М.Ю.Лермонтов Собрание сочинений в четырех томах. Том 4

Флэшмоб 2012 (9/24)

История души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее истории целого народа, особенно когда она – следствие наблюдений ума зрелого над самим собою и когда она писана без тщеславного желания возбудить участие и удивление.

В школе мы детально проходили «Героя нашего времени». Почти целую четверть. Недели три сидели на теме дуэли Печорина с Грушницким. Тогда это воспринималось как вселенское занудство и начало урока встречалось безмолвным, но дружным стоном. Видимо моя острая нелюбовь к школе и желание забыть ее включило какой-то защитный механизм в мозгу, и я действительно теперь мало, что помню. Но с каким удовольствием и интересом я сейчас вернулась бы к тем урокам литературы. Теперь я понимаю, как велико было желание нашей учительницы вложить в наши души или хотя бы просто в головы понимание того прекрасного, что создал Лермонтов в свои (мамадорогая) 24 года. (Какая непростительная халатность, какое преступное транжирство талантом! Таких людей надо сажать в их имении под замок на хороший паек и выдавать бумагу с чернилами. Диспансеризация раз в полгода. По понедельникам плановый осмотр у врача. Вот пусть сидят и творят! Стреляться вздумали! Под замок!) Только сейчас пришло мое время полюбить эту книгу. Это же сокровище!

Роман состоит из пяти рассказов. Они идут не в хронологическом порядке. В их очередности тонкая и красивая логика. Лермонтов интригует читателя Печориным. В «Бэле» он фигурирует как действующее лицо драмы. В «Максим Максимыче» читатель мимолетно встречается с ним лично. Ах, милый Максим Максимыч, изболелось за Вас мое сердце! А в дальнейшем мы уже имеем возможность полностью погрузиться в его внутренний мир, смотреть его глазами и вместе чувствовать полную душевную пустоту. Быстро утрачивая чувствительность к чему или кому-либо, он пытается ее в себе разжечь. Но все чувства сгорают со скоростью сухой соломы в горниле депрессии этого человека. Человека, безусловно, умного, тонкого психолога. Он бесстрастно и отстраненно изучает и людей и себя, наблюдая и рассуждая с холодностью и расчетливостью хирурга. Себя он не оправдывает. Это до какой степени безразличия ко всему нужно дойти.

За несколько верст от Ессентуков я узнал близ дороги труп моего лихого коня; седло было снято – вероятно, проезжим казаком, - и вместо седла на спине его сидели два ворона. Я вздохнул и отвернулся…

Всё, чего он касается, превращается в пепелище или корм для падальщиков. Человек удивительно разрушительного свойства. Душевная такая инвалидность, полное бессердечие. Он абсолютно пуст. Я была уверена, что буду ненавидеть его. Как ни странно, сейчас я ему сочувствую.
Кстати, впервые с Печориным читатель встречается в незаконченном романе Лермонтова «Княгиня Лиговская». Из него мы узнаем о детстве Печорина, его семье, воспитании и пылкой юношеской любви к Вере. Именно ее он встретит на Минводах в «Княжне Мери». Можете себе представить, это Печорин еще тех времен, когда «честь невинной девушки была еще для него святыней».

Мне жаль тебя, Печорин!

Каково? Этой крылатой фразе, оказывается, без малого 200 лет.

Первая повесть, открывающая единственный роман Лермонтова "Герой нашего времени". Первая она и еще в одном качестве, это первое относительно крупное произведение русской литературы на кавказскую тему, затрагивающее взаимоотношения горцев и русских.

Это, конечно, важный аспект и его нельзя не учитывать, но главная задача вступительной повести познакомить читателя с типажом человека, которого автор предлагает в качестве "героя нашего времени". Думаю, не секрет, что Печорин - это своеобразная реинкарнация самого Лермонтова, в их судьбах много общего: оба они были увлечены светской жизнью, оба пережили разочарование в ней, оба страдали от скуки и хандры, оба впали в немилость и высланы на Кавказ. Лермонтов попал туда за "вольномыслие", причина высылки Печорина не уточняется, но, возможно, она та же, ведь он тоже пробовал писать. Но это и не важно, за что он был выслан, в любом случае был какой-то выраженный протест, в мыслях ли, в поступках ли, но он был.

Печорин, как и Лермонтов, отличается быстрым и острым умом, наблюдательностью, способностью к анализу, умением читать в душах людей, высоким уровнем культуры. И самое главное их общее свойство - они оба злы. Помните нашего замечательного поэтического пародиста Александра Иванова, того который вел передачу "Вокруг смеха"? Вот в нем было что-то неуловимо лермонтовское, так вот он был очень зол и честно в этом признавался.

Печорин откровенно не любит этот мир, он считает себя выше всего, с чем ему приходится сталкиваться, он считает себя вправе брать все, что ему хочется. Этим героем Лермонтов предвосхищает Раскольникова с его сакраментальным "Тварь ли я дрожащая или право имею", и сверхчеловека Ницше, он несет в себе силу презрения к этому миру и ощущает право покорить и завоевать его.

