Это не лечится

Главная героиня повести - Аня. Ей семнадцать лет. Она учится в выпускном 11 "А" классе. Живёт в городе Киров. Со стороны кажется, что девушка живёт обычной жизнью подростка. Ходит в поход с классом и на школьную дискотеку. Готовится к экзаменам и ездит летом на море. И только Аня знает про свою странность. Она живёт в своём мире. Ей часто видится опасность для родных и близких. И для того, чтобы спасти их, необходимо выполнить определённые ритуалы: 20 раз включить и выключить свет в комнате, 4 раза помыть руки и т. п.

Героиня книга - это сама автор. И до 25 лет она скрывала, что с ней происходит. Оказалось, у нее обсессивно-компульсивное расстройство.

И это лечится.

Когда-то я слышала этот "диагноз" - обсессивно-компульсивное расстройство. Но не знала, как оно проявляется и вообще выглядит. После прочтения книги я решила побольше узнать об этом.

Думаю, книга будет полезна подросткам. Не страшно говорить о своих "странностях". Страшно жить с ними один на один.

Повесть небольшая, прослушала аудио за пару часов, пока занималась домашними делами. Это кусочек жизни семнадцатилетней Ани, у которой обсессивно-компульсивное расстройство, но она пока об этом не знает и тщательно скрывает свои ежедневные многочасовые ритуалы от окружающих. Например, чтобы не так бросалась в глаза привычка мыть руки по 150 раз в день, в школе делает это в туалетах на разных этажах. Но дети чувствуют в однокласснице странности, и поэтому друзей у нее толком нет, пока в выпускном классе не появляется новенький Вадим Неустроев, еще более странненький с его интересом к теме смерти и сведением на нее любого разговора, от существования Бога и произведений Льва Толстого до сталинизма. Вадим из-за этого сменил уже с десяток школ, потому что в каждой из них неизменно начинались жалобы одноклассников, родителей и учителей, но в Аниной прижился - во многом благодаря Ане, с которой оказался за одной партой, и два изгоя подружились.

Еще более странная, чем Аня, у которой хотя бы диагноз есть, пусть и пока не поставленный, ее мама - медик, помешанная на чистоте вплоть до стерильности и с очень пугающими загонами в голове. Притащить ребенка на море, но запрещать купаться? Заставлять по пять раз мыть с мылом овощи и фрукты? Нагонять тревожность рассказами о микробах и вездесущих инфекциях? Как бы неудивительно, что с такой обстановкой дома у девочки развилось ОКР. Окончательно меня добила правда про дедушку,

Параллельно Аня рассказывает короткие жизненные истории одноклассников (с заглядыванием в будущее, о ком-то на пять лет, о ком-то на тридцать пять), учителей, соседей по району и случайно встреченных людей, например, соседки по палате в больнице. Общий тон повести минорный, хтоничный, о том, как все плохо в глубинке России, и как даже в скверной погоде виновато правительство и лично Путин, создавалось впечатление, что автор поставила себе цель поставить галочки в 64 пунктах, обязательных для описания суровых реалий российской жизни: малолетние шалавы, алкаши, толстые орущие тетки, врачи без профессиональной этики, краска слоями, серый апрель, Путин, который как будто смотрит на каждого и заставляет его любить (не шучу, это прям в тексте так написано), раздолбанный общественный транспорт, унылая турбаза, бесполезный молочай и так далее.

Не жалею, что прочитала, но вот эта привычка современных отечественных авторов ныть о том, как все вокруг ужасно, уже малость поддостала. Притом что в последние годы стало заметно, что стабильно ужасно им всегда вообще без разницы, где они находятся, как в старом анекдоте про мух.

Автофикшн об ученице выпускного класса с ОКР.

Ане 17 лет, и ей предстоит последний год учёбы в обычной школе обычного Кирова.
Остаток лета на море, неуютная осень, холодная зима, грязная весна.
Мёртвый дедушка, о котором мать так и не собралась никому рассказать - не вынесла бы чужого сочувствия.
Странная дружба с Вадимом, повёрнутым на смерти.
Череда учителей со своими тараканами.

Поверх всего этого - множество ритуалов, без которых обычный день может и не состояться. Трижды вымыть руки на трёх этажах, чтобы не спалиться. Переписать одно и то же слово 50 раз. Досчитать до 64, чтобы не дай бог...

