Воздушные змеи

К сожалению, не могу разделить восторгов по поводу этой книги. Я ей не верю. Не верю истории любви, зародившейся из ниоткуда, подкрепленной ничем, но при этом оказавшейся сильнее невзгод войны, частой разлуки, долгого отсутствия какой-либо связи, в конце концов, даже полного несоответствия характеров. Я не увидела развития этого чувства, оно было преподнесено читателю как уже свершившийся факт, который мы должны безоговорочно принять. Он отчаянно любит ее с того момента, как впервые увидел в возрасте 10 лет, и его ничуть не смущает тот факт,что он ничего о ней не знает, что в следующий раз он увидит ее только 4 года спустя, что для ребенка, в общем-то - целая жизнь, за время которой, очевидно, герой так и остался на уровне десятилетнего, раз реакция на незнакомую девочку у него одинакова и в 10, и в 14. Его вообще в ней ничего не смущает, такое впечатление, что Людо, обладающий пугающе живым воображением, за неимением фактов, додумал образ Лилы самостоятельно, а в последствии вполне успешно этот образ к ней применял, и в 10, и в 14, и в 20 лет...
Не верю я и истории значительных перемен в Лиле. Просто потому,что я не имела возможности их пронаблюдать. Автор по уже сложившейся традиции преподнес нам ее послевоенную историю как свершившийся факт, и мы снова должны принять ее такую, уже не взбалмошную инфантильную девицу, а выстрадавшую, посерьезневшую особу. Я бы хотела видеть ее не после, а во время событий, повлиявших на нее, чтобы понять мотивацию тех или иных поступков, ее мысли на этот счет, переживания, тогда бы и ее перемены оказались бы логичным завершением данных событий. Вместо этого читателю предоставляют тонны диалогов, в частности, Людо и его воображения, которые могут охарактеризовать его, но не ее.
И раз уж на то пошло, я даже картине войны не верю. Она получилась какая-то поверхностная и скомканная. Я читала куда более сильные произведения о войне, в частности, наши, русские. Иногда один показательный эпизод о войне может дать читателю гораздо больше, чем десятки страниц перечисления событий.

Простите, но мне этого мало.

Ну вот, опять Ромен Гари всю душу вынул, что ты будешь делать! Умеет он найти уязвимое место и уколоть побольнее, причём работает без жирных мазков и грубой силы - бьет тонюсенькой иглой, но без промаха. Просто ювелирная работа.
И это даже как-то не связано с личным опытом. Обычно ведь нас сильно накрывает, когда читаем истории, близкие нашей жизни, напоминающие о пережитом, о больном, задеваюшие за  живое. Но с Гари это не так. В каждой книге, про что бы он ни писал - про любовь к матери, про  маленького мальчика-сироту, про слонов в Африке, про детскую любовь, про воздушных змеев, про позднюю любовь, про одиночество старости -  он так или иначе достучится до тебя. Как будто у нас в душе у каждого есть запакованный архив с самыми сильными и глубокими чувствами, который только и ждёт, когда придёт Гари и вскроет его. И неважно, пережил ты что-то подобное или нет, тебе будет больно в любом случае. И хотя у меня на зубах скрипит от пошлейших затиражированных фразочек типа "писатель - знаток человеческих душ", но в случае с Гари это как будто именно так. Он что-то такое знает про человека и так умеет это сказать, что недоступно остальным. По крайне мере со мной это работает так. И я бы очень хотела на минутку сгонять на машине времени в те времена, когда Гари был ещё жив и сказать ему спасибо. Нечасто меня посещают подобные мысли по поводу писателей.

В книге очень много трогательного, сильного и пронзительного - и про юную влюбленность, про верность и самоотверженность, про тяготы войны и глубину человеческих страданий, про дружбу, про любовь к своему делу и своей стране, про гордость и смелость, про защиту слабых, про человечность, про несостоятельность жестких моральных схем.