Эти качества подчеркивает его фатальность, его уверенность в том, что случай и удача хранят его и всегда на его стороне. Что это - некая трансформация веры в бога или блаженная вера в собственную исключительность и избранность? И снова не могу не сравнить автора и героя, Печорин с удалью на риск в "Тамани" и "Фаталисте", Лермонтов делает то же самое, ввязываясь в каждую новую дуэль.

Увлеченность Печорина юной черкешенкой - это нечто совершенно новое для него, совершенно неизведанное. И он, такой умный и проницательный, не может пройти мимо, сам факт того, что он ничего не значит для этой непонятной для него девушки, уже заставляет его мобилизовать весь свой богатый потенциал, чтобы привлечь её внимание.

Но будущая трагедия заключается в том, что всё, что делает Печорин, завоевывая Бэлу, это проявление исключительного эгоизма, он сконцентрирован на обладании, а это - самое трудное с гордой горянкой. И это делает игру такой увлекательной и захватывающей. Печорин играет и уверенно ждет выигрыша.

Воспользовавшись слабостью и подлостью Азамата, Печорин похищает княжескую дочь, но он не торопится брать её силой, этого ему не нужно, он прекрасно понимает, что истинное обладание не может состояться насильно, девушка должна сама захотеть отдаться ему, и "герой нашего времени" совершает поистине героический поступок, он находит ключик к сердцу неуступчивой горянки, уповая на искренность и жалость.

Но, сорвав самые яркие цветы и насладившись ими, он снова сталкивается с той же самой скукой, которая преследует его эгоистичную натуру. Всё, что будет дальше - ему неинтересно и предсказуемо, он снова в той же западне, а плачущая влюбленная в него Бэла начинает раздражать и утомлять. Он уже выплеснулся, его "любовь" эякулировала, а "всякий зверь после наслаждения печален".

Этим и объясняется каменное лицо Печорина на похоронах Бэлы, так же, наверное, чувствует себя маньяк при виде трупа своей жертвы. И, хотя её убил Казбич, Печорин не мог не понимать, что главная причина смерти юной княжны - это он сам.

Вот он - герой вашего времени - показывает Лермонтов своего Печорина читателю, он же плоть от плоти порождение отцветшего романтизма, в нем так много от Байрона, от Онегина, но не ждите от него высоких чувств, не ждите пользы для общества, он истребляет жизнь вокруг себя и рано или поздно истребит себя самого. Это оправдается и для героя, и для автора.

И все же я бы отказался от полного отождествления Печорина с автором, Лермонтов не смог преодолеть себя в реальной жизни, но он смог встать над собой в своих произведениях, и тем самым стать выразителем чувств, чаяний и настроений свой эпохи.

"Что ж? умереть так умереть! потеря для мира небольшая; да и мне самому порядочно уж скучно. Я - как человек, зевающий на бале, который не едет спать только потому, что еще нет его кареты. Но карета готова... прощайте!.."

Есть у меня несколько любимых книг из школьной программы, которые люблю регулярно перечитывать, и "Герой нашего времени" - одна из них, пожалуй, даже самая любимая...

Много об этой книге написано великолепных отзывов и критиков, и литературоведов, и здесь на ЛайвЛибе на эту прекрасную книгу отзывов предостаточно - к чему повторяться? Поэтому моя рецензия - исключительно личные впечатления (без подробного анализа произведения), так сказать, несколько мыслей на тему...

"И много других подобных дум проходило в уме моем; я их не удерживал, потому что не люблю останавливаться на какой-нибудь отвлеченной мысли. И к чему это ведет?.. В первой молодости моей я был мечтателем, я любил ласкать попеременно то мрачные, то радужные образы, которые рисовало мне беспокойное и жадное воображение. Но что от этого мне осталось? одна усталость, как после ночной битвы с привидением, и смутное воспоминание, исполненное сожалений. В этой напрасной борьбе я истощил и жар души, и постоянство воли, необходимое для действительной жизни; я вступил в эту жизнь, пережив ее уже мысленно, и мне стало скучно и гадко, как тому, кто читает дурное подражание давно ему известной книге".

Роман (или повесть? путевые записки? мемуары Печорина?), отношение к которому практически не меняется со временем. Удивительное дело: ты меняешься, взрослеешь, но по-прежнему стрепетом читаешь страницы, посвящённые жизни Григория Александровича Печорина.

- Зачем же подавать надежды?

• Зачем же ты надеялся? Желать и добиваться чего-нибудь - понимаю, а кто ж надеется?

  Образ как собрание пороков (из предисловия книге) превратился для меня наоборот в собрание достоинств. Сила и благородство, решительность и смелость (повторяю, что я пишу исключительно о личных впечатлениях после прочтения), дальновидность и ум, стремление к независимости от всего и от всех (в особенности от женщин, которые никогда не имели над ним власти), фатализм...

  "За что они все меня ненавидят? - думал я. - За что? Обидел ли я кого-нибудь? Нет. Неужели я принадлежу к числу тех людей, которых один вид уже порождает недоброжелательство?"

  Продолжать можно бесконечно - Печорин вдобавок один из моих любимых литературных героев (бывает так, что книга нравится, а герой нет, например, как "Доктор Живаго", в "Герое нашего времени" мне нравится всё). Он никогда не опустится до мести женщине, он не мелочен и не злопамятен, даже амбиций в нем как будто и нет (по крайней мере, в книге на этом акцента автор не делает).

