Похититель детей

Обе стороны были обречены с того момента, как на Авалон ступила нога человека - в этом-то и заключалась простая и трагичная суть всего этого кошмара.

Хотелось убивать, и отказывать себе в этом он не собирался.

Пусть лучше они боятся меня. Я - дитя Дивных. Я - тень во мраке. Я перережу им глотки во сне.

- Что нам делать?! Что нам делать?!

• Как «что»? Умирать, глупенький.

Оказалось, что только долгие часы учёбы и упражнений дают возможность забыть обо всех бедах.

• Христиане. Они полны решимости очистить землю от всех, поклоняющихся Рогатому. Убивают друидов, жгут храмы, а порой и целые деревни, рушат каменные круги.
  

  Лицо Владычицы затвердело
  

  - Определенно, этому богу мира и любви нравится обагрять землю кровью.
  
  

Не подражай зверю, на которое охотишься - вряд ли животное обманешь его же собственным зовом.

Дерево есть сердце, Авалон - тело, а его обитатели - душа, и все три сущности соединены вместе, в единое живое существо.

Не знай я, какой ты болван - подумал бы, что в тебе живет дух Рогатого.

"Значит, любой ценой? Так, Питер?"

Кровь есть клан, а клан есть кровь

Извинения всегда опаздывают, хорошо, что есть сожаления.

Я думал о взрослых. И задавался вопросом, было ли это правдой: в самом ли деле они все дети, обернутые взрослыми телами, как детские книжки, запрятанные внутри скучных, длинных книг. Без картинок и диалогов.

У тебя на плечах голова или погремушка? - сказал Таннгност.

Поки-чмоки, - сказал Питер, срываясь с места.

— Владычица, — прошептал он. — Она похитила твою душу...

Они – сама природа, а природы всегда следует остерегаться.