Ночевала тучка золотая

Писать что-то об этой повести невероятно сложно. Она заставляет замереть, застыть от горечи и несправедливости мира. Всегда я старалась избегать тему судьбы детей на войне, потому что она рвет сердце и душу на части. Начало повести явно не предсказывает такого ужасного конца, но подспудно не покидает ощущение какого-то затишья, предчувствия.
Тема взаимопонимания и взаимосуществования двух народов невероятно актуальна. Казалось бы, Сталин сделал все, чтобы эту проблемы решить. Но вероятно, не то что не решил, а даже усугубил ее. Не хочется переходить на обсуждение национального вопроса, потому как книга, в общем-то, не об этом. Эта книга о детях в жестоком мире. Как мучительно тяжело и непонятно ребенку жить во времена войны, где единственным осознанным желанием и мотивом является постоянный голод. Как глубоко укоренились в головах колонистов мысли урвать, запрятать хоть крошку. Больно читать о том, что Кузьменыши не знают даже даты своего рождения, бояться оставить подаренные им вещи, потому что привыкли защищаться от всего света. И как важно в таких условиях иметь рядом с собой близкого, родного человека! Невероятно повезло Кузьминым, что они есть друг у друга. Такое родство оно не кровное, скорее душевное и вызванное обстоятельствами. Так Алхузур – чужой человек, но переживший, выстрадавший тоже самое, что и Колька, становится родным, вторым «я» Кольки. Люди, объединенные одной войной, одним горем, так тянутся друг к другу:

— Теперь ты мой брат, — сказал, подумав, Колька. — Мы с тобой Солжа….

Не удивительно, что эти мальчишки в своем одиночестве тянутся к единственному человеку, который проявил к ним душевную теплоту, дружеское участие. Регина Петровна в повести олицетворение женщины, жены, матери, вероятно даже Родины-матери. Коля и Саша готовы ради нее и ее сыновей на любой подвиг; этот подвиг пусть и бессмысленный, чисто интуитивный и потому самый ценный совершает Колька, когда возвращается в пустую горящую колонию после смерти Сашки… И какая обида, разочарование и отчужденность появляется в глазах Коли при понимании, что его подвиг не оценен, а ради него с братом никто-никто не поступил так же. Эта женщина при всей своей доброте и теплоте сразу тускнеет в глазах мальчика, превращается в одну их тех людей, который призваны оберегать, но всегда остаются в стороне при угрозе. Я могу понять и понимаю Регину Петровну с двумя маленькими, родными детьми на руках и ее страх, что эти мужички останутся сиротами… Но могу я понять и Кольку с его ожесточенностью к ней…А какая была надежда на протяжении всей повести, что они могу стать настоящей семьей!
Тема смерти проходит красной линией через строки повести. Как верно написано про «ген смерти», и у каждого ребенка в разное время наступает момент, когда он ощущает скоротечность жизни. И каждый хочет верить, что это не конец, потому что иначе и жить невозможно. Так в небе на одну тучку стало больше…

Колька без страха подумал, что, наверное, его сейчас убьют. Как убили Сашку. Но, наверное, больно, только когда наставляют ружье, а потом, когда выстрелят, больно уже не будет. А они с Сашкой снова встретятся там, где люди превращаются в облака. Они узнают друг друга. Они будут плыть над серебряными вершинами Кавказских гор золотыми круглыми тучками…
— Я думаю, что все люди братья, — скажет Сашка, и они поплывут, поплывут далеко-далеко, туда, где горы сходят в море и люди никогда не слышали о войне, где брат убивает брата.

Пронзительная, печальная повесть о двух двойняшках-беспризорниках, которые никому не нужны, кроме как друг другу, во время войны.
1944 год, Колю и Сашу из детдома в Подмосковье отправляют на Кавказ в качестве первых колонистов. Вечно голодные-им по сути все равно где голодать, но они даже не предполагали, что там, в чужом месте, они наедятся, познают, что такое любовь взрослого человека. Но ещё это место принесёт им огромное, необъятное горе, которое не может сравниться ни с одной голодной ночью, ни с отсутствием сострадания взрослых к таким детям, ни даже с войной, которая поглотила всю страну. Это горе-единственное, что останется с ними навсегда.
Прочитав повесть, я вспоминала себя,своего ребёнка. Как я не ела супы и каши в детстве, до сих пор не ем многие продукты. Мой сын не ест большую часть обычной пищи. И читая про мальчишек, которые готовы были удавиться ради очистков от картофеля, я ругала себя, что мы зажрались что ни на есть. Но больше всего поразило, какая между ними связь, какая молчаливая любовь. Они-одно целое, и разорвать, казалось, их невозможно. Они и только они были у друг друга. Не хватит слов, чтобы описать, как я пыталась не заплакать от начала и до конца... История в самом сердце.