  "Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера - напротив, что до меня касается, то я всегда смелее иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже смерти ничего не случится - а смерти не минуешь!"

  Он не обидчив. Он может быть серьезным противником другому мужчине, но женщине - никогда. Оттого, наверное, всем прекрасным особам в книге он так симпатичен и все вспоминают его чуть ли не с благоговением. Он ничего никому из них не обещает, его равнодушие каким-то образом становится необычайно притягательным. Для всех. Едва ли не самая красивая книга в русской литературе о любви...

  "Пробегаю в памяти все мое прошедшее и спрашиваю себя невольно: зачем я жил? для какой цели я родился?.. А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные... Но я не угадал этого назначения, я увлекся приманками страстей пустых и неблагодарных; из горнила их я вышел тверд и холоден, как железо, но утратил навеки пыл благородных стремлений - лучший свет жизни. И с той поры сколько раз уже я играл роль топора в руках судьбы! Как орудие казни, я упадал на голову обреченных жертв, часто без злобы, всегда без сожаления... Моя любовь никому не принесла счастья, потому что я ничем не жертвовал для тех, кого любил: я любил для себя, для собственного удовольствия: я только удовлетворял странную потребность сердца, с жадностью поглощая их чувства, их радости и страданья - и никогда не мог насытиться".

  Интересно наблюдать, как с годами меняются предпочтения именно в отношении частей произведения. В юности, помню, когда в первый раз прочла его, мне безумно понравилась "Бэла" (оно и понятно - глава казалась мне верхом романтизма), потом, спустя пару лет, читая роман, что без ума от "Фаталиста" (тоже верю в предопределение). А вот сейчас, как ни странно, мне больше всего понравилась "Тамань" (в школе мне эта глава отчего-то совсем была не по душе). Такая удивительная книга для всех возрастных периодов жизни...

  Если говорить о личных впечатлениях, то как обойти стороной экранизации?

  Смотрела лет 8 назад (не помню точно время) российский мини-сериал, снятый по Лермонтову с Игорем Петренко в главной роли:

  Ну что тут сказать...Не впечатлил как-то. Актер, конечно, красивый, кто ж спорит? Но ведь рисуя нам образ Печорина, Лермонтов никогда не делал акцент на красоте. Печорин - это удаль, харизма, обаяние. некая отрешенность...

  Зато как-то еще смотрела другую экранизацию (вернее даже. театральную постановку)

Это режиссерское видение моего любимого литературного героя понравилось мне куда больше: оно, на мой взгляд, ближе к истине.

"Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления, может быть больше, нежели она: во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня...

Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали - и они родились. Я был скромен - меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, - другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, - меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, - меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду - мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние - не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой".

Книга на все времена. Закрывая последнюю страницу, уже жду новой встречи))

Был у меня товарищ, который со мною как-то поспорил, утверждая, что "Максим Максимыч" - это повесть Юлиана Семенова из цикла про Штирлица, причем он был так в этом уверен, а было это в середине 90-х, в докомпьютерную эпоху, что доказать что-то с помощью Гугла или Яндекса, как кому удобнее, было невозможно, так что я ему ничего не доказал. С одной стороны это смешно, а с другой - невероятно грустно, все же, хотелось бы, чтобы родную классику наш читатель знал без запинки.

Если есть, а я очень надеюсь, что есть, друзья, которые читают меня регулярно, они должны были обратить внимание - вчера была "Бэла", сегодня - "Максим Максимыч", да, и очень надеюсь, что в течение ближайших трёх дней последуют и те три повести, которые составляют "Дневник Печорина". Каюсь, я обратился к одному из самых культовых романов отечественной литературы - лермонтовскому "Герою нашего времени", и пусть роман - один, но каждая повесть (глава) его составляющая - полноценное самостоятельное произведение, поэтому я отважился на гирлянду из пяти серий.

"Героя нашего времени" называют самым первым лирико-психологическим романом в русской литературе, с этим спорить не буду, но если задуматься, а какая же из повестей самая "психологическая", то окажется, что это именно вторая по порядку - "Максим Максимыч". Конечно, все пять повестей насыщены невероятным психологизмом, но в каждой из них, кроме того еще большую долю повествовательного ряда занимают события, в "Максиме Максимыче" событий как таковых почти нет, можно даже сказать, что психологизм изображаемого момента и есть предмет этой повести.

В "Максиме Максимыче" читатель единственный раз встречается с Печориным "вживую", в первой повести рассказ велся со слов того самого Максима Максимыча, в трех последующих - это будут дневниковые монологи самого Печорина, и только в этой повести Печорин - действующий персонаж, которого напрямую наблюдает автор.

Фабула повести известна - должна состояться встреча старых сослуживцев: доброго и словоохотливого Максима Максимыча и Григория Печорина, которого первый считает своим искренним и надежным товарищем, с которым его многое связывает, которого он уважает и любит. Но происходит всё совсем не так, как рассчитывал добрый штабс-капитан, Печорин совсем не проявляет никаких дружеских чувств, он холоден и отстранен, и со стороны может показаться, что это встреча каких-то шапочных знакомых, которых практически ничего не связывает, которые не переживали совместно тяжелые и непростые события.