Но, по-моему, самая невероятная часть книги - то, как описана любовь накануне катастрофы. Меня это просто порвало в лоскуты - так больно, так невыносимо прекрасно и ужасно одновременно. Это утекающее сквозь пальцы, невозможное, драгоценное и хрупкое счастье, это предчувствие гибели и запредельная острота чувств, натянутая тетива, звенящая тишина перед канонадой, это северное меланхоличное море, омывающее своими  холодными водами последние мгновения счастья перед полным крахом всего. Ты прямо чувствуешь это всё кожей, нутром, как будто это происходит не где-то там с ними, а прямо тут с тобой.

Ну и конечно, как всегда у Гари, немыслимое по силе соседство трагического и комического. Закончу цитатой, которая прекрасно это отражает:
"Слушай, мой маленький Людо, фашисты сейчас делают мыло из костей евреев, так что заботы о чистоте в наше время… Знаешь, шансонье Мартини выступал перед залом, набитым немцами, он вышел на сцену и поднял руку, как для нацистского приветствия. Немцы захлопали. Тогда Мартини поднял руку еще выше и сказал: “По сих пор в дерьме!” Так что не измеряй уровень сантиметром.."

Аннотация к книге лаконична :

Да, в книге есть и любовь и события затрагивающие французское сопротивление.
Однако мне показалось, что книга посвящена величайшей способности людей в тяжёлые времена жить надеждой и воображением.

Надежда и воображение помогает главному герою Людо жить и любить.
Надежда и воображение помогает старой еврейской сводне выжить.
Надежда и воображение помогает владельцу ресторана готовить прекрасные блюда даже во время войны.

Да и воздушные змеи совсем не змеи, а символ свободы и "погони за небом".

И ещё одна мысль мне показалась заслуживающей внимания:

У Гари не бывает простых и плоских книг.
И эта книга тоньше, умнее и изысканнее, нежели любая аннотация или рецензия к ней.

Нет, книга не настолько пронзительна как "Обещание на рассвете" и не настолько шокирующе-откровенна, как "Вся жизнь впереди".
Но однозначно заслуживает внимания .

Филигранный перевод донёс всю ироничность Гари.

Интонации безысходности в голосе Винокуровой хорошо легли на содержание.

Эту книгу можно читать как предсмертную записку Ромена Гари – и одновременно как некролог, произнесенный над могилой великой мечты под названием «Франция».

Вина ли Гари, что Франция перестала быть страной д’Артаньянов и стала страной легко глотающих обиды Бонасье? Его ли вина, что он был так сильно и глубоко влюблен в страну рыцарства и чести, которая оказалась страной мелочных, жестоких трусов, сводящих счеты с женщинами?

Случилось так, что этот иммигрант еврейских кровей оказался, возможно, последним, зато и самым страстным патриотом Франции.

Это, наверное, очень горько: с такой страстью отдаваться идее, мечте, воевать за эту мечту, быть готовым отдать за нее жизнь, и обнаружить вдруг, что никто, кроме тебя, в эту игру давно не играет… А значения орденов, которыми награждали героев войны, оказались забыты пошляками Бонасье уже в 70-е годы. «Не моя вина, что мир пошел в одну сторону, а я – в другую», - говорит Гари в «Воздушных змеях» устами своего вымышленного лирического героя, французского парнишки Людовика, Людо.

Лучше не скажешь.

Людо – не иммигрант, он потомок нормандских крестьян. Не надо никаких иммигрантских и прочих дополнительных проблем. В этой книге о Франции и о себе говорит француз: говорит жестко, не скрывая ни боли, ни горечи, ни нежности, четко осознавая свое изгойство на собственной родине.

Значительная часть действия книги происходит во время войны, в оккупированной Франции. Так что это еще и книга о сопротивлении. Не о Сопротивлении с большой буквы (хотя и оно тут есть). А о сопротивлении как внутренней необходимости для человека, обладающего собственным достоинством. О сопротивлении среди людей, для которых выражения вроде «бой во имя чести» воспринимаются как нечто безнадежно старомодное, "как какой-нибудь забавный старинный плюмаж".

В наше время слово «честь» перестало быть достоянием дворян, не расстающихся со шпагами. Теперь, особенно в мирное время, поговорить и подумать о чести может каждый. Это безопасно.

