Заповедник

Я решил спокойно все обдумать. Попытаться рассеять ощущение катастрофы,
тупика.
Жизнь расстилалась вокруг необозримым минным полем. Я находился в
центре. Следовало разбить это поле на участки и браться за дело. Разорвать
цепь драматических обстоятельств. Проанализировать ощущение краха. Изучить
каждый фактор в отдельности.
Человек двадцать лет пишет рассказы. Убежден, что с некоторыми
основаниями взялся за перо. Люди, которым он доверяет, готовы это
засвидетельствовать.
Тебя не публикуют, не издают. Не принимают в свою компанию. В свою
бандитскую шайку. Но разве об этом ты мечтал, бормоча первые строчки?
Ты добиваешься справедливости? Успокойся, этот фрукт здесь не растет.
Несколько сияющих истин должны были изменить мир к лучшему, а что произошло
в действительности?..
У тебя есть десяток читателей. Дай Бог, чтобы их стало еще меньше...
Тебе не платят - вот что скверно. Деньги - это свобода, пространство,
капризы... Имея деньги, так легко переносить нищету...
Учись зарабатывать их, не лицемеря. Иди работать грузчиком, пиши
ночами. Мандельштам говорил, люди сохранят все, что им нужно. Вот и пиши...
У тебя есть к этому способности - могло и не быть. Пиши, создай шедевр.
Вызови душевное потрясение у читателя. У одного-единственного живого
человека... Задача на всю жизнь.
А если не получится? Что ж, ты сам говорил, в моральном отношении
неудавшаяся попытка еще благороднее. Хотя бы потому, что не
вознаграждается...
Пиши, раз уж взялся, тащи этот груз. Чем он весомее, тем легче...
Тебя угнетают долги? У кого их не было?! Не огорчайся. Ведь это
единственное, что по-настоящему связывает тебя с людьми...
Оглядываясь, ты видишь руины? Этого можно было ожидать. Кто живет в
мире слов, тот не ладит с вещами.
Ты завидуешь любому, кто называет себя писателем. Кто может, вытащив
удостоверение, документально это засвидетельствовать.
Но что же пишут твои современники? У писателя Волина ты обнаружил:
"...Мне стало предельно ясно..." И на той же странице:
"...С беспредельной ясностью Ким ощутил..." Слово перевернуто вверх
ногами. Из него высыпалось содержимое. Вернее, содержимого не
оказалось.Слова громоздились неосязаемые, как тень от пустой бутылки...
Ах, не о том, не о том зашла речь!.. Как надоели вечные твои уловки!..
Жить невозможно. Надо либо жить, либо писать. Либо слово, либо дело. Но
твое дело - слово. А всякое Дело с заглавной буквы тебе ненавистно. Вокруг
него - зона мертвого пространства. Там гибнет все, что мешает делу. Там
гибнут надежды, иллюзии, воспоминания. Там царит убогий, непререкаемый,
однозначный материализм...
И снова - не то, не то...
Во что ты превратил свою жену? Она была простодушной, кокетливой,
любила веселиться. Ты сделал ее ревнивой, подозрительной и нервной. Ее
неизменная фраза: "Что ты хочешь этим сказать?" - памятник твоей
изворотливости...
Твои безобразия достигали курьезов. Помнишь, как ты вернулся около
четырех ночи и стал расшнуровывать ботинки. Жена проснулась и застонала:

• Господи, куда в такую рань?!.
• Действительно, рановато, рановато, - пробормотал ты.

А потом быстро разделся и лег... Да что тут говорить...
Утро. Шаги, заглушаемые алой ковровой дорожкой. Внезапное прерывистое
бормотание репродуктора. Плеск воды за стеной. Грузовики под окнами.
Неожиданный отдаленный крик петуха...
В детстве лето было озвучено гудками паровозов. Пригородные дачи...
Запах вокзальной гари и нагретого песка... Настольный теннис под ветками...
Тугой и звонкий стук мяча... Танцы на веранде (старший брат доверил тебе
заводить патефон)... Глеб Романов... Ру-жена Сикора... "Эта песня за два
сольди, за два гроша...", "Я тобою в Бухаресте грезил наяву...".
Выжженный солнцем пляж... Жесткая осока... Длинные трусы и следы
резинок на икрах... Набившийся в сандалии песок...
В дверь пос

• К телефону!
• Это недоразумение, - говорю.
• Вы - Алиханов?

ов?