Но, возможно, как раз в этом общем прошлом и лежат причины холодности Печорина, которую Максим Максимыч воспринимает как высокомерность и надменность. Ведь штабс-капитан был свидетелем и даже участником неприятной истории с Бэлой, воспоминания о которой были очень болезненны для Печорина, ведь он понимал свою долю вины в её гибели.

Холодность бывшего друга настолько больно поразила всегда добродушного Максима Максимыча, что он даже прослезился и, не желая того, приговорил Печорина: "А, право, жаль, что он дурно кончит… да и нельзя иначе!.. " И этот конец оказался много ближе, чем можно было предположить, ведь эта встреча произошла во время пути Печорина в Персию, а умер он, возвращаясь из этой страны.

Видимо, он предчувствовал близкий конец, раз даже не стал забирать находившийся у Максима Максимыча свой дневник, который затем достался условному автору романа. Ему самому он был уже не к чему, а то, что кто-то проявит интерес к записям какого-то не очень известного погибшего офицера, ему казалось просто невероятным, иначе он бы забрал дневник, чтобы его уничтожить. А может и не забрал бы, ведь он произвел неизгладимое впечатление на автора своими безразличием и безучастностью, но с другой стороны, эти качества могли быть проявлением той обреченности, которая читалась в его лице, походке, глазах, которые не умели смеяться.

Вот эти глаза и заставляют усомниться в выводах Максима Максимыча о надменности Печорина, тут угадывается душевная боль и страдание, которым герой не может ни с кем поделиться из-за своего непростого характера.

Кстати, когда я учился в институте одна однокурсница заявила мне, что я напоминаю ей Печорина. "Это почему же?" - поинтересовался я. "Потому что ты при ходьбе не размахиваешь руками, также как и он". А я, честно скажу, и не знал за собой такой особенности, присмотрелся к себе и точно, потом я нашел в себе еще несколько не самых лучших печоринских черточек, и, уже достигнув вполне зрелого возраста, могу сказать - наличие этих качеств не упрощало, а усложняло мою жизнь.

Надеюсь, мои друзья, обращающие внимание на мои рецензии, заметили, что минувшая неделя прошла у меня под знаком одного из самых этапных романов XIX века в нашей русской литературе - "Героя нашего времени" Михаила Юрьевича Лермонтова. Я попытался подробнейшим образом разобрать все пять повестей, составляющих роман. Иногда их - повести - называют еще главами, значит, получается, что я писал по рецензии на каждую главу романа. Что можно тут еще сказать, если все аспекты, показавшиеся мне достойными внимания, я уже осветил и разобрал, всё, что я мог сказать о романе, я уже сказал.

Если кто-то не читал моих рецензий, о которых я только что рассказал, но заинтересовался, привожу ссылки на них:
Бэла
Максим Максимыч
Тамань
Княжна Мери
Фаталист

А в этой - обобщающей рецензии, я бы хотел остановиться на конкретном образе главного героя, собрав воедино всю, разбросанную по главам информацию о нем.

Полное имя "героя нашего, на самом деле - того, времени" - Григорий Александрович Печорин. В отечественной литературе у Печорина есть только один достойный соперник-тёзка - Григорий Мелехов из "Тихого Дона". А вот в реальной русской истории это имя любило авантюристов и фаворитов, целых четыре одиозных личности носили его: Отрепьев, Орлов, Потёмкин, Распутин - все были Гришками.

Указание на возраст Печорина тоже можно найти в романе, так Максим Максимыч, описывая своё с ним знакомство, говорит о нём: "молодой человек лет двадцати пяти". Последняя встреча перед отъездом Печорина в Персию состоялась через несколько лет, судя по всему, прошло не менее трёх, но и не более пяти лет, следовательно, в плане возраста он укладывается в интервал 25-30 лет.

Внешность Григория Александровича:

Он был среднего роста; стройный, тонкий стан его и широкие плечи доказывали крепкое сложение.

Его походка была небрежна и ленива, ... он не размахивал руками, – верный признак некоторой скрытности характера.

В его улыбке было что-то детское. Его кожа имела какую-то женскую нежность; белокурые волосы, вьющиеся от природы, так живописно обрисовывали его бледный, благородный лоб, на котором, только по долгом наблюдении, можно было заметить следы морщин. Несмотря на светлый цвет его волос, усы его и брови были черные – признак породы в человеке.

У него был немного вздернутый нос, зубы ослепительной белизны и карие глаза, ... они не смеялись, когда он смеялся! Это признак – или злого нрава, или глубокой постоянной грусти.

По социальному статусу Печорин был дворянином, вполне обеспеченным, принадлежащим к довольно аристократической петербургской семье. На Кавказ прибыл в офицерском чине, будучи туда высланным. Причина высылки не уточняется, но, скорее всего, это - дуэль.

К представительницам противоположного пола Печорин относится с настороженностью, критикуя их логику и чувства:

В то же время женщин с характером он избегает, потому что в общении с ними в полной мере проявляются его не самые лучшие черты: душевная скупость и отсутствие настоящей страсти. Кроме того, страх перед женщинами и перед женитьбой обусловлен предсказанием гадалки, сулившей ему "смерть от злой жены".