А потом игры заканчиваются. Как отстоять свою честь в дни бесчестия, когда ты – простой пацан? Старик? Старый повар, дело жизни которого – изысканный ресторан с неповторимыми рецептами? Немолодая содержательница гостиницы?

Грезы о подвигах были чудесным времяпровождением когда-то в детстве. Тогда их могло нарушить только появление прелестной девочки, которой хотелось земляники.

Время грез кончилось… Теперь Людо и другим жителям оккупированной французской глубинки нужно что-то с этим делать.

Из этой коллизии рождается пронзительная история, в которой любовь оказывается единственным убежищем от подлости, пошлости и жестокости мира, а любимая Франция гибнет, преданная французами. В этой удивительной истории немцы не являются главным источником зла, честь страны и свою собственную спасают повара, проститутки и старики-мечтатели, а историю Франции можно прочитать «до самого конца».

Линия фронта в этой книге проходит не там, где ожидаешь ее увидеть: не между немцами и французами. Между теми, для кого слово «честь» еще обладает смыслом, и теми, для кого оно уже стало хламом.

Единственным недостатком этой потрясающей книги является, на мой взгляд, Лила, довольно скучная красотка, перед которой склоняются в почтительном рыцарском поклонении четыре прекрасных юноши, образующие своего рода незримый союз братьев-соперников: француз, немец, еврей и поляк. Поляк, впрочем, не поклонник, а брат Лила, – но в сущности, он тоже по-своему влюблен в эту зачарованную принцессу.

Каждый из этих четверых – личность, заслуживающая отдельного романа. Каждый – в разы интереснее своей дамы сердца. Несмотря на разницу в общественном положении и многом другом, эти четверо могли бы стать членами великолепного братства. В каждом из них есть нечто, более важное, чем воспитание, родной язык и эстетические вкусы: в каждом из них есть врожденное благородство. То самое, тоска по которому породила горечь «Воздушных змеев». И поскольку эта книга – памятник Франции, которой больше нет, невольно вспоминаешь другую легендарную четверку, ту самую, которой все мы грезили когда-то, каждый в своем детстве.

Д’Артаньян и три мушкетера.

Но воспоминания о героях Дюма – лишь иллюзия. В реальном мире эти четверо никогда не скажут друг другу «Один за всех – и все за одного» и не устроят веселый пикник в Ла-Рошели. Им будет дано почувствовать свое глубинное родство, а двое из них даже вполне по-настоящему скрестят шпаги (позже один из этих двоих попытается спасти другому жизнь). Но жизнь – не роман Дюма. В ней все проще, грубее и злее.

А символ благородства, чести и сопротивления в реальности – хрупок, беззащитен и даже, может быть, смешон: это всего лишь воздушный змей. Детская игрушка работы сельского почтальона. Впрочем, не так уж и смешны эти воздушные змеи… Во всяком случае, охранники нацистского лагеря смерти тонко понимают, что они означают, эти «игрушки». Что символизируют.

И все же роман кончается тем, что воздушные змеи, не уничтоженные, не сожженные, по-прежнему взмывают вверх, даря надежду на то, что, как сказал один мудрый человек, «зло сильнее добра, но добро все же непобедимо».

Ромен Гари был, надо думать, добрый человек. Он захотел напоследок подарить читателю эту прекрасную надежду, эту поистине великую иллюзию.

Сам же он, написав эту великолепную, книгу, предпочел из жизни уйти. Причины назывались разные – личные, любовные, – а мне кажется, что все они тут: изложены в этой книге.

