Цинковые мальчики

«Цинковые мальчики» — третья книга из цикла «Голоса Утопии» и вторая, прочитанная мной у автора. Светлана Алексиевич — белорусская писательница и журналистка, которая пишет на русском языке и является лауреатом Нобелевской премии по литературе 2015 года. Ее книги известны не только в России, но и за рубежом. Светлану Алексиевич называют «блестящим мастером художественно-документальной прозы». «Цинковые мальчики» – это собрание голосов, записанных автором в результате множества встреч с нашими соотечественниками, каждый из которых рассказывает свою подлинную историю. Ветераны описывают жестокую правду о советско-афганской войне, матери - о потере дорогих сыновей и желании знать правду о том, как и за что они воевали и погибали в Афгане. Для написания этой книги автор отправилась в Афганистан, чтобы своими глазами увидеть все происходящее и записать множество исповедей солдат, вернувшихся из Афганистана. Они делились с писательницей воспоминаниями о том, как попали на войну, о чем переживали, о потерях друзей и сослуживцев. Война ломает людей и психологически калечит, выставляя напоказ, порой не самые приятные черты. Мало из тех, кто выжил, смог забыть весь этот ужас и вернуться к нормальному образу жизнь. Особое внимание в книге уделено горю матерей, потерявших сыновей в Афганистане. Они говорили о том, как провожали своих детей на войну, как с нетерпением ждали писем, как получали страшные известия. Боль их потерь была и остается безграничной, ничто и никогда не сможет их утешить. Читать об этом было особенно тяжело. Каждая трагедия матери, потерявшей своего ребенка, страданием и отчаянием отзывались в моем сердце, невозможно было сдержать слез. После публикации книги матери погибших "афганцев" подали в суд на автора, обвиняя ее в клевете и искажении фактов. Кто прав, а кто виноват - покажет время. Хотелось бы верить, что эта жертва была не напрасна. Вот только молодых мальчишек и девчонок, погибших в этой чудовищной войне уже не вернуть.

Это документальная проза, основанная на интервью с солдатами-участниками афганской vойны и их родственниками. Жуткие, пугающие истории разбитых человеческих жизней, наполненные болью, слезами, растерянностью, разочарованием, гневом и непониманием «для чего это всё было?». Книга пронизана аурой трагедии, и вдвойне страшнее, что она основана на реальных событиях. Пострадали юные мальчишки, которые верили в идеалы с пелёнок, исполняли приказы, а потом оказались «лишними» в истории, лишними в жизни, подверглись нападкам общества, а в чём они были виноваты? Пострадали их матери, испытавшие самое ужасное – потерю ребёнка. Пострадали женщины и девушки, многих из которых заставили шантажом пойти в медсестры или служащие...А многие шли сами, толкаемые искажённым духом «романтики», а затем оказывались в шоковом состоянии, познав весь ад, в котором они очутились по собственному желанию...

Книга вызывает слёзы на глазах, печаль и горечь, душевную боль...Мы видим жестокие реальные события глазами самих свидетелей, без прикрас. Особенно больно было читать монологи несчастных матерей, получивших своих сыновей в цинковых гроbах... И насколько верно я поняла: в те годы этих печальных событий, когда гибли люди с обеих сторон, в мирной жизни правда скрывалась, сам факт происходящего приукрашивался, замалчивался, романтизировался. Правда всплыла позже…и непонятно, кто же прав, а кто виноват… Это книга о «позорной» vойне, которой «не было». Покалеченные судьбы, покалеченные души…Если бы можно было изменить этот мир, если бы было больше милосердия и добра, умения решать вопросы мирным путём… Тяжёлая книга, заставляющая размышлять и плакать…

3/4 книги - это рассказы, звонки, письма. Сменяющие друг друга монологи рядовых, разведчиков, медсестёр, саперов, связистов, десантников, служащих, военных советников, а также матерей и жён тех, кто не вернулся из Афганистана.

Тех, кто поехал туда по своей воле, отсылая рапорт за рапортом... кого принудили, угрожая последствиями... кого обманули... кого поставили перед фактом.

Кто радовался, кто ехал за романтикой, самоутверждением и доблестью, кто с честью собирался отдавать Родине долги. Кто надеялся выбраться из мясорубки с минимальными потерями.