С дружбой у него тоже не всё комильфо, в чем он лично и признается:

Завершающим портрет штрихом будет отношение героя к смерти - он её не боится, а в судьбу , скорее всего, не верит, что наглядно доказывает эпизод, описанный в "Фаталисте".

«Мы почитаем всех нулями,
А единицами - себя.
Мы все глядим в Наполеоны;
Двуногих тварей миллионы
Для нас орудие одно;
Нам чувство дико и смешно»
(А. С. Пушкин «Евгений Онегин»)

Проблема судьбы так называемого "наполеоновского" человека (иначе говоря – грандиозного нарцисса, которого уместно, пожалуй, считать и психологическим (или энергетическим) вампиром), впервые в русской литературе обозначенная А.С.Пушкиным, у Лермонтова получила своё развитие в несколько ином аспекте. Можно здесь вспомнить незавершённый роман «Княгиня Лиговская», поэму «Демон», пьесу в стихах «Маскарад». Ну, и, разумеется, над ними гордо возвышается прекрасная вершина творчества Лермонтова – психологический роман «Герой нашего времени», озаглавленный автором в первых черновых рукописях несколько иначе - «Один из героев начала века».

Достоевский, например, в «Дневнике писателя» за 1876г называл Печорина "уродливейшим калекой", "дурным человечком", "злым человечком" и относил его к "людям прочной ненависти". Исследуя эволюцию образа Онегина, Фёдор Михайлович писал: «Этот тип вошел, наконец, в сознание всего нашего общества и пошел перерождаться и развиваться с каждым новым поколением. В Печорине он дошел до неутолимой, желчной злобы и до странной, в высшей степени оригинально русской противоположности двух разнородных элементов: эгоизма до самообожания и в то же время злобного самонеуважения. И всё та же жажда истины и деятельности и всё то же вечно роковое "нечего делать"! От злобы и как будто на смех Печорин бросается в дикую, странную деятельность, которая приводит его к глупой, смешной, ненужной смерти» (Ф.М.Достоевский «Ряд статей о русской литературе» (1861г) ).

Но, благодаря развитию психологии, нам теперь известно, что «эгоизм до самообожания» и «злобное самонеуважение» вполне совместимы в личности нарциссического типа. Причём эти, на первый взгляд, противоположные качества присущи любому патологическому нарциссу, хотя к национальности они вряд ли имеют какое-то отношение. Нарцисс обожает и прославляет выдуманный, идеализированный образ себя, а не себя настоящего. Однако реального себя он любит и уважает скорее слишком мало, чем слишком много. Более того, на самом деле он себя ненавидит. И именно деструктивная сила этой ненависти к себе настоящему и приводит токсичную личность к трагическому финалу - окончательному саморазрушению, то есть «к глупой, смешной, ненужной смерти», говоря словами Достоевского. А кажущаяся неуязвимость нарциссов – это создаваемый ими же миф. На самом-то деле у них очень слабое, уязвимое эго, которое они и пытаются раздувать до невероятных размеров, создавая грандиозный, но при этом ложный, фальшивый фасад, за которым прячется обиженный, травмированный ребёнок.

Нарциссические черты есть, конечно, у каждого человека. Причём совсем без них сложно обойтись, так как, например, здоровый эгоизм просто необходим для выживания. Но если говорить о Печорине, то у него, на мой взгляд, прослеживается даже не нарциссическая акцентуация характера, а ярко выраженное нарциссическое расстройство личности (НРЛ). Он жаждет власти и контроля, убеждён в собственном превосходстве, а также лишён эмпатии и способности любить. Герой искренне заявляет: «Я смеюсь над всем на свете, особенно над чувствами». Кроме того, Печорин с огромным удовольствием питается чужими психоэмоциональными ресурсами. Иными словами - вампирит, постепенно высасывая жизненную энергию своей жертвы и со зверским аппетитом пожирая украденную у неё душу.

В «Княжне Мери» (центральной части романа) Печорин сам себе признаётся, что мысль о страданиях княжны, специально вызванных именно им, доставляет ему «необъятное наслаждение», и откровенно сравнивает себя с Вампиром – изощрённо жестоким героем популярного в те времена английского произведения Полидори «Вампир», ошибочно приписываемого Байрону. Оба героя (Печорин и лорд Ротвен (Вампир)), как настоящие нарциссы-манипуляторы, наполнены обаянием зла и легко влюбляют в себя женщин. Более того, они иногда даже становятся объектами обожания для некоторых читательниц или литературных героинь. Вышеназванный "задумчивый Вампир" был, например, одним из кумиров пушкинской Татьяны Лариной:

«А нынче все умы в тумане,
Мораль на нас наводит сон,
Порок любезен — и в романе,
И там уж торжествует он.
Британской музы небылицы
Тревожат сон отроковицы,
И стал теперь её кумир
Или задумчивый Вампир,
Или Мельмот, бродяга мрачный…»
(А. С. Пушкин «Евгений Онегин»)

Лермонтов упоминал Вампира и в предварительном варианте предисловия к роману: «Если вы верили существованию Мельмота, Вампира и других – отчего же вы не верите в действительность Печорина?».

