Повести Белкина

"Повести Белкина" невероятно трудны для понимания. Кто такой этот Белкин, неужели Пушкин не мог написать такую прозу сам? Зачем ему понадобился посредник между автором и читателем?

В.Э.Вацуро пишет: "Вопрос о том, какую роль играет в «Повестях Белкина» сам Белкин, до сего времени остался спорным. Некоторые исследователи склонны были видеть в нем реального «повествователя» и стремились в самом тексте повестей выделить черты его стиля и сознания; другие смотрели на него как на фигуру чисто условную, призванную лишь мотивировать циклическое построение сборника."

Действительно, Иван Петрович - начинающий литератор, лишенный необходимого любому писателю воображения, работает по чужим, заимствованным фабулам, пересказывая придуманные другими сюжеты. Вместе с тем, его тексты говорят о нем, как о чистом, неиспорченном романтике-мечтателе, который искренне любит своих персонажей и переживает за них. У него нет опыта в литературном творчестве и он пишет просто и лаконично, без выкрутасов, он любит драматические и сильные развязки, что вполне понятно и простительно для дилетанта, его повести лишены описательности и психологизма, его персонажи не развиваются, что опять же неудивительно для новичка. Иными словами, перед нами - первый литературный опыт начинающего писателя. Но только это не все, и это не главное, и Пушкин не был бы Пушкиным, если бы тут было так просто.

Сочинения Ивана Петровича на самом деле никакие не повести, а классические новеллы, короткие произведения, полностью соответствующие требованиям к этому литературному жанру. Построенные вокруг одной идеи или центрального эпизода, краткие, лаконичные, без лишней детализации и с обязательным усилением в самом конце - они законченные создания зрелого мастера, прибегающего к сознательному упрощению формы как к изобразительному средству и предлагающему читателям игру, которая называется литературной мистификацией. "Повести Белкина" не только рассказывают читателю занимательные бытовые истории, попутно знакомя его с представлениями Ивана Петровича о прекрасном, это рождение на глазах читателя новеллы как литературного жанра, случившееся как чудо - спонтанно, без специальных намерений и без особых усилий начинающего автора.

Тем не менее, в плане пушкинской прозы всегда было и остается так. Ну не выдерживает его поэтический дар нестихотворных типов жанров. Задумки историй может и интересные, заставляют слегка улыбнуться, следить за счастливыми развязками, но такие обычные, и слог простой и однообразный. Не чувствую Пушкина. Может я не специалист, но сунь мне кто эти текстики без прописи автора на обложке, я бы ни за что не поверила, что это ОН написал, а книгу просто отложила бы в долгий ящик.
Разумеется, не стоит забывать, что написано это было два века назад, но даже среди своих современников стиль написания блеклый и безынтересный.

Положительные моменты:
— Сюжеты рассказов все равно милы и согревают.

— Улыбнуло, что сравнение "русского мужика" с медведем присутствует у него, затем Н.В. Гоголь подхватил при создании образа Собакевича, а в наше время большая часть молодёжи считает это нехорошим и гадким стереотипом запада. (Хотя вроде и на некоторых старых англо-саксонских картах на месте России то медведь, то демон, то логово дьявола и бесконечные снега прорисованы...)

— Заинтересовала и впечатлила глубина и проработка гордыни-самоанализа одного из героев:

...который с полным осознанием всех сторон конфликта, все равно продолжал упорно искать мести, а ненависть точила и медленно сжирала его изнутри многие годы. И приближенную к счастливой развязка конфликта тоже оцениваю положительно.

Скажи-ка, дядя... А нет, это не отсюда. Впрочем, здесь, в этом авторском сборнике есть вещи не менее узнаваемые, «Барышня-крестьянка» например.

Сборник состоит из предисловия издателя (якобы - на самом деле, это авторская затравочка, так сказать) и пяти повестей. Мне особо понравилась первая - «Выстрел». Вот тут как раз в самом блеске предстают шикарные доломаны, льётся рекой игристое и стреляют пистолеты. Правда, все живы и даже получили по заслугам.

«Метель» слишком романтична на мой вкус, а ещё неправдоподобна. Впрочем, помнится, я об этом уже писала, прочитав её в одном из никеевских зимних сборников.

«Гробовщик» встречает нас неожиданной готикой. Веселящиеся трупики и скелетики наводят на мысль, что где-то здесь рядом пробегал кусающийся Гоголь.

«Станционный смотритель» хорош, только в купе первой повести, здесь честь и достоинство не восстанавливают, а активно теряют.

Ну и та самая «Барышня-крестьянка». Так же романтична, как «Метель», но, наверное, менее сентиментальна.

Но это всё чисто о сюжетах, а что же говорят умные люди? Говорят, что Пушкин использовал в этих повестях все существующие к тому времени направления русской литературы: романтизм, сентиментализм и готику, и что, на самом деле, это всё можно отнести к реализму.

А по мне, так всем в тот или иной момент нужно отнести эту книжку к креслу, уютно в нём расположиться и почитать немного Александра Сергеевича. И лучше с шампанским и без пистолетов. Так реалистичней и безопасней.

Совсем недавно открыла для себя Пушкина в прозе.Повести Белкина очень меня впечатлили.Это очень мудрые ,светлые, и сложные в своей простоте истории.
Больше всех понравилась история о барышне крестьянке Лизе. Для меня это очень летняя история,веселая и романтичная .Также очень полюбилась повесть Метель,очень сопереживала главной героине и вдвойе приятно, что закончилась история очень неожиданно и по доброму.По своему полюбилась и небольшая,пугающая история о гробовщике.
Обязательно, буду еще не раз возвращаться к этим замечательным историям.

Последний раз читал в школьные годы и лучше оно не стало (хуже, впрочем, тоже). "Выстрел" все так же выглядит потешной зарисовкой удалой военной жизни (хихикал с тридцатипятилетнего "старика" Сильвио и бедного обеда, зато чтобы шампанского без счету), "Метель" по-прежнему выглядит унылой псевдоромантической ерундой в духе прежних лет (ичсх, со школы запомнил только то, что на какой-то иллюстрации по школьному обыкновению предыдущим владельцем книжки был нарисован небезызвестный элемент мужского организма), готический "Гробовщик" тоже интереса как-то не вызывает (я вдобавок сильно не фанат готики и прочих Эдгаров По), "Станционный смотритель" любопытен лишь как образец вывернутости истории "гусар увез барышню и обманул ее", ну а "Барышня-крестьянка", несмотря на очень предсказуемый простой сюжет, остается единственной приятно читаемой повестью.

Тот факт, что я Белкина не перечитывал лет двадцать пять, уже говорит сам за себя, конечно. Для школьной литературы это неплохой вариант среди прочих, но в целом, конечно, уже не торт. "Полка" кое-что пояснила на тему того, почему "Повести Белкина" стали попсой не хуже "Онегина", однако по итогу все сводится к "молодец Пушкин написал вот так и этак впервые, на его плечах стоят все поздние произведения подобного рода". Отдельно кекнул с того факта, что Толстой перечитал "Повести" семь раз, а Довлатов (судя по всему, говоря гиперболизированно, но тем не менее) — тридцать. Хех, щщщщенки, я бы на вас посмотрел, когда вы на все лето заперты на даче с дюжиной книг, я Гоголя перечитывал за лето от корки до корки раз десять, год за годом.