Много рефлексии на тему воспитанного на идеалах поколения, не готового к тому, что мир не так прост и прозрачен, и к тому, что не все стоит принимать на веру.

«Он знал идеалы, он не знал жизнь.

• Мама, я приехал тебе сказать: мне трудно жить. То, чему ты учила... Ничего этого нет... откуда ты все это взяла?.. а это только начало. Как я буду жить дальше?»

  Кто-то из матерей ездил вымаливать или выкупать сыновей у военного руководства. Кто-то радовался, гордился : «сын защищает южные рубежи Родины». Кто-то просто надеялся и ждал.

  Казалось, что воспитай доблестных и честных - и будет героическая страна. А в итоге - как зайцы среди волков и лис.

  Кто-то считает себя жертвой, кто-то категорически не готов вызывать жалость.

  «Под Баграмом зашли в кишлак, попросили поесть. По их законам, если человек в твоём доме и голодный, ему нельзя отказать в горячей лепешке. Женщины посадили нас за стол и покормили. Когда мы уехали, этих женщин и их детей кишлак до смерти закидал камнями и палками. Они знали, что их убьют, но все равно нас не выгнали. А мы к ним со своими законами...»

  « Я хотел туда попасть, думая, что мы там нужны, мы там поможем. А как понял, что обманывался, хотел лишь уцелеть и вернуться обратно. Мы убивали, нас убивали. А вернувшись, я уже какой-то совсем другой, и мучаюсь, и вижу во сне погибших друзей, и взрывы, и стрельбу» - это не одного человека цитата, а множества... собирательная цитата, собирательный образ.

  А внутри этого образа - Разноголосица . Мнений и воспоминаний здесь приведено много, и разных. Воспоминания схожи, мнения не всегда.

  «Была книжная московская девочка. Мне казалось, что настоящая жизнь где-то далеко. И там мужчины все сильные, женщины красивые, много приключений. Хотелось вырваться из привычного...»

Кажется, именно это принято называть «чернухой» - много неприятного в одном месте? Но книга не очерняет своих героев... очерняет она войну и тех, кто ее инициировал, кто посылал туда солдат и морочил им голову... хотя как это- очернять войну ? Она ведь не белая изначально... и это описано без прикрас.
«кКто мы и почему мы позволили делать с нами все это?» - вот вопрос.

Кто-то с возмущением отметает слово «зря». Другие говорят его с горечью, гневом, печалью, скорбью.

После выхода книги и предварявшей ее статьи с выдержками в газете, Алексиевич было предъявлено несколько гражданских исков о защите чести, достоинства, и взыскании компенсации.
От тех, над чьими монологами можно рыдать, читая книгу, убежденных спустя время, что их перефразировали. Неправильно поняли. Выдумали. Они такого не говорили.

Были предварительные слушания.

«С. Алексиевич:

• Олег, я хотела бы тебе напомнить, как ты рассказывал и плакал, когда мы встретились, и не верил, что твою правду можно будет когда-нибудь напечатать. Ты просил, чтобы я это сделала... я написала. И что теперь? Тебя опять обманывают и используют... во второй раз.. но ты же тогда говорил, что уже никогда не наши себя обмануть?

• Вы говорите, что я должна ненавидеть государство, партию... А я горжусь своим сыном! Он погиб как боевой офицер. Его все товарищи любили. Я люблю то государство, в котором мы жили, СССР, потому что за него погиб мой сын. А вас ненавижу! Мне не нужна ваша страшная правда. Она нам не нужна!! Слышите?!»

  Был суд.

  Наверное, когда люди решили, что Алексиевич делает большие деньги на своих книгах, это превратило их в злобствующих химер. Матери превратились в истеричных, неприятных кликуш, меряющихся горем и потерями. «Что нам до матерей-афганок, мы своих сыновей потеряли».

  Н. Галовнева: «...эта книга опубликована за границей. В Германии, во Франции. По какому праву Алексиевич торгует нашими погибшими сыновьями? Добывает себе славу и доллары? Кто она такая? Если это мое, я рассказала, пережила, при чем здесь Алексиевич? Поговорила, записала наши рассказы, мы ей проплакали своё горе...»

  Из разговоров в зале суда:

Голоса из зала:
«-Дайте нам сказать... Матерям...

• Я больше знаю, чем все вы... мне сына в цинковом гробу привезли....»

  Были письма в суд.