Сразу говорю: я терпеть не могу всё французское. Авторы-французы мне не нравятся, романы с "французским" духом тоже. Но я люблю историю и военную прозу. Поэтому оценка половинчатая.
Хочется сказать, что книга наивная. И она во многом такая, от, простите, идиотской любовной линии, и до Сопротивления, такого всего из себя бЕзУмНоГо.
Забавно, что Дюпра мне понравился. Мне вообще понравились только два персонажа - Дюпра и Жюли. Всё. Одна - пробивная баба, вызывающая уважение, второй - по-французски сумасшедший. Сопротивление в виде сохранения французской кухни это конечно такая себе мысль, но этого одержимого персонажа тоже хотелось уважать.
Самое ужасное в этой книге то, что она построена на любовной линии. На отвратительной любовной линии. Война, Сопротивление, смерти - всё это такое маленькое в глазах абсолютно съехавшего Людо, который однажды увидел девочку И ВСЁ. Ничего больше нет, есть только не менее больная девочка, которая, в отличие от него, растёт как персонаж. И это очень мерзко, ИМХО. Есть несколько толковых мыслей о любви, но они теряются на фоне того, что герои поехавшие. Я ждала книгу о Сопротивлении, а не о влюблённом идиоте.
А дядя героя занятный. Ветка со змеями вообще хороша.

К величайшему сожалению, пишу этот отзыв спустя несколько месяцев после прочтения книги. Осень и начало зимы были не самыми простыми в моей жизни. От скатывания в совсем уж дикую тоску спасали книги. «Воздушные змеи» - одна из них. А сожалею я о том, что подзадержался с отзывом потому – что уж очень хорошая это книга! И так мне хочется ее расхвалить! Но, увы мне, увы – подробности этого романа поблекли в моей памяти.
Впрочем, самое главное я помню. Место действия – Франция, время действия – Вторая Мировая Война. В это время Франция была сами знаете под кем.
А «Франция» - это не только территория в центре Европы, это еще и люди. И каждый в это непростое время выживает как может, и сопротивляется, как может. Один, с автоматом в руках, сражается в рядах Сопротивления; другой, назло врагам и их дурацким запретам, делает воздушных змеев и тайно помогает Сопротивлению; третья – держит публичный дом и тоже – помогает Сопротивлению; четвертый – продолжает держать свой ресторанчик и кормит фрицев отменной французской едой (коллаборационист? Но не все так просто, друзья мои, не все так просто). И главный герой – мальчишка, наперекор всему – всем препонам, всем границам, всем войнам – безумно любящий.
Еще одна составляющая прекрасной книги – отличный «фирменный» язык Ромена Гари – емкий, образный, поэтичный.

Бывает (и я рада, что довольно-таки часто!), читаешь какое-то произведение и думаешь : "Вот это класс! Вот это уровень! Все прекрасно!".
А о некоторых книгах, пока читаешь, и подумать некогда - просто захлебываешься от восхищения. Да-да, "Воздушные змеи" Ромена Гари как раз такая, когда не можешь отложить, не можешь оторваться, когда, как от большой жажды, глотаешь страницу за страницей, а по итогу - немой бесконечный восторг.
Это вторая для меня книга русско-французского автора. И она тоже, как и "Обещание на рассвете", о Любви. Это ода большой Любви к женщине и Родине. Именно это прекрасное чувство помогло герою выстоять в самые страшные для всего мира годы - время войны с фашистами. И пусть во Франции не было такого надрыва, как у нас , не было этих трагедий, миллионных смертей, вывороченных внутренностей, ожесточенных боев - все равно это была война, с жертвами, погибшими и с упорной борьбой.
Несмотря на такую тяжелую тему, роман получился очень светлым, теплым и жизнеутверждающим. Потому что никто из героев не отчаивался, все помогали друг другу, все мечтали о победе, верили в хорошее, не сломались под обстоятельствами. И даже те, кто был на противоположной стороне, стороне зла, преподали урок мужества, чести и совести.
И да, сначала меня очень раздражала главная героиня - Лила - своей неопределенностью, бесполезностью, завышенным ни с чего самомнением. А ведь вокруг нее собрались такие удивительные и талантливые парни! А потом я поняла, что она была Музой, ее любили за красоту, за вдохновение, которое она дарила, за настроение и атмосферу, которые создавала. И в этом, наверное, заключается главный талант Женщины - помочь раскрыться, поддержать и воодушевить.

Вторая книга Гари, и снова очарование его повествованием.
Долгое время Вторую Мировую видела только со стороны советской литературы и кино, потом украинская литература и американская. И вот только после 30-ти начала читать немецких, французских и других стран переживших немецкую оккупацию, принимающих участие в боевых действиях. Не умаляя заслуг советской армии, хочу признать что об том периоде мы все же знали только одну сторону.