Очень личная повесть о прощании с детством, о взрослении и выборе дальнейшего пути.
О тревожности и её преодолении. Нет, это не лечится. Но если постараться, можно сделать жизнь вполне сносной.

Приятный язык, образные сравнения, возможность вспомнить себя в этом возрасте и провести некие параллели.

...а я смотрю в окно и вижу пятиэтажку, стоящую торцом, обречённую на дожитие, - и мне становится грустно, что всё как везде...

Книгу я заметила в подборке проекта «Читаем Россию». Будучи родом из Кирова, сразу заинтересовалась, читать о знакомых местах всегда особенно увлекательно.

Повесть читается легко, в ней много ярких цитат и забавных сравнений.

Но поначалу я запуталась с временным промежутком. В самом начале стоит эпизод о шторме в Анапе и «нефтяном пятне», возникает ощущение, что действие происходит совсем недавно. Однако дальше, школьные дискотеки с песнями нулевых, походы на рынок вместо супермаркетов, и становится ясно, что время другое. И действительно, события относятся к 2008–2009 годам.

Неоднозначным показался момент с губернатором. Из-за автобиографического стиля создаётся впечатление, что автор описывает реальные события и людей. Понятно, что это художественная литература и персонажи вымышлены, но типажи узнаваемы, такие встречались у всех: в школе, дома, в быту. Именно поэтому история про вымышленного «кировского губернатора» сбивает с толку: в реальности ничего подобного в Кирове не происходило. Но это уточнение скорее для тех, кто так же выбрал книгу из проекта «Читаем Россию».

Зато линия с ОКР получилась сильной. Сегодня, когда диагнозы вроде ОКР, СДВГ и т. п. многие «назначают» себе сами, не разбираясь и не обращаясь к специалистам, книга показывает, как на самом деле выглядит болезнь. Автор честно рассказывает, как симптомы влияли на её жизнь. И, наверное, именно в этом ценность текста: он расставляет границы между особенностями здорового человека и настоящим расстройством.

С помощью повторяющихся действий Аня Тарасова обретает власть над временем и судьбой. Вадим Неустроев в свои семнадцать знает о смерти практически всё. Алексей Гущев может выжить в лесу. Семидесятилетняя Римма Павловна собралась жить вечно. А у Надежды Егоровны, несмотря на бесплодие, есть сын. И это не какие-то марвеловские супергерои в плотнооблегающих костюмах, а обычные в своей необычности кировчане.

Аннотация предлагает читать «Это не лечится» как книгу об обсессивно-компульсивном расстройстве. Сразу думаешь о страданиях невротичной героини, чья кожа на руках истрескалась и кровоточит от бесконечного мытья, а губы постоянно шевелятся, шепча порядковый номер повторяющихся действий. Но на компульсивности героини как чём-то болезненно ненормальном автор заостряет внимание лишь раз. Сама же Аня не знает жизни без магического мышления и навязчивых тревожных мыслей, они давно неотъемлемая часть её личности. Выросшая под присмотром матери, бегом кидающейся протирать спиртом все поверхности и менять казённое постельное бельё на привезённое из дома, едва переступив порог номера в санатории, Аня привыкла считать признаки ОКР своей маленькой особенностью. Беда в том, что и другие люди, толерантно признающие наличие у всех своих тараканов и смотрящие на этих тараканов сквозь пальцы, предпочитают не замечать Анину проблему.

Учитывая количество героев и сюжетных линий, «Это не лечится» вполне можно считать не повестью, а романом. Этот небольшой двухсотстраничный текст изнутри в разы больше, чем снаружи. Открывая его, ты видишь перед собой не узкий коридор магистральной сюжетной линии, а Борхесовский сад троп, который, может, и не изобилует вариантами интерпретаций, зато богат на увлекательные сюжеты и запоминающиеся образы. Это одновременно и галерея портретов маленьких людей, и хроника жизни в провинциальном российском городе в 2010е, и ироничный взгляд на взросление, и лиричный рассказ о первой любви, и история болезни, причём не только главной героини. Читатель может выбрать, какая тема для него актуальнее, и изучить художественный мир сквозь неё, а может отказаться от выбора и не только ничего не потерять, но даже приобрести.