  Это от бывшего «афганца» и «бывшего противника книги», как он сам себя называет:

Была литературная экспертиза, хоть и не инициированная, к его стыду, судом. Были слова и письма в защиту Алексиевич. Одно из них, от группы писателей-участников Великой Отечественной, отражает и мое восприятие книги. Я не увидела там грязи и ненависти. Я увидела там то же, что емко описали они:

«Уважая личное мужество солдат и офицеров, посланных сразиться в чужую, до этого дружественную страну, искренне разделяя скорбь матерей, чьи сыновья погибли в афганских горах, писательница вместе с тем бескомпромиссно разоблачает в этой книге все попытки героизировать позорную афганскую войну, попытки романтизировать ее, развенчивает лживую патетику и трескучий пафос. <...> Да, она не изображала их романтическими героями. Но лишь потому, что твёрдо следовала толстовскому завету: «Герой... которого я люблю всеми сидит души... был, есть и будет - правда».

Похоже, что сегодня рассматривать творчество С. Алексиевич только с литературной точки зрения невозможно – слишком сильно наше общество ополитизировалось и озлобилось. С одной стороны это очень грустно, так как искусство всегда существует ради искусства, а не нас с вами; с другой же стороны это шанс поговорить и хоть на полшажка приблизиться к истине.

Книга «Цинковые мальчики» повествует о событиях войны в Афганистане, ужасной войны с большим количеством жертв среди мирного населения и военных, войны, не принесшей ничего кроме боли, слез и смерти, войны, где не было понятия подвиг, ибо подвиг на заведомо неправедной войне невозможен. Там ломались судьбы, там отнимали жизни… Люди с телеэкранов сообщали, какая важная это война с геополитической точки зрения (за океаном было то же самое, я думаю). А обычный народ этому верил. Верил и был слеп. Об этом сказано в книге:

Сейчас многие говорят: «Нас обманули, нас подставили…» В одной из рецензий на эту книгу я прочитал

Прав был Бруно Ясенский, чьи слова я привел в качестве эпиграфа. Ведь все люди, не затронутые войной, не слышащие о ней или знающие только о «магнитофонах из Афганистана» были слепы. И это не самое страшное. Страшно, что люди не хотели прозреть и увидеть действительность. Им хорошо жилось и живется в уютных иллюзиях об интернациональном долге, «свободе, равенстве, братстве», когда перекладывается ответственность на плечи генералов и генсеков, президентов и фюреров. Тогда мы получаем самые страшные преступления в мировой истории. И вину страны разделяет ВЕСЬ народ без исключения. Принимающие решения, выполняющие эти решения, одобряющие, проклинающие, взывающие остановиться, но не услышанные. По-моему это самое главное, что нужно понять человеку, оглянувшись назад на мировую историю.

Когда я читал «Цинковых мальчиков», страшно было переворачивать страницу, страшно узнавать ту правду и тот ужас, что будет там, дальше. И все время ждал, когда же все это закончится, когда закончится поток этих кошмарных картин этой кошмарной войны. Перелистнул последнюю страницу. Понял, что никогда, что все это впечатано уже в меня, вплавлено, вырезано во мне, и этого не забыть, как бы ни хотелось.

Хотелось бы в заключении привести, по-моему, самые важные слова из книги:

Давайте будем чаще сомневаться. Тогда, может быть, мы сможем избежать многих ужасных ошибок и оставаться людьми.

