
Электронная
149 ₽120 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Удивительное, конечно, дело - открываю для себя классику. Постоянно ищу новых, нечитанных прежде авторов, незнакомые литературные жанры, а открытия-то вот здесь, совсем рядом... О пушкинском "Романе в письмах" узнала случайно, словно между делом, а влюбилась в текст классика, написанный в 1829 году, сразу и бесповоротно.
Есть все-таки что-то невозможно трогательное и милое в неоконченных произведениях - ты можешь дофантазировать абсолютно любой конец! Придумать и вообразить самую счастливую из возможных концовку, можешь мысленно подарить понравившимся персонажам то самое счастье - не надежду на него, а самое настоящее счастье. Любовь и долгие годы жизни бок о бок с любимым человеком, без оглядки на суждения общества и завистников.
Да, жаль немного, что Александр Сергеевич сей труд не закончил, и мы уж никогда не узнаем, а он-то сам верил в добрую развязку романтической истории Владимира и Лизы, одинаково тянущихся руг к другу, но немогущих быть вместе - предрассудки, они такие. У него - чин, деньги, положение в обществе. Она - скромная приживалка-сирота в петербургском доме тетушки. Она сбежала от лавины чувств и опасного сближения (а возможно, и от напрасных надежд: мол, зачем искушать судьбу? Я ему нравлюсь, но женой своей он никогда меня не сделает...) с ним в деревню, а он настиг и там... И кажется, что этот здравомыслящий молодой человек выше глупых сословных стереотипов, но... Но так ли это?
История, как вы понимаете, обрывается на самом интересном месте (эх, Пушкин, за что же так с нами?) В той самой деревне, когда все только-только начинается!
Что ж, буду верить в счастливую развязку, несмотря ни на что, в мыслях желая героям взаимопонимания, эмпатии и убедительности, ведь одному, по всей видимости, придется убеждать любимую женщину, что для него не важно ее финансовое положение, а другая должна будет еще доказать, что она вовсе не охотница за богатыми и состоятельными мужчинами...
Написано прелестно, чертовски современно и, думается, актуально. Кстати, Александр Сергеевич выбрал для своего романа эпистолярную форму - в те годы весьма популярную среди писателей. Достаточно вспомнить скандальную "Клариссу" Ричардсона (о, до чего же мне хочется теперь прочитать и ее!) или не менее скандальные (по меркам того времени, разумеется) "Опасные связи" де Лакло. Но что было весьма актуально и, может, банально в 18-19 веках, сегодня смотрится даже оригинально. Представьте: герои обмениваются меж собой письмами, а мы через это потихоньку узнаем сюжет, причем видим события глазами того или иного персонажа. Слышим его голос, мельчайшие интонации которого тут же заставляют нас или проникаться к нему душевным расположением, или же раздражаться сверх меры: мол, как же можно быть таким мнительным, недалеким и проч.
Не скажу, что переписка - мой излюбленный литжанр. Не особая поклонница соответствующего фикшн. А нон-фикшн - тем более: ощущение, что вторгаешься в слишком личное.
Однако у Пушкина все получилось сообразно гармонии и вкусу: большую часть романа занимают письма двух подруг, Саши и Лизы. До чего же тонко и правдоподобно передал классик чаяния девичьей души! Легкое кокетство, растерянность, наивность, желание казаться умудренной жизнью дамой. Любопытные были мысли обеих подруг о литературе: кстати, благодаря им я и захотела прочесть "Клариссу" (ну и одноименный сериал 1991 года глянуть, в главной роли - Шон Бин, должно быть захватывающее зрелище). К концу романа повествование начинает разбавляться посланиями Владимира. До этого же момента мы видели его глазами только двух восторженных девушек, а в своих письмах он предстает перед читателем очень серьезным и вдумчивым мужчиной, его мысли насчет управления хозяйством, крестьянами и проч. показались мне зрелыми и взвешенными. Вот такой человек, наверно, и впрямь выше всяких сословных глупостей, и зря Лиза так опрометчиво отказывается от своего женского счастья...