Своего рода черновой разработкой образа Печорина, получившего своё дальнейшее развитие в «Герое нашего времени», можно, наверное, считать незаконченный (во многом автобиографичный) роман «Княгиня Лиговская». Там основой одной сюжетной линии, связанной с Печориным, послужили отношения М.Ю.Лермонтова с Е.А.Сушковой. То, что сделал в реальности молодой поэт с этой девушкой, - жесточайший нарциссический абьюз. История их отношений была отражена и в воспоминаниях Сушковой, и в отдельных письмах Михаила Юрьевича (к А.М.Верещагиной и М.А.Лопухиной), в которых он подробно описывал свои расчётливые игры и тактики манипулирования, применяемые к Сушковой. Это чистой воды эмоциональное и психологическое насилие над несчастной жертвой, доставляющее удовольствие любому злокачественному нарциссу-вампиру.

Даже сам Печорин, размышляя о любви к нему Веры, искренне удивлялся: «Неужели зло так привлекательно?». Это прекрасный риторический вопрос из его внутреннего монолога о себе самом. Но некоторые читатели и особенно читательницы действительно до сих пор симпатизируют такому жестокому и хладнокровному покорителю женских сердец и порой даже видят в нём идеал мужчины. Пожалуй, чтобы в полной мере понять Печорина, надо, наверное, или самому быть нарциссом, или владеть знаниями о злокачественном нарциссизме, которые теперь необходимы каждому человеку для собственной защиты. Ведь и в наше время таких опасных и токсичных "героев" (то есть типичных представителей века) не стало меньше.

Перехожу к третьей повести, составляющей роман. Она открывает вторую часть, представленную дневником Печорина, в то же время - это самое раннее событие из всех описанных в романе, приключение в Тамани случилось в самом начале пребывания Печорина на Кавказе.

И сразу неведомый Кавказ пахнул на героя смертельной опасностью. Надо признать, что эта опасность не агрессивная, она существует как некий потенциал, но, если не вторгаться в тайную жизнь местных жителей, то и опасаться нечего, а вот, если их растревожить, если проявить пристальный интерес, дать повод подозревать себя в шпионаже, тогда всё может оказаться не просто безобидно, а именно смертельно опасно.

Понимал ли это Печорин, когда, озадаченный странным поведением хозяев своей новой квартиры, взялся за ними проследить? Наверняка, он должен был ожидать нечто подобное, ведь тайна предполагала разгадку, которая могла оказаться довольно неприятной для соглядатая. Так и произошло: за свое любопытство или, может быть, навеянную скукой жажду приключений, Печорин чуть не заплатил жизнью. И этот пролог новой "кавказского" бытия лучше всего давал ему понять, что это новое бытие будет насыщено опасностями, и сама жизнь молодого офицера еще не раз будет поставлена на карту.

Сам Печорин на страницах дневника называет своих новых таманских знакомцев "честными контрабандистами". Трудно сказать, насколько контрабандисты могут быть честными, если только не подходить к ним с позиций преступной романтики. Но Печорин мог давать такую оценку, поскольку сам находился в довольно натянутых отношениях с правящим режимом, отправившим его в кавказскую ссылку. Поэтому для него не суть важна была противоправная деятельность этих людей, он на это смотрел "каждый выживает как может". Но сам Лермонтов далек от романтизации контрабандистов, показывая очень непростые взаимоотношения в их тесном социуме, обнажая далеко не самые лучшие их черты.

Янко эгоистичен и корыстолюбив, красавица с длинными волосами, которая отказалась называть Печорину свое имя, и которую он именует ундиной, хитра и коварна. Ей почти удалось обмануть молодого офицера, поддеть его на крючок соблазна, и будь Печорин попроще и более открытым и доверчивым, не вернуться бы ему живым из романтической морской прогулки.

А вот ундиной девушку он прозвал недаром, ведь ундина - прекрасная, но коварная жительница речных и морских глубин, германский аналог славянской русалки. Но почему же тогда не русалка, а именно - ундина. Видимо, автор таким образом хотел подчеркнуть интернациональность кавказского приморского городка, среди жителей которого было довольно мало чистых русаков, а основа состояла из осколков разных народов черноморского бассейна: греков, армян, турок, евреев и кого еще только ветер не занес из дальних краев.

Но живут, а вернее, выживают эти люди на обочине империи не просто тяжело, а уродливо тяжело, и лучшей иллюстрацией этой неистребимой уродливости являются белые глаза слепого подростка, обокравшего в конце концов Печорина.

Коснувшись всей этой чужой и чуждой ему жизни, наткнувшись на целый континент иных интересов и целей, нежели, понятные ему дворянские и офицерские, Печорин не утруждает себя вниканием в суть произошедшего и причины, приведшие этих людей к тому, что они имели, он просто сбегает от них и из негостеприимной Тамани, отговариваясь тем, что "какое дело до радостей и бедствий человеческих, мне, странствующему офицеру, да еще с подорожной по казенной надобности!"