Третья книга Светланы Алексиевич, которую я прочла. Я не знаю, какая лучшая из всех прочитанных мною. Все три разные истории – война, катастрофа, абсурдная война (афганская война – это ужас и кошмар), но все они настолько проникают в душу, настолько бередят сердце, что после всех вышеперечисленных произведений тяжело было продолжать жить, улыбаться и, самое ужасное, читать новые книги, более легкомысленные. «Цинковые мальчики» - книжка о тех мальчиках, которых забрали в Афганистан, а вернули родителям в гробах. Нет, конечно, были те, кто выжил. В книге представлены рассказы матерей погибших мальчиков, и выживших мальчиков (на момент написания книги они уже были взрослыми мужчинами), которые вернулись из этого кошмара. Читаешь эти истории и думаешь – как такое могло произойти, неужели все это правда? Вернувшиеся навсегда остались с «афганским синдромом». У каждого он проявлялся по-разному. Некоторые настолько привыкли к той мясорубке, что даже на воле продолжали убивать, и в этих убийствах прослеживался все тот же «афганский синдром». Самое ужасное это то, что они остались никому не нужны – ни родине, ни женам… Только матерям, да и те страдали, видя, что их мальчик стал другим. А сколько лжи было в этой войне. Особенно со стороны правительства. Вообще, СССР уважаю, но, когда читала эту книгу, такое гадливое отношение к этой стране сложилось, что у меня мурашки по коже бегали от ненависти. Почему люди не понимают, что жизнь одна, что у тех пацанов не будет возможности прожить счастливо свою юность – встречаться с девочками, петь песни на гитаре, учиться, жениться и прочее… Их покалечили. Морально. Физически. До конца жизни им снится война. Но это еще полбеды. Я же, например, помню в 90-е годы мужчин без ног или рук, которые побирались. Родители еще шепотом говорили: «афганец». Получает, он остался никому не нужен в переломный момент. Ни пособий, ни работы, ни средств к существованию. Каково ему – бывшему военному, мужчине, стоять с протянутой рукой? Наверное, под эту книгу я рыдала больше всего. Поражал патриотический настрой тех пацанов. Когда им приходила повестка, так они с радостью бежали в тот Афганистан, защищать родину. А уже через несколько дней родителям привозили цинковые гробы. Это ужасно. Растишь-растишь свое дитятко, холишь, лелеешь, а тут – раз – и какие-то твари не смогли что-то там поделить, а на эти «разборки» посылают ни в чем невинных пацанов… Сколько загубила афганская война жизней? Страшно и подумать. Алексиевич приводит цифры, но это были цифры только белорусских пацанов. А есть же еще Украина, Россия…
Эта книга меня пронзила насквозь, убила, раздавила… Какие еще необходимо подобрать слова, которыми можно было бы описать всю ту боль и ужас, который я испытывала, когда читала ее. Но, мы должны это знать! Должны знать правду о Второй мировой войне, о трагедии в Чернобыле (ведь тогда же замалчивалось о масштабах этой катастрофы), о войне в Афганистане. Мы должны это помнить… Мы должны незаанганжированные политикой истории. Правда всегда страшна и неприятно, но ее необходимо знать, чтобы понимать, как тебе повезло в жизни… Все познается в сравнении.

Всегда не очень жаловала жанр документалистики...Мне почему-то казались произведения этого жанра не очень интересными. Но книга "Цинковые мальчики" затянула. Она ужасна, и в то же время интересна. Это, на мой взгляд, очень тяжелая книга. Все события жутко реалистичны, может потому, что это происходило на самом деле. Как-то не особо верится, сейчас в мирное время, что где-то около 30лет назад погибали молодые парни за идею, идеологию нашей страны.. Трудно представить, что матери отправляли своих здоровых молодых сыновей в помощь дружескому народу, а получали их назад в гробах. Это печальная книга, но я думаю, что её нужно прочитать. Она дает четкое представление о том-какая,эта Афганская война.

Очередной роман в голосах знаменитой писательницы Алексиевич. На сей раз, он - соло множеств искалеченных голосов. Солдат, их жён и матерей. О том, что мы всегда были и будем безразличны нашей власти, мы - лишь пушечное мясо. ВСЕГДА. И в Великую Отечественную войну, и в войну в Чечне, в Афганистане, во время катастрофы на Чернобыльской АЭС... Им сказали "Вы идёте на благое дело ради своей страны", а они вернулись домой в цинковых гробах. Одна знакомая проводница поезда рассказывала мне, как в те годы укрывала мальчишек-срочников, которых отослали в Афганистан. Они готовы были выпрыгивать из окон поезда на ходу, кричали. Ей удалось спасти несколько жизней, высаживая ребят на промежуточных станциях.
Их не в чем винить, их нельзя винить. Они ведь слепо верили руководству своей любимой страны. Кто-то заплатил кровью, кто-то - рассудком, а кто-то своими детьми. Давайте не будем называть их убийцами, давайте просто будем помнить.

