Русское. Реверберации

Возможно, рассказ не произвел бы на меня такого впечатления, будь он прочитан в других реалиях…
Но сейчас этот небольшой, жуткий, страшный, пронзительный эпизод войны, русско-турецкой войны 1877 года, побуждает думать о чувствах, мотивах людей на войне.
«Передо мною лежит убитый мною человек. За что я его убил? Чем же он виноват?
И чем виноват я, хотя я и убил его? Чем я виноват?»
Вопросы, вопросы… Ответы на них не дашь в нескольких предложениях, потому и пытаться не стоит, но рассказ заставляет задуматься.
Четыре дня войны без описания кровопролитных сражений. Это просто история о выживании, о моральных терзаниях человека, попавшего на войну, причем, пошедшего на войну добровольцем, ослепленным идеею.
Для героя рассказа эти четыре дня ожидания смерти кончились благополучно, и эта концовка рассказа, на мой взгляд, снизила градус пронзительности повествования. Но это первый рассказ Гаршина, который лично принимал участие в той войне.

В овраге находилось село Уклеево, о жителях которого и пойдет речь в рассказе. Село ничем не отличалось от других провинциальных российских городов и сел. Несколько фабрик, стоявших на окраине, коптили, воняли и сбрасывали в речку всякие химикаты. Крестьянские хозяйства от этого страдали, а фабриканты процветали. Повсюду грязь и распутица, даже летом.

В центре повествования семья Цыбукиных, довольно зажиточная, по местным меркам даже богатая. Старик держал бакалейную лавку, а вообще торговал чем придется. Торговля далеко не всегда была законной. Старший сын служил в городе, в полиции, а младший с невесткой помогали Цыбукину. Старик был вдовец и женился второй раз на женщине немолодой, но статной и правильной. Варвара навела в доме порядок и чистоту, быстро включилась в семейное дело и не забывала заниматься благотворительностью.

Словом, семья, как и село в овраге, была среднестатистическая. Не самая лучшая, со своими страстями и пороками, но и не изверги. Водкой без патента и маслом тухлым торговали, косарям могли фальшивыми монетами заплатить, с портнихами консервами рассчитаться, которые им и не нужны были, но жилы с работников не тянули, с соседями в мире жили, нищим подавали. Тут обманут, тут подворуют, а там облагодетельствуют. И вот в этот "овраг", в семью Цыбукиных попадает Липа, которая выходит замуж за старшего сына Анисима, девушка добрая, чистая и непорочная.

С чего же все началось? После чего посыпались на Цыбукиных напасти? После того, как старший сбился с пути истинного или намного раньше? Из последнего вопроса сразу же вытекает другой. Почему Анисим, служа в полиции, пошел по кривой дорожке? Не потому ли, что с детства видел кругом ложь и обман.

Антон Павлович, услада глаз моих! Какое чудесное произведение прятали Вы и издатели в сборниках произведений! Жестокое, трагическое, интересно и обязательное к прочтению.
Булгаков уже после Чехова поднял без прикрас квартирный вопрос. У Чехова получился вопрос с имением и усадьбой. Кажется, читаешь обыкновенную историю о помещицкой жизни, как у Тургенева, Гончарова, Салтыкова-Щедрина. А под конец тебе в лицо летит огромный ком ужаса, который убрать из головы удается крайне непросто. Ради материального блага на алтарь кладется жизнь ни в чем не повинного человечка. И возмущает не столько сам поступок преступницы, а реакция близких на случившееся: равнодушие, принятие и лелеяние внутреннего горя.
Обязательно читаю и впредь Чехова. Жду для себя новых открытий.

Это было неплохо. Но что это было - я не знаю. 42 страницы абсурда, цинизма, садизма, пофигизма и чёрного юмора и прочей хармсовщины?
Хотя нужно сказать, что в плане "идеологии" Хармс ни на йоту не отступил от выбранного курса.

Сюжет под стать:

Но Хармс был бы не Хармс, если бы на этом всё закончилось:

О том, что произойдёт дальше, вам лучше не знать.

Повесть произвела на меня очень сильное впечатление. Всё так обыденно и так страшно. Обычная благополучная мещанская семья. Глава семьи, Григорий Петрович, преуспевает в торговле, его вторая жена, Варвара Николаевна, религиозная женщина, много помогает нищим, два сына, Анисим – служит в полиции, Степан – помогает отцу, но слаб здоровьем, две невестки – Аксинья и Липа, красивые, работящие девушки. И вроде бы всё хорошо, но за высокими заборами творятся черные дела, которые приводят к трагедии.
В этой повести Чехов ничего не выдумал, рассказал истории, случившиеся в действительности. И поэтому столько безысходности( А.М.Горький писал: «В рассказах Чехова нет ничего такого, чего не было бы в действительности. Страшная сила его таланта именно в том, что он ничего никогда не выдумывает от себя…»
Чехов наблюдает жизнь людей, одним сочувствует, показывает подлость и развращенность других, и читатели сопереживают вместе с ним. Повесть небольшая, но очень яркая. Долго не забывается.