Эх, красивая вышла история, пусть и неоконченная...

Сегодня великий день нашей отечественной литературы, сегодня 6 июня - 06.06 - 66, а, если их перевернуть - будет 99. А, если составить 66 и 99 в один осмысленный ряд, то получится... Пушкин. Да, сегодня день рождения нашего Великого Классика - 6 июня 1799 года (по новому стилю, разумеется), а тогда это было 26 мая, так что поэт у нас получился и весенний, и летний одновременно, тёплый в любом случае. И, само собой разумеется, если сегодня писать рецензии, то на произведения Александра Сергеевича, для себя, по крайней мере, я выношу именно такое определение. Для праздничной рецензии я выбрал "разбойничью", как сам автор иронично её определял, повесть "Дубровский".
Все же, Пушкина стоит перечитывать в более зрелом возрасте. Я не против того, чтобы читать Александра Сергеевича в детстве, я же написал именно - перечитывать. Несколько лет назад я получил ни с чем не сравнимое удовольствие, перечитав крупную пушкинскую прозу "Капитанскую дочку" и "Дубровского". Когда-то оба этих произведения мы изучали в школе, писали по ним сочинения, но под чутким руководством учителей литературы ускользало очарование пушкинского языка, не казалась чем-то особенным изысканная простота сюжетов, а пушкинские тексты не терпят сторонней назидательности при знакомстве с ними, насколько бы больше было ценителей пушкинской поэзии и прозы, если бы не стандартные уроки литературы по из года в год переписываемым методичкам, Нет большего врага у Пушкина, да и у любого другого "школьного" классика, чем, переставшая работать над собой, самодовольная своим правильным "всезнанием" учительница литературы.
При самостоятельном перечитывании, ты открываешь , казалось бы, знакомое произведение заново, восхищаешься художественной сухостью пушкинского языка, четкой выстроенности сюжета, не отягощенного параллелями и философскими отступлениями. Пушкина можно назвать самым успешным минималистом в нашей прозе, вот чье творчество является идеальным воплощением гениальной формулы Сент-Экзюпери: "Художник не тогда знает, что он достиг совершенства, когда нечего добавить, но когда нечего больше отнять".
Проза Пушкина настолько художественна, и в то же время практична (информативна), что из неё просто нельзя без общего ущерба для текста выбросить ни строчки, в нашей литературе к нему по этому качеству был близок, пожалуй, только Гоголь. Но это и не удивительно, ведь Гоголь считал себя прямым учеником Пушкина.
Что же касается этого романа, то его незаконченность каким-то странным образом только дополняет его, тот случай, когда прозрачность наброска стоит прописанности монументального полотна. Возможно, причиной тому некоторая неопределенность направления, балансирующая между романтизмом и реализмом, и незаконченность образа главного героя позволяет варьировать разные варианты его будущего.
В романе Пушкина узнаются сюжетные линии многих других произведений, но это не свидетельство пушкинского заимствования, а, скорее, переосмысления. Без дополнительной оптики в образе главного героя можно различить реинкарнацию "шервудского стрелка" Робина Гуда. Да и сам Пушкин имел именно его в виду, когда презентовал свой незаконченный роман как "разбойничий". В любви Дубровского и Маши - представителей враждующих семей, угадываются мотивы шекспировских "Ромео и Джульетты". А в отказе Маши последовать за Дубровским, потому что она уже поклялась князю Верейскому, проглядывает еще одна пушкинская героиня - Татьяна Ларина с её "но я другому отдана, и буду век ему верна".
А еще сюжетная линия ссоры двух лучших друзей из-за недоразумения, и последовавшая за этим судебная тяжба чем-то напоминают основу сюжета гоголевской повести "Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем". Кстати, написал её Гоголь в 1834 году, когда он тесно общался с Пушкиным, известно, что Александр Сергеевич регулярно подкидывал сюжеты молодому другу, я не помню, что где-то читал о подсказке по сюжету этой повести, но такого варианта исключать нельзя.