Семнадцатилетняя девочка Аня живет в небольшом городе Киров, она не сразу понимает и осознает, что: мыть руки по 4 раза, для спасения друзей от неизлечимой болезни и переписывание одного и того же слова по 50 раз, чтобы не началась война - это не совсем обычный способ решения проблемы. 

Это обессивно-компульсивное расстройство, где «обессия» - непроизвольная навязчивая пугающая мысль, а «компульсия» - странное утомительное действие для избавления от этой мысли.

И никто лучше самого автора Анны Лукияновой не сможет это передать, так как она живет с этим расстройством на протяжении 20 лет. 

Такая маленькая и в тоже время глубокая книга. А больше всего мне понравилось, что не смотря на сложность темы, в романе присутствует юмор, от которого непроизвольно начинаешь смеяться.

Ну, скажу честно, читать начал только после того, как увидел книгу у нескольких книжных блогеров, на которых подписан. При этом о книге хорошо отзывались.

Прочитал. И... Ну, вот вообще никак. Не тронуло ничего, кроме послесловия автора.

Уже на первых страницах меня очень смутило слово "завучиха". Понимаю, конечно, стремление всему давать феминитивы, но.. Завуч всегда был завучем. А тут завучиха. Зато женщина-врач - просто врач. Почему не врачиха? Будьте любезны уж везде тогда гнуть свою линию с феменитивами, а не только в одном конкретном случае.

Дальше. Ощущение, что книгу написала девочка-нимфоманка, помешанная.. Ну, вы понимаете на чем. Упоминаний секса и чего-то подобного больше, чем упоминаний навязчивых мыслей, и борьбы с ними. А книга, если что, про Аню с ОКР.

Это не история о взрослении, понимании своей болезни и принятии её, как заявлено даже в аннотации. А вот "история о том, как девочка Аня с ОКР из 11 "А" доучилась в школе и сдала экзамены" - да. Намного ближе к теме. Никакого взросления, никакого становления и принятия.

В общем.. Ни о чем, как по мне. Ждал чего-то более серьёзного и глубокого.

Пару цитат для себя пометил, но я бы не сказал, что глубокие... просто интересные:

Говорить нельзя. Никому. Просто не поймут. Это ведь невозможно понять, даже со скидкой на дружбу или просто какие-то хорошие отношения. Если сказать, никакого хорошего отношения не остается и в помине. Посмотрят как на сумасшедшую. И это в лучшем случае. В худшем… вот даже подумать об этом невозможно.

Это ненормально. Поэтому… не стоит никому говорить. Надо. Ох, как тяжело, ну вот надо как-то привыкнуть, найти способ скрывать, максимально дистанцироваться, чтобы не выдать себя случайно. Близость слишком опасна. Надо просто закрыться и всё. Да, точно. Просто закрыться. Это единственный выход.

Роман Анны Лукияновой «Это не лечится» - история, в которой единственным выходом оказывается закрыться от окружающих. И даже от самого себя.

«Такое не скажешь. Такое только про себя сглотнешь. Уронишь на дно живота, не живота-маяка, как у девочек, а живота-булыжника. Поэтому лучше, чтобы ничего не спрашивали»

Девочка Аня учится в 11 классе. Готовится сдавать ЕГЭ, плохо представляет себе жизнь после школы. ходит на уроки, наблюдает за учителями и учительницами, отправляется в поездку с классом на выходные. Сидит за одной партой с новеньким. Ходит на физру, где учительница учит избавляться от негативной энергии. Смотрит в окно. После уроков торопится домой. Замечает как в родной город приходит зима. Аня остро, до боли в груди, чувствует свою обособленность и уязвимость. Потому что Аня в самом деле, не такая как все. Она об этом точно знает и как умеет закрывается от всех и вся. Если ты странный, не стоит лишний раз о себе напоминать… Хотя, если задуматься, все окружающие немного странные.

«Это когда прячешься от других, кажется, что с тобой все не так. А вывернешься наружу, посмотришь за угол — там у каждого свое, аномальное. И тогда тебя осеняет: в этом отклонении от нормы и есть человеческая норма»

Меня подкупило… о, я даже не могу выбрать что-то одно. История Ани (биографичная книга, да, в какой-то мере автофикшн) подкупила безусловно. Самоощущение, уязвимость, слабость, вина, ненависть к себе, нелюбовь. Одиночество. Отзывалось многое, написано так, словно из моей головы в 15 лет кто-то вел прямое вещание и в итоге написал эту книгу. Да, это очень понравилось. Но еще больше меня зацепили характеристики, которые давала писательница.

