьева (1959–2018). Она пытается понять, как другие справляются с тем, с чем не может справиться она и что не оставляет ее в покое. Ольга Мартынова не ищет совета или утешения, она вступает в разговор — столь же искренний, сколь и задумчивый, столь же смелый, сколь и мудрый — со знаменитыми текстами о горе и смерти Ролана Барта, Джоан Дидион, Элиаса Канетти, Эмманюэля Левинаса. Ольга Мартынова — поэт, автор нескольких книг стихов и прозы на русском и немецком языках. Живет в Германии.

Если говорить исключительно о трауре и утрате, то я считаю эту книгу очень полезной для всех, кто переживает подобный опыт. Чтобы понять, что ты не один. Осознать, что именно ты чувствуешь.

Больше всего понравился конец книги. Неумолимое в своей тоске чтение, скучающее по любимому человеку сердце. "Траур" заканчивается стихотворением Олега Юрьева, которое посвящено Ольге Мартыновой:

"в россии маленькой двойной

в ее волне сверкальной

мы были сном и довойной

и завойнoй зеркальной

мы спали в кованой воде

в ее литом завое

в огнях пружинных и везде

где падали мы двое

где два окна и довойна

где завойна за воем

ночных машин — и чашка сна

под солнечным завоем

и где — невидимы чужим

ни локтем ни коленом —

мы и сейчас еще лежим

в огне военнотленном"

Также очаровало послесловие: две небольшие литературные статьи про Беньямина и Гёльдерлина. (Скорее похоже на попытку совладать с пространством, где больше нет твоего человека) Это действительно не просто дневники скорбящего, а целые философские эссе. Именно поэтому есть много спорных вещей, с которыми я не смогла себя сопоставить. Но книга совершенно точно состоялась: её нужно читать!