Ангелы опустошения

"Твори благо но не думай о благотворительности, ибо благотворительность это всего лишь слово"

я так и не смог в жизни своей быть чем-то иным, чем гневным, потерянным, пристрастным, циничным, запутавшимся, испуганным, глупым, гордым, насмешливым, дерьмо дерьмо дерьмо —

- Что ты делаешь?

• Я величайший в Америке писатель.
• А я величайший в Америке джазовый пианист, - говорит он, мы жмем друг другу руки и выпиваем за это.

Вот сижу я вверх тормашками на поверхности планеты земля, удерживаемый гравитацией, корябающий историю и знаю что рассказывать ее нет нужды и все же знаю что нет нужды даже в молчании...

Я вижу большие печальные невидимые крылья у всех за плечами и мне плохо оттого что они невидимы и без толку на земле и всегда были без толку и мы все лишь деремся до смерти --
Зачем?

Разум забит под завязку шкатулками, которые переполняются воспоминаниями

Бедный маленький славный Дэви, серый котик, ходивший раньше за мной следом в леса Северной Каролины, когда я с собаками удалялся туда медитировать, бывало, значит, прятавшийся у меня над головой на дереве, иногда сбрасывая вниз ветку или листик, чтоб я его заметил, теперь стал ободранным кошаком, ударившимся в загулы и потасовки, а однажды его даже ужалила змея.

"Тебе не следует быть здесь, но о том, что я здесь, я тебе сказал сам, и вот ты здесь".

Бархатистая спина. Волосы, в которых текут Оби, Параны и Эвфраты.

"А где Эмпай-Стейт-Билдинг" - спрашивает Лаз. Он думает, что Вашингтон находится в Нью-Йорке. Ему все едино, и Мексика, вероятно, где-то тут за углом.