Саттри

•• неспешный сюжет;

•• объемные монологи;

•• много черного юмора;

•• тщетность бытия.

Мое первое знакомство с творчеством автора сложилось удачно. Вполне возможно, что в большей степени этому способствовало попадание в настроение. Неспешный темп повествования, общая трагично-депрессивная атмосфера, обилие черного юмора вполне соответствовало дождливой осенней погоде.

Несколько советов для того, чтобы роман воспринимался легче:

•• будьте готовы к тому, что здесь нет единой хронологии.

Вся книга представляет собой скорее сборник зарисовок из жизни человека, чья жизнь заключается в ловле рыбы и общении с мелкими преступниками. При этом главный герой родился в обеспеченной семье, был женат и даже успел стать отцом. Что с ним случилось? Встретится ли он с семьей спустя годы разлуки? На эти вопросы автор постепенно дает ответы, флешбэками вплетая их в основное полотно происходящего.

•• объем истории 600 страниц, а события в ней текут неспешно.

Если вы в поиске чего-то необычного, атмосферного и с привкусом ироничной депрессии — подойдет.

•• Колоритные, объемные, живые персонажи, которые цепляют и вызывают эмоции.

Мне кажется, «Саттри» — это один из тех романов, которые нужно прожить и ни один отзыв не сможет в полной мере передать его атмосферу. История попалась в нужное время.

За 45 лет, что прошли с момента первой публикации, о "Саттри" Кормака Маккарти написано всё что можно и даже больше – и ничего конкретного (вот ирония!). Роман справедливо считается самым нестандартным в творчестве классика американской литературы, который ушёл от нас совсем недавно – в 2023 году. Он подарил миру "Пограничную трилогию", "Старикам здесь не место" (оскароносный фильм братьев Коэнов, наверное, смотрели все) и "Дорогу" (Пулитцеровская премия и атмосферное кино с Вигго Мортенсеном в главной роли).

Сложность попыток как-то рационально оценить "Саттри" упирается в структуру произведения. Да, Маккарти никогда не пытался объяснить читателю больше, чем ему нужно знать, оставляя многое на его суд. Но в этом романе, относящемся к раннему периоду творчества, нет даже привычных вещей – более-менее чёткой хронологии и логичного развития истории. Текст выходит максимально фрагментарным, насыщенным флешбеками, фриковатым, расслабленным и минорным, несмотря на массу юмора и иронии (удельный вес выше, чем в других книгах автора). И даже причину ухода из семьи и разрыва с предыдущей богатой жизнью Маккарти так и не раскрывает. При этом сам герой рефлексирует, борется с внутренними демонами, "взаимодействует" с прошлым, но понятнее его мотивы не становятся.

С чем только не пытались сравнивать книгу. В частности, с "Улиссом" Джойса, "Одиссеей" Гомера, стилистически – с Фолкнером и (на инстинктах) с культовым романом "В дороге" Керуака. Но с последним всё давно решили. Керуак и Маккарти – не братья по разуму, от слова совсем. "Саттри" – о потерянной Америке 50-х, людях, которые не нашли своё место в окружающем их мире, оказались на обочине жизни. При этом они не просто спившиеся, скурившиеся и ползущие в сторону кладбища. Один Джин Хэррогейт чего стоит – ярчайший персонаж в творчестве писателя (здесь точно).

"Саттри" – это зеркало, сквозь которое мы видим жизнь небольшого городишки и его обитателей. Минималистичное (даже диалоги идут потоком сознания), яркое, эмоциональное, живое, бурлящее, ритмичное, лиричное, написанное экспрессивным языком, насыщенное деталями и образами, часто гротескное и сюрреалистическое. Словом, роман, который проще прочитать (и перечитать затем), чем как-то пытаться оценить и, возможно, рационализировать. Маккарти мягко кладёт вас на волну и просит следовать за ним. Этого уже вполне достаточно.

Когда мой процесс чтения «Саттри» Кормака Маккарти перевалил за середину, стало известно, что писатель не прошёл тест на эфебофилию и состоял в отношениях с девочкой-подростком из неблагополучной семьи, которая считала себя его музой (а как иначе) и ни в чём Маккарти не обвиняет, хотя он скрывал наличие у него жены и ребёнка и так и не признал их отношения публично. Чтение подозрительно отдающего романтизацией секса с подростками лонгрида на Vanity Fair, упоминающего на соседних строках факт преследования Маккарти по подозрению в изнасиловании лица не достигшего возраста сексуального согласия и плюшевого котёнка, которого всюду таскала с собой увезённая писателем в Мексику несовершеннолетняя возлюбленная, породило во мне много злости и два вопроса: • Неужели мужчинам так сложно помогать детям и подросткам, не занимаясь с ними сексом? • Если Августа Бритт была прообразом в том числе Хэррогейта, а Хэррогейт запоминается читателям по большей части тем, что сношается с арбузами, значит ли это, что у девушки были необычные сексуально-овощные пристрастия?

Фарш не провернуть назад, и как невозможно смотреть фильмы Вуди Аллена, в которых у влюблённых героев часто огромная разница в возрасте, зная, что режиссёр женился на своей падчерице и с большой вероятностью, домогался приёмной дочери Мии Фэрроу, так же теперь невозможно читать «Саттри» и воспринимать роман не как очередное давно многих задолбавшее описание страданий белого цисгендерного мужика с огроменным членом (а как иначе-2), на которого так и вешаются женщины, несмотря на то, что он живущий от отсидки до отсидки рыбак без дайма в кармане, замерзающий тёмными зимними вечерами в своей продуваемой всеми ветрами халупе на реке. Повествование, конечно приправлено библейскими цитатами и аллюзиями, чтобы вывести историю героя, для которого грудь совершеннолетних партнёрш – это уже «титьки», на некий универсальный общечеловеческий уровень, и сам Саттри периодически выставляется ангелом смерти, обречённым терять тех, кто ему дорог. Где-то на заднем плане в дымке тумана Маккарти рисует картину трагичного прошлого: мёртвый ребёнок, стенающая жена, разрушенная семья, ну а на плане переднем тем временем «гладкие бёдра» и «ручки, вцепившиеся в ягодицы» той, которой не суждено дожить до возраста когда, соски её из услаждающих взор «тюльпанчиков» превратятся нечто «долгое», «плоское» и такое же отвратительное герою, как «докучливый рот» целующей его взрослой женщины.

Не хочу, чтобы у вас сложилось мнение, будто «Саттри» целиком и полностью состоит из эрофантазий Маккарти о бахчевых и нимфетках, там в изобилии есть ещё классика маргинального быта на американском юге: драки в баре, полулегальные заработки, жизнь в тюрьме, разговоры о боге, но обо всём этом вы без проблем можете прочитать в любом другом отзыве, излучающем симпатию и сочувствие Корнелиусу Саттри.