Напоследок хотелось бы сказать о критике Анны Ахматовой, которая считала "Дубровского" неудачей Пушкина и нереализованным коммерческим проектом а стиле а-ля Вальтер Скотт, безумно модном тогда. Возможно, в словах Анны Андреевны и есть доля истины, но Пушкин все равно перехитрил всех, он ведь так и не закончил роман, даже название ему придумывали редактора-издатели, и в своем незаконченном виде, повторюсь, роман обрел оригинальную целостность и остался совершенно пушкинским творением, без всяких там а-ля под кого бы то ни было.

Сегодня - День Пушкина. В этот день, как мне кажется, следует отдавать дань его памяти. Только вот у меня так сложилось, что практически на все значимые вещи нашего поэта и писателя я уже успел написать свои скромные отзывы. Поэтому приходится обращаться к незаконченным вещам...
Хотя... "Египетские ночи" считаются, конечно же, незаконченной повестью, но вот парадокс, в самой этой незаконченности есть та недоговоренность, которая зачастую бывает ценнее сказанных лишних слов. А поскольку Пушкин был непревзойденным мастером лаконичности и лапидарности, то каждое несказанное им слово приобретает ту же ценность, что и сказанное. Ну, это я, конечно, завернул уж слишком, но суть того, что я хотел сказать, надеюсь, вы уловили.
Чем особенно ценна эта повесть, так это тем, что в ней Пушкин поднимает значимые вопросы места и роли поэта в этом мире. Я не буду подробно касаться сюжетной стороны произведения, надеюсь, читающие эти строки, знакомы с содержанием повести не хуже меня. Скажу лишь о том, что на примере всего двух поэтов - русского аристократа Чарского и безымянного итальянского импровизатора - Пушкин показывает всю глубину и широту таланта.
В повести всего три главы, и ключевой является вторая, в которой встречаются два поэта, и в которой Пушкин раскрывает свое видение сущности таланта. Обращает на себя внимание эпиграф к этой главе - строчка Державина "Я царь, я раб, я червь, я бог". В художнике и поэте наиболее сильно проявляется основная божеская функция - творение. Многие мыслители человечества сходились во мнении, что пресловутая фраза "по образу и подобию своему" указывает на способность человека к творческому мышлению, на способность создавать нечто новое, до сих пор во Вселенной не существовавшее. И опять же подобие Богу предполагает не только физический аспект созидаемого, но и духовный.
Однако и червь в человеке продолжает жить, животное и меркантильное начало не позволяет духу воспарить и обособиться, оно крепко держит его в плену повседневности, позволяя только на краткий миг переживать божественное ощущение вдохновения. С диаметральной противоположностью "червь - бог" всё более-менее ясно, но остается "раб - царь".
Однако, и здесь проявляется пушкинская логика: царское начало заключается в том, что "поэт сам избирает предметы для своих песен; толпа не имеет права управлять его вдохновением", а рабское в том, что без толпы - без признания - нет и таланта, ибо для того, чтобы какой-то камень был признан алмазом, необходима его оценка. И я согласен, что насчет толпы - это слишком, можно обойтись и без толпы, но оценка кого-то, например, другого такого же творца, - нужна, так что от рабской зависимости от чужого мнения творцу не обойтись. Так что его удел - ходить во власянице, но подбитой горностаевым мехом.
Что же касается включенных в текст повести стихотворных "импровизаций", то обе они продолжают предложенную автором тему, и если с первой - о независимости поэта - всё ясно, то во второй - о "ночах Клеопатры" - можно увидеть относительно пошлый эпизод из древней истории, усилиями творца поднятый до трагической экспрессии, а можно философскую концепцию о том, что жизнь человека - это и есть подаренная Всевышним "ночь с Клеопатрой", и смерть и забвение - расплата за удовольствие жить и творить...

Не любить деревни простительно монастырке, только что выпущенной из клетки, да 18-летнему камер-юнкеру – Петербург прихожая, Москва девичья, деревня же наш кабинет. Порядочный человек по необходимости проходит через переднюю и редко заглядывает в девичью, а сидит у себя в своем кабинете.

