Просто мне не понравилась книга, такое бывает. Полбалла еще накинула только из-за того, что это уже классика войны и что проходят произведение в школе. Такое нужно и важно читать. Но я, к сожалению, не прониклась историей.

Это описание жизни двух детдомовцев, двух братьев Саши и Коли, Кузьменышей. Идет война, многие дети тогда остались без родителей. Вокруг голод, холод и тоска. Первые страницы мы наблюдаем за жизнью мальчиков в детдоме в Подмосковье. И вот в один момент их отправляют на Кавказ вместе со многими другими со всей области, чтобы заселять земли принудительно переселенных чеченцев и других народов.

Вот честно, две трети книги мне было просто скучно. Я еле продиралась, брать книгу не хотелось в руки. Да, описываемое ужасно. Да, это дети, это голод, это война. Но вот не знаю почему, не зацепило меня. Сначала об одном и том же в Подмосковье, потом они приехали на Кавказ и опять подробно об одном и том же. Я понимаю, что тогда не было ничего другого, но это размазывание я не люблю. Думаю, если бы история была написана более емко, более сжато, более хлестко, проняло бы больше. Но это видение автора, тем более он сам был участников тех событий. Но, видимо, мы не сошлись.

И я не чертствый сухарь, довести меня до слез — нефиг делать. Но здесь почему-то не было ни одной слезинки, в стену после книги не смотрела, сердце не разорвалось. Все происходящее неприятно, ужасно и страшно. Этого я и не отрицаю. И конечно, один момент почти в концовке до мурашек, но ради этого продираться через всю книгу? Не для меня вышло, не сложилось у нас с Приставкиным коннекта здесь.

Скорее всего дело еще в слоге. Не понравилось мне, как написано. Как будто в голове не сложилось все вместе, происходящее в истории и слог. Как будто чересчур эмоционально что ли, немного даже пафосно. Мое мнение, не претендую на истину. Хотелось бы более жестко, более четко, более точечно.

Не буду лукавить, приукрашивать. Честно скажу - читать было скучно. Буквально заставляла себя переворачивать страницы и знакомиться с Кузьмёнышами, с их страшной, пропитанной голодом, холодом, болью и страхом жизнью. И казалось бы, сердце должно разрываться от такой трагической истории детства двух братьев, Кольки и Сашки, а мне было скучно. Особенно первую половину книги. Утомительные описания гор Кавказа, подробные и неоднократные упоминания различных заначек и того, что в этих заначках хранили братья; их разговоры и побеге... Я не смогла почувствовать их. На протяжении всей книги Кузьмёныши так и оставались для меня книжными персонажами, размытыми очертаниями. И лишь в конце, на последних двадцати страницах, к горлу подкатил ком, а сердце сжалось. Я почувствовала всю ту боль, весь ужас, который пережил Колька, потеряв брата. И чтобы не ждало его в новой жизни, куда бы не мчался его поезд, в его душе навсегда поселилось... одиночество.

Ву-х... Это удивительная книга. От нее что-то замирает внутри. Натягивается - и дрожит, дрожит всю историю, а под конец лопается. И становится внутри пусто-пусто, и только в горле - комок.

Три четверти книги - страшная, но какая-то при этом добрая и светлая история. А потом вдруг все заканчивается, как выстрел, и вроде занавес, конец - этот забор, и Саша, и початки кукурузы в крови. Но смотришь - еще так много страниц... А вроде о чем писать - жизнь-то закончилась, для обоих. А нет. И это так странно... И книга потом - странная, как в тумане. И непонятно - помутился у Коли рассудок, или ж нет... И на что он обиделся на Регину Петровну, мне, кстати, непонятно. Впрочем, ладно. А еще непонятным осталось это прыганье временами на первое лицо, и я запуталась совсем - рассказчик тут Коля, или же друг какой из того же детдома, и если последнее - то из которого? И как же фраза про день рождения, придуманный тогда и оставшийся на всю жизнь?

Впрочем, все это, по сути, не важно.
Книга потрясающая. Настоящая. Сильная. Глубокая и страшная. Уххх какая книга.
Нужно пойти покурить... пфф... собрать в голове мысли...

апд: и еще эта жизнь. Другая реальность. Которой не могло, не должно было быть. Которая в нашем мире может восприниматься едва ли ни как фэнтази. Потому что невозможно. Страшно, жутко, пронзительно. Мир, который невозможно осознать. Сидя в своем большом доме. Собираясь завтра на работу. В этом мире смешных, надуманных проблем - ты понимаешь, как они смешны и мелочны, и незначительны - читая такое, понимаешь. Я вот, например, пытаюсь сидеть на диете. И тут - это. И даже каким-то кощунством кажется сама идея диеты, в нашем мире, где людям может приходить в голову садится на диету. Как можно понять, воспринять, впитать в себя как реальность тот мир - когда люди гибли без крошки хлеба и капли "хи"... брррр... бррррррррррррр...