«В молодости ему говорили, что он это перерастет, а он не перерос, он — врос. В свои почти сорок неугодным псом перебрался жить в школьную конуру. И стало ему так хорошо, что никакая женщина этого уже не исправит»

Учителей, учительниц, их любви и одиночества, разбитых браков и нелепых историй. Анна Лукиянова использовала такие метафоры и такие описания, что я копировала цитаты целыми кусками, абзацами. Мне хотелось сохранить себе как можно больше текста, хотелось перечитать еще и еще. Потому что здесь я, наоборот, ничего не узнавала, для меня было так странно примерять эти метафоры и описания на окружающий мир. Мне так нравилось посмотреть на привычные вещи под другим углом. Примерить на себя это новое ощущение. Как будто бы я оказалась в чужой голове и увидела знакомые вещи совершенно другими глазами. Настолько другими, что невольно расширяются зрачки и глядишь изо всех сил, боясь что-то упустить.

«Нет, это тесно, как в хрущевке. В хрущевке поэтому счастливых семей по пальцам одной руки пересчитать можно: любви воздух нужен, иначе она из чувства превращается в симптом. Начинает болеть голова. Невролог говорит: мол, спазм сосудов, а на самом деле это спазм пространства. Потолок давит, стены давят, вещи размножаются одна об другую и окончательно выдавливают. Как тут любить, когда дышать нечем?»

Еще чуть-чуть и я скачусь к дифирамбам, так мне понравилась эта книга. Я абсолютно предвзята и субъективна, мне сложно сказать что-то адекватное. Очень понравилось. Классная.

Депрессивная книга, вязкая. Она создавала ощущение, что ничего хорошего не будет. Только вот такая же беспросветность, однообразие и тревога. И это как нельзя хорошо передает ощущения при ОКР. К сожалению, мне отчасти знакомо состояние главной героини Ани, когда навязчивая уверенность заставляла совершать какие-то бессмысленные ритуалы ради того, чтобы что-то не случилось или чтобы все было хорошо. Во время выхода из дома трижды сказать определенную фразу, чтобы не случилось беды. Дважды подергать ручку двери, после того, как закрыл ее на ключ. Это расстройство цвело во мне не буйным цветом, на выполнение "ритуалов" уходило не так уж много времени, да и вряд ли это было настоящее ОКР. И умом я понимала, что все чушь, никакие подсчеты встреченных по дороге собак и кошек не сделают мой день хорошим или плохим и тем более не уберегут близких от смерти, но без этого мне становилось тревожнее. Сейчас уже все хорошо, и если я что-то и делаю из подобного, то скорее по привычке, и точно не впадаю в панику, если вдруг забыла.

Но тем не менее, Аню из книги я понимаю достаточно хорошо, чтобы не говорить "все фигня, девочка дурью мается и настоящих проблем не видела, вот и выдумывает все". Тем более, у нее непростой период: близится окончание школы, а дальше надо куда-то податься. В школе не слишком-то уютно, что-то вроде дружбы у героини сложилось только с одним мальчиком (тоже не без "странностей" - он очень интересовался смертью, и школьные уроки интересовали его лишь с позиции как кто умер). Родители, я бы сказала, только усугубляли состояние, а может даже были первопричиной. Отца почти и не заметно в книге. Ну а мать сама не без психических проблем с ее манией к санитарии (В море не купайся, там всякие бациллы! Руки мой почаще! И постельное белье в поезде надо поменять на свое, а то может они и не стирали его как следует!) и боязнью сочувствий от окружающих по поводу смерти отца. Хоть последнее и звучит странно, но вполне понятно: если окружающие о чем-то не знают и не говорят, можно притвориться, что этого и не было и пока не переживать.

Книга вышла хоть и не радостная, но полезная. Чтобы все страдающие знали, что такое может быть с каждым и это не приговор. О таком можно и нужно говорить без страха, что упрячут в дурку или еще что. И можно построить хорошую счастливую жизнь, научившись с этим жить.