«Цинковые мальчики» – произведение написанное ушами и глазами, руками и ногами или тем, что от них осталось. Написанное болью и страхом. Болью. И. Страхом.
Афганистан – одно из самых мучительных воспоминаний в рамках истории СССР. Бессмысленная война во благо интернационала, что может быть хуже?
Материалом для повести Светланы Алексиевич послужили монологи людей, побывавших там, тех, что ели грязь, запивая ее кровью соотечественников, многочисленных вдов и матерей, успевших выслушать или услышать от других рассказы мужей и сыновей.
Но, как ни странно, ты не смотришь на текст как на собрание интервью. Складывается ощущение, что именно ты участвуешь в диалоге, что именно ты теперь хранитель етой боли, именно тебе с етим жить. Каждая крупица боли, каждая пролитая слеза, каждый не вернувшийся сын – теперь ето твое.
Война – ето не романтика, война – ето смерть. И на ету смерть шли солдаты: по своей воле или по приказу – неважно. Раз ты на войне, то своей воли у тебя уже не остается: либо приказ, либо враг народа, враг сослуживцев, враг себе: «Современное оружие увеличивает наши преступления. Ножом я мог бы убить одного человека, двух… Бомбой — десятки… Но я — военный человек, моя профессия — убивать… Как там в сказке? Я — раб волшебной лампы Аладдина… Так я — раб Министерства обороны… Куда прикажут, туда я и буду стрелять… Мне скажут: стреляй! Я не буду думать… Я буду стрелять… Моя профессия — стрелять…».
Книга – оборотная сторона войны с грязью и слюнями, запечатанными в цинковый гроб. Вот такой вижу ее - да, кажется, что она излишне жестока, излишне кровава и всё в таком духе, но никто не говорил, что правда должна быть красивой.
Конечно, легко высокопарно говорить, когда ты не был там, так же, как легко говорить, что война была зря, что людей посылали на верную смерть просто так. Ето мерзкое слово оставило людей вместе с собой, либо похоронило внутри себя, либо похоронилось внутри них:
«Не говорите при мне, что мы — жертвы, что ето было ошибкой. Не произносите при мне етих слов. Я не разрешаю. Мы воевали хорошо, храбро. За что вы нас? Я целовал на коленях знамя, я дал присягу. Мы так воспитаны, что ето свято, раз ты поцеловал знамя. Мы любим Родину, мы ей верим. Я люблю её, несмотря ни на что. Я ещё на етой войне, я ещё не вернулся…»
И ради чего все ето было? Южные рубежи – не защищены. Интернациональный долг – под сомнением. Люди – мертвы.

действительно исповедь. действительно голоса. голоса, которые нито слышать не хотел. Алексиевич кричала за них.
проза не для отдыха, не для кругозора, но для размышлений и слез. тот случай, когда час читаешь книгу, час обсуждаешьее с самой собой, а потом накатывает истерика "я не хочу жить в таком мире".
лучшее, что это книга дает - желание изменить хотя бы себя и близких. а затем и мир. изменить его, воспитав людей нового поколения. изменить = докричатся до милосердия, залежавшегося глубоко внутри человеческих сердец.
у меня возникла мысль: каким будет мир, когда мы заменим родительское поколение? мы ведь совсем другие. я искренне всей душой верю в нашу молодежь.
меня пугает, что мы станем такими же взрослыми, забудем о доброте и лояльности.
почему отрывки из книи не проходят в школе? боятся, что вырастут дети, не принмающие войну? те, кто откажется стать смертниками. кто заявит о бессмысленности насилия. ведь отсутствие войны им не выгодно. это деньги. все эти страдания. вся разруха, вся кровь, все слезы - в итоге: деньги.
почему об этой книге забыли. ее нужно помнить. ее читать важней, чем "онегина" и Достоевского. размышлять о "сущности бытия и человека" смешно, пока люди убивают друг друга, как убивали всегда.
"культура" - бессмысленное слово. в чем наша культура? мы игнорируем правду. не думаем о самом важном. при этом расуждаем о духовности и искусстве. разве "искусство" - это не жить пропуская через себя этот мир. чувствуя все его изъяны, как свои собственные.
я потеряла значене этих слов.искусство, культура.. я не знаю, ка творить без выражения в творчестве боли. и как не стать этой болью во плоти, взяв на себя невозможное: жить тем. что вокруг. ведь этого слишком много для человеческого сердца.
и последнее: на войне действительно нет героев. только жертвы и потери, человеческие, моральные. воевать не равно проявлять патриотизм. не всегда по крайней мере. и готовность умереть в любую секунду - не патриотизм. готовность умереть - узость мыслительного зрения.