Самая крупная и известная повесть из всех пяти, составляющих "Героя нашего времени". И самая насыщенная эмоциями и противоречиями, особенно последними. Противоречивость, видимо, ключевое слово этого произведения, в нем, как ни в какой другой повести цикла раскрывается сложная натура главного героя. Здесь так плотно смешалось всё положительное и отрицательное, что было заложено и проявлено в Печорине, так вычурно переплелось, дополнив одно другим, создав удивительно противоречивый (снова это слово), и в то же время невероятно цельный образ.

В каждой из пяти частей романа высвечивается какая-то особенная грань этой личности, этого нового героя, про которого нельзя сразу и наверняка сказать - положителен он или отрицателен. Вот ведь, мастерство Лермонтова, если ко всему, что он сообщает о Печорине, подходить с формальной точки зрения, то трудно сыскать большего подлеца и гордеца, а если с позиции понимания чувств и мотивов, двигающих героем, то он превращается чуть ли не в образец для подражания, а некоторые впечатлительные девицы до сих пор в него влюбляются и готовы ему простить практически всё, себя они видят, наверное, не в образе Веры, он слишком трагичен и обречен, но и не в образах Бэлы и Мери, видимо, считают, что как раз они и подошли бы своенравному офицеру больше других, и он бы в них обязательно влюбился. Простим им их наивность...

Грани личности Печорина, открывающиеся в четвертой повести, невероятно сближают его с другим героем русской литературы - пушкинским Евгением Онегиным. Если вспомнить строфы X-XII из романа в стихах, то придется признать, что они практически полностью подходят не только Онегину, которого описывают, но и Печорину тоже. Помните - то место, которое начинается со строк:

Не буду цитировать весь отрывок, всё же это, как-никак, целых три строфы, следовательно - 42 строчки, но вот еще одно место не процитировать не могу, поскольку оно намекает на ключевые эпизоды и "Евгения Онегина" и "Княжны Мери":

Сюжетная близость эпизодов пушкинского романа и лермонтовской повести, касающихся на самом деле совсем не любви, а кое-чего другого - соперничества - бросается в глаза. Онегин желает позлить Ленского, и ухаживает за Ольгой, Печорин испытывает раздражение в отношении Грушницкого, и дабы позлить его, разыгрывает роман с княжной Мери Лиговской. Коллизии развития сюжетов разнятся, но сходятся в финальной точке - раздражающие соперники оказываются убитыми на дуэлях, причем, оба главных героя - Онегин и Печорин - этого на самом деле не хотели.

Черствость и даже циничность Печорина по отношению к одним представителям "водного" общества Кисловодска компенсируется чувственностью и доверительностью к другим. Таким образом герой предстает не только человеком, способным перечеркнуть чужую жизнь, насмеяться над чужими чувствами, но и самому испытывать глубокие чувства и по-своему трактовать честь и справедливость.

Если вдуматься, то становится ясно, что молодой Лермонтов не просто описал некий характер, с большой долей личных качеств и проявлений, но и поднял прямо-таки философскую проблему, которая в начале-середине XIX века еще не была окончательно сформулирована и иллюстрирована. Он обозначил истину, что истины нет. Нет положительных и отрицательных персонажей, как нет плохих и хороших людей, каждый человек имеет свою "правду", свой внутренний кодекс, и там - внутри своего восприятия мира и себя в этом мире - он всегда прав. А если и оказывается неправ, то он всегда может обосновать свое право на эту неправоту.

Конечно, если он не наделает фатальных ошибок, которые заставят его всё переосмыслить и признать свою несостоятельность. Когда такое случается, то теряется интерес к процессу, то есть, к жизни. И тут, если хватает характера одним, или наблюдается его полное отсутствие у других, речь может заходить о суициде, как физическом, так и духовном. Не судите меня, что перемудрил, но на мой взгляд, знаю, что спорный, уходы в религию или эзотерику после серьезных жизненных крушений и есть такого рода - духовный суицид.

Но это я уже отвлекся, вернемся к Печорину, который еще относительно молод и обладает очень лабильной психикой, его пережитые треволнения заставили волноваться и даже прослезиться, но из седла не выбили, хотя, возможно добавили еще некую долю холодности и отстраненности в качестве защитной реакции.

Заголовок же своей рецензии я одолжил у фильма Иосифа Хейфица, снятого по рассказу Чехова "Дуэль". Дело в том, что этот парадоксальный эпитет подходит не только Лаевскому, но и Печорину. И показательно, что Олег Даль играл обоих: Лаевского в том самом фильме, и Печорина в фильме-спектакле "Страницы журнала Печорина".

Роман Михаила Юрьевича Лермонтова был написан в 1840. Сам роман читается на одном дыхании, прочитав одну главу, хочется приступить сразу же к следующей, даже не смотря на то, что сами главы расположены не в хронологическом порядке. С каждой главой герой все больше и больше раскрывается, но до самого конца все равно он остается загадкой. Мое отношение к Печорину так и осталось неоднозначным, я не знаю нравится ли он мне или, наоборот, его цинизм противен. Наверное в этом и была задумка автора, чтобы остаться совсем беспрестрастным и отдать героя на суд читателю. Я не буду вдаваться в подробности и разбирать его личность досканально, вы это сделаете сами. Могу лишь сказать, что не смотря на все его негативные качества, его персонаж остается очень притягательным, поэтому он настолько любим среди женщин.