Флэшмоб 2013: 37 /40.

Хорошо помню фильм…
Там нет эпизода с хлеборезкой, который очень хорошо врезался в память - отрывок, знакомый мне видимо ещё со школьной поры, потому как всю повесть я прочитала впервые.
А главное там нет сцены, которая вызывает неподдельный ужас при прочтении, демонстрирующую крайнюю степень жестокости.
Смерть есть, а сцены нет

1944 год. Сашка и Колька Кузьмины — Кузьмёныши — два брата близнеца из подмосковного детского дома с полтыщей таких же беспризорников, отправлены в благодатный край - на Кавказ.
Две судьбы уже искореженные войной, сиротством, уголовщиной. Голод движет поступками братьев, толкая их на воровство и хитрость, обостряет чувства и воображение.

Не знающие тепла и домашнего уюта, они постигают суровую науку выживания.
Одиннадцатилетние братья неразлучны. Они настолько дополняют друг друга, что по отдельности не мыслят, не представляют собственного существования.

Отправляясь на Кавказ, с мечтой попасть в рай, оказались в самом пекле ада.
В то время, как вся страна ведет войну с фашизмом, внутри страны идет другая война — гражданская. Месть горцев, чудом избежавших массовой депортации с родных земель, в попытке отстоять родные земли, не знает границ. Они жестоки! Одинаково жестоки, будь то солдат, женщина или ребенок!

Но есть и другая жестокость…
Насколько жесток директор детдома, кормивший до сыта своих собак сиротским хлебом, моря голодом детей?
Или красноармейцы, разрушающие могилы чеченцев, укладывающие дорогу надгробными камнями?
А уничтожение целых народов и их культуры, разве не жестоко?

Очень сложно и болезненно читать подобную литературу. Есть в повести несколько сцен, которые особенно врежутся в память, но тем лучше будет усвоен урок, дабы не повторять подобных ошибок.

Есть спойлеры

Вот еще одна книга про войну. Не про ту войну, где самый фронт, и вылазки разведчиков, и вой самолетов, и танки идут. А про ту войну, которая до тылов докатывается. Сколько детей сиротами остались, голодные и почти никому не нужные. Нельзя, чтобы такое когда-нибудь еще повторилось.

Вот и Колька с Сашкой, два брата-близнеца, были воспитанниками московского детдома, а теперь едут на Кавказ, заселять те земли. И никого да ничего у них нет, каждый день только и мечты, где бы что еще съестного найти, потому что все недоедают, а уж сироты и подавно. Но повезло Кузьменышам, что двое их, двоим всегда выжить легче. Они и сами про себя говорили, что в четыре руки тащить легче, чем в две; в четыре ноги удирать быстрей. А уж четыре глаза куда вострей видят, когда надо ухватить, где что плохо лежит! Не мыслили братья себя друг без друга, уж какие напасти на них не сваливались, а все-равно рядом оставались. Один заболеет в дороге, другого выпроваживают из вагона - а он под вагон лезет, да оттуда через пол с братом переговаривается, поддерживает. И воровали, и обманывали, и еду да что стоящее всегда вместе ныкали.

На Кавказе братья отъелись, все же края побогаче едой оказались. Тут и алыча поспела, и морковь уродилась, и ранее невиданные кабачки, тыквы. Еще познакомились с молодой воспитательницей Региной Петровной, она их к себе забрала, и жизнь словно наладилась. Мальчишки по дому помогали, Регина Петровна заботилась о них, радовала подарками и вкусной едой. Да не давали чеченцы забыть, что это их земли, что так они все не оставят, отомстят за гонения. И мстили. Зверски был убит Сашка, а я до сих пор не могу понять - разве можно так с детьми, пусть и детьми врагов?..
Не хотел, не мог Колька думать, что один он теперь. Что нет больше брата, что нет больше его половины. И заполнил он эту пустоту так, как мог.

Надо читать такие книги, чтобы знать, чтобы не позволить больше такому случиться, и чтобы всегда оставаться человеком.

Книга о малоизвестной, но от этого не менее важной части истории страны. Лично я всего этого не знала. Только теперь я стала понимать корни разногласий с Кавказом. Сколько поколений уже не могут до конца простить друг друга. Ошибки истории совершаются политиками, непродуманными приказами. А потом все нарастает как снежный ком. Страдают обычные люди. И у каждого своя правда, и обе стороны конфликта можно понять... И в то же время понять все это невозможно. .. Особенно это непонятно детям

Со временем забывается, что стало первопричиной, но осадок взаимной, неосознанной неприязни остается намного дольше. Читая подобные книги я всегда благодарю судьбу за то, что мне повезло родиться позже. Не в то страшное время.