Самый тяжелый рассказ Чехова, из уже прочитанных мною. Абсолютно беспросветный, трагический и страшный своей реалистичностью. Юмора здесь нет по определению.
Безнаказанное убийство вызывает оторопь, тем более, что убит младенец. Убийца не наказан, справедливость не восторжествовала.
Мать ребёнка, Липа, пережившая страшное горе, абсолютно бесправное, забитое существо.
Дед погибшего ребёнка, казавшийся сильным и предприимчивым, столкнулся с ударом судьбы – старшего сына за фальшивые деньги осуждают на каторгу. Он оказался сбит этим горем, раздавлен, его разум не выдержал, уже не смог оказать сопротивления наглому злу.
А вот и убийца – Аксинья, жена младшего сына. У неё «были серые наивные глаза, которые редко мигали, и на лице постоянно играла наивная улыбка. И в этих немигающих глазах, и в маленькой голове на длинной шее, и в ее стройности было что-то змеиное; зеленая, с желтой грудью, с улыбкой, она глядела, как весной из молодой ржи глядит на прохожего гадюка, вытянувшись и подняв голову».
Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 062

Про Всеволода Гаршина я узнал из какой-то книги, там герой читал рассказ «Красный цветок» о пациенте с психической болезнью. У самого Всеволода тоже были проблемы, в итоге он в возрасте 33 лет покончил с собой. Антон Чехов написал о нем рассказ «Припадок».

Громко заявил о себе 22-летний Гаршин рассказом «Четыре дня», созданном на основе реальной истории: солдат четыре дня ждёт помощи после тяжёлого ранения. Гаршин был добровольцем на русско-турецкой войне 1877-1878 гг. и там стал свидетелем описанного. Правда, в реальности спустя некоторое время солдат умер, а в рассказе ему «только» отняли одну ногу. Чем-то напоминает «127 часов». Там любитель экстрима сам нарвался на приключения, а тут молодой парень сам добровольно пошёл на войну, где вынужден убивать и рисковать жизнью. И некого винить, кроме себя.

И я иду вместе с тысячами, из которых разве несколько наберется, подобно мне, идущих охотно. Остальные остались бы дома, если бы им позволили. Однако они идут так же, как и мы, «сознательные», проходят тысячи верст и дерутся так же, как и мы, или даже лучше. Они исполняют свои обязанности, несмотря на то, что сейчас же бросили бы и ушли — только бы позволили.

Как будто продолжается история героя войны в «Очень коротеньком романе» (1878). В обоих рассказах солдат без ноги и его любимая Маша. В этой действительно короткой истории герой отправляется на войну, чтобы соответствовать идеалу любимой (ты выступал за войну? ну так отвечай за слова делом). Сама же обещала после войны выйти за него замуж. Он вернулся без ноги, а она к тому моменту нашла кого-то другого. Тут мораль простая: надо поступать так, как сам считаешь правильным. Ну и если девушка говорит «иди-ка ты на войну», то я бы на месте героя задумался о том, значит ли он для неё хоть малость.

Нет, ребята, я не брошусь. Если сама она будет в горящем доме, тогда да. Как Пит Мартелл в Твин Пиксе.

Зная о проблемах пациентов с психическими болезнями не понаслышке, Гаршин написал мощный рассказ о больном (Красный цветок), который видит всё зло мира в маках, растущих в саду, и стремится их уничтожить. Сам Гаршин вспоминал свой первый приступ: «Однажды разыгралась страшная гроза. Мне казалось, что буря снесет весь дом, в котором я тогда жил. И вот, чтобы этому воспрепятствовать, я открыл окно, — моя комната находилась в верхнем этаже, — взял палку и приложил один ее конец к крыше, а другой — к своей груди, чтобы мое тело образовало громоотвод и, таким образом, спасло все здание со всеми его обитателями от гибели».

Человеку, который достиг того, что в душе его есть великая мысль, общая мысль, ему все равно, где жить, что чувствовать. Даже жить и не жить... Пространство и время — суть фикции. Я живу во всех веках. Я живу без пространства, везде или нигде, как хотите. И поэтому мне все равно, держите ли вы меня здесь или отпустите на волю, свободен я или связан. Мне все равно, где ни быть и когда ни жить. Если мне все равно, не значит ли это, что я везде и всегда?..

Это очень русская история. Стоя на посту у Зимнего дворца, часовой спас тонущего в Неве. Герой? Достоин награды? Как бы не так. Поражает внимание автора к простым событиям. Всю хитрецу и стройность несложным сюжетам добавляет мастерство писателя. Мимо случился инвалидный офицер, приписавший спасение себе. И тут начинается русская чехарда: старшие офицеры начинают перестраховываться, чтобы информация о событии дошла до Государя в нужном свете. В итоге – инвалидный офицер получает награду от Государя, его начальство поощрено и замечено, а постовой получает 200 плетей. И постовой посчитал, что легко отделался. А ведь у постового был ещё момент борения между долгом и данной присягой и милосердием к погибающему. Но выбор сделан, честный выбор.

Умиляет правота каждого персонажа. Точечно каждый из них прав. Слова о долге, чести и присяге, высказанные архиереем, начальником караула, батальонным командиром, обер-полицмейстером – слова правильные, но сказанные нечестно.

Описание каждого персонажа выше всяких похвал. Но особо меня порадовала характеристика владыки, его тихую речь автор речёт «тихоструем». И именно тихоструем прожурчал владыка, опять же, правильные слова, но с иезуитским подтекстом:

И ещё тихоструй:

Все остались довольны – постовой, инвалидный офицер, батальонный командир, обер-полицмейстер, владыка, Государь. Так значит, всё правильно? У меня нет ответа. Красивая, честная, русская история.