Отлично описаны места, где происходит действие. Все эти курорты, санатории, горы предстают перед нами как живые.

Главный герой заслуживает особого абзаца. Почему - спросите вы? Потому что в нём сосредоточены многие пороки и добродетели, которые скрываются в каждом из нас. Представьте, какой же надо иметь талант,чтобы описать героя так, причём письменно, что он может в нас вызвать бурю чувств - от ненависти до симпатии? Это определенно могут не все.
Читатель может с легкостью проникнуться чувствами к главному герою и переживать его эмоции, что помогает погрузиться в книгу с головой. Я бы посоветовала каждому прочитать этот роман полностью, будь то подросток, взрослый или ребенок.

Знаменитый публицист А.Герцен сказал: «Книга – это духовное завещание одного поколения другому». И правда, проходят годы и века, разделяющие
поколения, но между ними всегда остается та связующая ниточка –
литературное наследие и наказы писателей прошлых веков.

  Прошло уже 180 лет со дня публикации романа М.Ю.Лермонтова «Герой нашего времени», но произведение это актуально и популярно и сегодня. Что же здесь «духовно завещает» автор, и почему ценность романа не только в
литературе, но и в жизни так высока?

   Чтобы ответить на эти вопросы, я постаралась  как можно глубже
вникнуть в произведение, ведь идейный замысел всего романа не лежит на поверхности, суть его кроется в характере главного героя – Григория Александровича Печорина.
    Лермонтов в предисловии к своему роману пишет:

Но в предисловии к журналу Печорина автор уже оправдывает его и, мало того, надеется на то, что и читатели его оправдают.

Так осуждает писатель главного героя или сочувствует ему?

Печорин – человек эгоцентричный, откровенно злой и гордый. Это манипулятор, играющий с людьми, как с куклами, играющий с их судьбами и чувствами. С кем бы герой не сталкивался, он в любом случае оказывается сильнее и выше духовно. Печорин несомненно побеждает во всех этих
«сражениях» с людьми. Но что ему приносят эти победы? Ничего. Они только губят героя. Ведь всякая попытка его найти в себе отголоски настоящих чувств: любви или дружбы, оборачивается провалом.
       Одной из важнейших, по моему мнению, главой романа является глава «Княжна Мэри». Именно в ней конфликт между главным героем и другими людьми перерастает в конфликт с обществом.

       В «Княжне Мэри» Печорин вступает в так называемое «водяное общество». Члены его думаю, что главный герой гордится своей принадлежностью к нему. Но так ли это на самом деле? Обратимся к тексту романа:

Действительно, Печорин не только не гордится, но и настроен враждебно  по отношению к «обществу». Ведь его участники лицемерны и искусственны. Он хочет бытьнепохожим на них, делать все вопреки их интересам, противоречить им.

«Водяное общество» здесь олицетворяет все общество в целом, поэтому конфликт главного героя с «водяным обществом» можно расценивать как конфликт со всем обществом, борьба с ним.
    Основная тема данной главы противостояние Грушницкого и Печорина за любовь Мэри. Но у главного героя это не любовь. Это интрига, игра с
чувствами невинной девушки, дабы развеять скуку да потешить собственное самолюбие.

Но почему же ему недоступна любовь или дружба, простое человеческое счастье?

    Во-первых, Печорин не признает дружбу. В своём журнале он пишет:

«А что такое счастие?» Для Печорина это «насыщенная гордость». Он убежден :

Да, главный герой совершает неблагородный и в какой-то мере
бесчувственный поступок, играя с Мэри. Но нельзя сказать, что Печорин
бесстрастен, что он не способен любить. Примером этого служат его
отношения с Верой. «Она вверилась мне снова с прежней беспечностью, - и я её не обману: она – единственная женщина в мире, которую я не в силах обмануть»,- пишет главный герой. Но он также утверждает: «Я не могу сделаться рабом любимой женщины».  Герой не принимает серьезные отношения, он не готов жертвовать своей независимостью, своей свободой ради других, а безразличие к жизни подавляет искреннее чувство, поэтому в любви он несчастен.
      Итак, Печорин отказался от чувств. Он равнодушен к своей судьбе, как Пушкинский Онегин «охладел к жизни». Пропасть между ним и людьми, между ним и обществом в целом разрастается, а одиночество все
усиливается. Вот и сочувствие автора, сочувствие не только к герою, но и
ко всему молодому поколению 30-ых годов XIX века.
      Печорин – образ во многом эпохальный, отражающий целое поколение людей, со всеми их пороками: бездействием, прожиганием жизни впустую, эгоизмом. Это образ «лишнего человека»  в обществе, не способного найти свое предназначения в жизни, глубоко одинокого и самоосуждающегося.  
      Главный герой – герой «своего» времени, но только ли своего? Ведь
Лермонтов написал поистине  великий роман о становлении личности, о поиске себя, о противостоянии обществу. Это ли не «духовное завещание" писателя будущим поколениям?!

P.S.Эй, ты там за экраном! Спасибо большое, что прочитал мою рецензию до конца)))
С любовью, Mashylka