Поменяй воду цветам

Положи передо мной три любых зарубежных романа  в русском переводе, и я, скорее всего, безошибочно угадаю французского автора. То же произойдёт и с выбором среди кино. Правда: есть во французской литературе что-то… французское) Деликатность наряду с интимизацией, полетность фразы, тонкий юмор «за ширмой» любой темы, а ещё назойливый аккордеон и раскатистый «р», не идущие из моей головы (как я все это люблю ). Какая-то перманентная чувствительность (чувственность у испанцев), водяным знаком присутствующая в каждом развороте романа. Как если б ты был приглашён погоревать о любви за чашкой жасминового чая. Не навзрыд с похмельным сожжением свидетельства о браке, а слегонца приуныв. #иэтопроходит

Роман Перрен как раз такое «приглашение». В дом смотрительницы кладбища. Да-да) С таким местом действия и главной героиней ожидаемый сюжет крутится вокруг историй лежащих под надгробиями «жильцов». И первую четверть романа так, в общем-то, и происходит. Но потом фабула начинает вальсировать, а сюжет приобретать «вкус». (Естественно, о нем я вам не расскажу )

Роман абсолютно женский! И в этом его единственный минус для меня)) Что ни говорите, феминистки от литературы, а все же разница есть. Я не фанат женского письма. Только если в охотку, раз в пятилетку что-нибудь прочесть из «сопливого». Это как сдуру купить красные шпильки 15см: «Буду носить! Я же женщина» (потом они валяются мертвым грузом несложившейся карьеры куртизанки). 

Но Перрен выглядит неплохо. Даже хорошо. Приятное атмосферное чтение. Ноябрьское или, наоборот, июньское, зелёное (сами поймёте, почему). «Поменяй воду цветам» вполне можно назвать современной сказкой, в которой события порой кажутся «киношными», а случайности до невероятности неслучайными. В которой есть своя «Золушка» (причем в прямом смысле - Проппу привет). Автору удивительным образом лексически удалось добиться ощущения призрачности главной героини, «умертвить» ее на уровне языка, будто в конце романа все окажется фарсом, а героиня - не смотрительницей кладбища, а его постояльцем. Она и вправду мертва - в ней нет жизненной силы (до поры до времени). Почему? Узнайте сами. 

Интересный многослойный торт.
Начало книги и аннотация настраивает читателя на неспешную прозу смотрителя кладбища, явно иностранного. Идут заметки, наблюдения, мысли... и лишь только позже понимаешь, какая большая паутина разрозненных событий вырисовывает сюжет. Мне в целом нравится такая игра с читателем, но, конечно, было пару моментов, когда пытаешься понять от чьего же лица сейчас происходящее описывается. В итоге по жанру книга и роман, и драма, и отчасти детектив... Многослойный торт. Рассказывается об окружении главной героини - её супруге, друзьях, коллегах по работе. Разные линии переплетаются и читатель плавно из драмы переходит в детектив, из детектива в роман. Очень атмосферная книга - кладбище, приведения), сад, цветы, железная дорога, море, замок, пони... Сложные судьбы у героев. Много точных мыслей подмечено, даже моя любимая озвучена - что надо уметь вовремя уходить, только другими словами:

Книга зашла, хотя читалась размеренно, 4,5 из 5.

Это роман французской писательницы о любви, смерти и о жизни. Представьте себе Францию, Бургундию, сады, цветы и... кладбище.
Удивительно, что такое необычное место может быть уютным и умиротворяющим.
Я была на разных кладбищах, на христианских, мусульманских, иудейских. На кладбище, где похоронен мой папа - мрачно. Северный лес всегда казался для меня немного устрашающим. Тесные деревья, мрачные ели, слишком много веток и мало солнца. Тёмные кресты и ограды. Слишком мало светлых тонов. Оказывается, смотритель кладбища может быть очень значимым в жизни других людей, когда с любовью делает свою работу, наливает чай у себя дома для посетителей, и выслушивает тех, кто пришёл скорбеть. На похоронах папы, смотритель кладбища обратился ко мне только лишь с одним вопросом, произнеся весьма равнодушным голосом:

• Вот тут можете сохранить ещё одно место и мы можем поставить ограду, как вон у той могилы. Хотите?
• Да...
• Тогда с вас 25 тысяч рублей, прямо здесь и сейчас.

  Но не везде так, где-то может быть совсем иначе...

  Иудейские кладбища мне понравились гораздо больше. Много белого камня, светлого. Нет мрачных елей вокруг, да и погода над иудейскими кладбищами в Израиле почти всегда солнечная.

  Но самое запоминающееся для меня кладбище было в Горненском монастыре в Иерусалиме. Однажды я приехала туда с экскурсией, когда была в Израиле всего год, или два. Я спустилась от храма вниз по дорожке, окружённой цветами и натолкнулась на ворота, где было написано доброе приветствие, приглашающее войти в гости. Это оказалось кладбище монахинь. Какое же уютное оно было. Умиротворяющее. Там было приятно находиться... Цветы, широколиственные деревья, ухоженные могилы, свечи и лампады... Именно такое кладбище мне представлялось, когда я читала эту книгу.

  Повествование романа обволакивает своей неспешностью, своим размеренным ходом. Его не хочется читать залпом, его хочется "отпивать" по чуть-чуть, маленькими глотками, как будто наслаждаешься дорогим вином, ощущая его вкус и разгадывая его букет ароматов. Автор переносит тебя из прошлого в настоящее, из настоящего в прошлое, и ты как будто качаешься на волнах времени, лёжа на спине и вглядываясь в синее небо.

Редко, когда книги приносят такое сладкое чувство умиротворения.