Гари показал войну, не показав баталий, показал концлагеря не показав их. Произведение наполнено стремлением к жизни, к светлому и хорошему, к тому что все пройдет и воздушные змеи снова поднимутся ввысь.
Война не может длиться вечно, она рано или поздно закончится, значит нужно сохранить все то хорошее что есть, только каждый это делает по своему. Кто-то творит змеев с детишками, даже не запуская их. Кто-то продолжает готовить прекрасные блюда как Дюпра, даже если его называют предателем. Очень тяжело определить грань между предательством и попыткой сберечь что есть. С одной стороны жаль что бы что-то досталось врагу, но с другой еще более жаль если после твоего упорства что-то будет уничтожено, стерто навсегда для будущих потомков. Поэтому я ненавижу фанатиков чего-либо, которое признают только одну точку зрения - свою и точка

Кроме войны произведение наполнено любовью, необычной, но искренней, пронесенной через всю жизнь, прошедшей массу испытаний и измен.
Людо - чистый, верный, прямой, целеустремленный. С одной стороны безумен, но ведь каждый человек по своему безумен.
Лила. Она сама себя описала.
Я не буду актрисой, потому что актриса становится другой только на один вечер, а я хочу меняться всегда, с утра до вечера, нет ничего грустнее, чем быть только самой собой, произведением искусства, которое создали обстоятельства… Я ненавижу всё неизменное…
Не буду рассказывать о их любви, это можно понять только прочитав книгу, ведь так как описал это Гари у меня не получится передать.

В книге еще много других людей, которые тоже оказались не на той стороне войны, каждый из них по-своему переживал оккупацию. Кто-то пытался помочь сопротивлению, кто-то пытался просто выжить.

Закончу цитатой, которая совершенно не характеризирует книгу, да и могла быть вставлено автором в другую книгу. Но она в стиле Гари и шикарна.

Это роман о французском Сопротивлении. Но не о том, как нужно убивать фашистов... Пожалуй, о том, как сохранить свою душу в самых невыносимых условиях. В произведении есть несколько очень симпатичных персонажей. Главный герой — чудак. Его воздушные змеи вызывают у одних восхищение , у других — насмешливую улыбку... Сначала его поделки просто приносят радость французским детям, во время войны оказывается, что игрушки даже можно использовать для борьбы с фашистами. Наш герой готов даже подарить сувенир детям врагов, но он не может делать воздушного змея из кожи убитого еврейского мальчика, даже если из-за этого ему самому грозит смерть.
Очень спорный и симпатичный герой — талантливый французский повар, который продолжает великолепно готовить даже тогда, когда его ресторан посещают уже только фашисты... Он хочет все оставить «как прежде», ибо верит, что скоро французы победят... Повар прячет у себя сбитых немцами английских летчиков, но отказывается всыпать яд в кушанье жестокого фашиста, мотивируя свой поступок тем, что «это невкусно»!
Конечно, заметно, что автор пишет свой роман через много лет после окончания войны. Он пытается понять логику фашизма. Гари кажется, что даже в немецком командовании многие хотели избавиться от Гитлера. Писатель расписывает подробно случаи, когда немцы пощадили влюбленных французов, талантливого повара, собаку и канарейку. Упоминания о казнях, смертях, пытках, как-то мимолетны, я бы сказала, через призму времени, без ожесточения...
Есть в романе и тема настоящей любви, которая должна пройти через все испытания и выжить несмотря ни на что.
Очень светлая книга, призывающая человека делать то, что он должен делать, даже если кажется, что твои усилия никому не нужны, тебя видит и слышит только кучка врагов... Всегда оказывается, что ничто не пропало зря, герой сохранил в себе внутренний огонь — и в конечном счете именно это помогло победить, и напоследок даже враги дружелюбно машут влюбленным героям с уходящего восвояси танка...
Вижу, что при пересказе все получается уж очень наивно, но, возможно, именно детский, пацифистский взгляд на войну и создает очарование этого романа.