Книга о ЖИЗНИ! О жизни такой какая она есть, без прикрас!!! Книга тяжелая, в ней гнетущая атмосфера и энергетика..И все же такие книги, хотя бы периодически нужно читать..
Перед нами жизнь детей, детдомовцев, изначально обреченных влачить жалкое существование и быть за бортом жизни, никому они не нужны, нигде их не ждут, никто о них не помнит..В центре событий два брата-близнеца, которые все делали вместе и сообща..По воле рока они оказываются на Кавказе в военное время..И, собственно, автор дает нам возможность понаблюдать за ними, за тем как они со всем справлялись, к чему стремились и к чему пришли...О том, что эти дети, попавшие в такие условия, лишенные всех прелестей и радостей жизни, видящие вокруг только несправедливость и жестокость,испытывающие постоянное чувство голода, остаются человечными, добрыми..Трудности их закаляют, делают сильнее, более несгибаемыми, но не злыми..От описания некоторых сцен, от дикости всего происходящего я покрывалась мурашками..
После прочтения и осознания всех тех событий остается ощущения страха, непонимания и тяжести..

Время от времени я читаю книги, которые на пике их популярности прошли мимо меня. В силу возраста, отсутствия интереса или любым другим причинам. А потом стали если не классикой, то почти. Вот эта как раз из таких.

Признаюсь, что меня удивили в отношении этого произведения два факта. Первый — то, что книга вышла в 1987 году. Мне казалось, что ее активно обсуждали в начале 90-х. И второе – то, что она включена в школьную программу (в моей ее не было, хотя она вполне могла бы успеть туда попасть). Мне казалось, что когда повесть была опубликована, она не считалась детской. Впрочем, утверждать не могу, это чисто субъективные воспоминания.

Не знаю, как книга воспринималась, когда она только вышла. Полагаю, что с некоторым не то чтобы guilty pleasure (удовольствие с ней вообще не очень сочетается), но примерно таким же guilty интересом. В том числе и за счет недоговоренностей, умолчаний и намеков.

Такая, знаете, довольно перестроечная вещь, когда вроде уже и все можно, но еще с оглядкой. Сейчас от этого осталось явственное (и неприятное) присутствие некоторой фиги в кармане. Можно и не заметить, но таки оттопыривается.

Но это все было ощущенческое. Что же книга?

Поначалу она читается, как приключенческий роман. Конец войны, 1944 год. Двое мальчишек-близнецов Коля и Саша, детский дом, голод, мечта о хлебе и подкоп к хлеборезке – настоящем сокровище, не чета Алладиновой пещере. Мальчишки вороватые, но дружные, толковые и друг за друга горой. Не сказать, чтобы они сходу вызывают симпатию (скорее напротив), но постепенно читатель проникается их дружбой и находчивостью. А сами ребята приобретают некоторые лирические черты (например, влюбляются в прекрасную женщину и пытаются совершать благородные поступки). Начало, впрочем, довольно медленное, и не особенно увлекающее.

С учетом голода, детей из Москвы решают вывезти на Кавказ, подкормить, обогреть, ну и там все же безопаснее. Собирают по детдомам 500 человек и примерно половину книги везут поездом в райские края. Эта часть весьма напоминает «Эшелон» Яхиной (хотя правильнее сказать, что «Эшелон» похож на «Тучку»), те же три воспитателя на эту орду шпаны, с той разницей, что там где у Яхиной мультфильм, у Приставкина – неприкрашенные будни. Начиная с этого поезда темп книги постепенно разгоняется, и к тому моменту, как он достигает Кавказа, читаешь уже не отрываясь.

А дальше – жизнь в детской колонии, со сложным и неустроенным бытом, в местности, где ребят особо никто не ждал; и сначала фоном, как горный пейзаж, а потом все ближе подбирающейся опасностью – чеченцы. И оглушающий эпизод (точнее, два таких эпизода) в почти финале, после которого следует уже финал окончательный, словно дописанный через годы, где рассказчик уже не мальчик Коля, а автор, а произошедшее – становится из художественной прозы воспоминаниями.

Что меня удивило. Идет война. Мальчишки. У половины родители погибли на фронте. Однако в книге о войне нет практически ничего! Она далекий фон. Никто не говорит о ней ничего. Ни воспитатели, ни дети. Мальчишки – и никто не стремится убежать на фронт, воевать с фашистами. Как такое вообще могло быть? Собственно, у всех одна мысль – наворовать еды как можно больше.

Мораль и выводы автор оставляет читателю, и тут уже каждый сам выделяет для себя важное. Судя по отзывам, для кого-то это оказывается книга о дружбе, для кого-то о предательстве, для кого-то (и таких, пожалуй, большинство) о политике.