Сейчас кто-то, вероятно, захочет меня прибить, но… я не люблю цирк! Никакой! Помню, как в детстве скучала на выступлениях, а нынче тем более умру от тоски, если меня кто-то затащит на представление. Мне скучно от акробатических трюков. Я не люблю – а то и вовсе боюсь – клоунов. И уж тем более я против участия животных в цирковых номерах. Мне жалко замечательных тигров, слонов, коней, собак и кошек, которых выставляют на потеху, и мне жалко профессионалов, которых может покалечить недостаточно укрощенный зверь. И все такое излишне яркое, с обязательными огоньками и пафосными программками…
Забавно, что читать о цирке мне было интереснее, чем на этот самый цирк смотреть. Чего не отнять у Эдмона де Гонкура, которого в России помнят лишь по Гонкуровской премии, так это дотошности. Он долго рассказывает о цирковой жизни, о быте передвижных артистов, а потом – об артистах стационарных цирков, в которые приглашают звезд первой величины. Несмотря на обилие описаний – а диалогов тут почти нет, – от «Братьев Земгано», от их избыточности не устаешь. И это главный плюс книги – что ее хочется прочесть, какой бы банальной она по итогу ни оказалась.
Главные герои – братья (нет, не Земгано!) Джанни и Нелло. Появились на свет у странствующих циркачей и, как это обычно бывает, пошли по стопам родителей. Джанни, старший, – человек самоуглубленный и глубоко совестливый, наделенный способностью сильно любить, при этом склонный к изобретательству и мечтающий о славе. Нелло, его младший брат, – заласканный (в плохом смысле) ребенок, который как бы милый, но… как бы и нет. Нелло неинтересны слава и деньги, он лишь хочет заниматься любимым делом – гимнастикой. Но Джанни неукротим. Он хочет придумать для них гениальный номер, что-то настолько невероятное, что прославит его с братом на всю Францию и, возможно, впишет их имена в историю.
Как по мне, напрасно писатель пытался выставить Нелло исключительно положительным персонажем. Именно это авторское давление на меня, читателя, вызвало у меня раздражение. Ты, читатель, обязан сочувствовать обоим братьям! Тебе не нравится Нелло? Но он же такой несчастный! Пожалей же его! Но – не получается.
Писатель хотел раскрыть глубину братских чувств. Джанни и Нелло излишне привязаны друг к другу, настолько, что не могут ничего делать самостоятельно. Об отдельной жизни не может быть и речи. Но если Джанни более бескорыстен, его любовь носит жертвенный характер, то Нелло (из-за плохого воспитания?) проявляет себя крайне эгоистично. Нелло вообще кажется очень жестоким человеком. Так, он открыто (публично!) высмеивает женщину, которой он нравится, и писатель считает это… нормальным? Ах, это же американка, богачка, и у нее несерьезный интерес!
«Он преследовал ее назойливым, упорным издевательством на репетициях и вообще всюду, не давал ей ни минуты покоя… он уморительно передразнивал ее, окруженный смеющимися капельдинерами».
Вот и нарвался на ответ, юноша! Не нужно было играть с огнем! Высмеивать человека, которому ты имел несчастье понравиться, – это низость, уж извините!
А потом Нелло и вовсе заставляет своего старшего брата отказаться от дела его жизни! Из-за полученных во время неудачного трюка травм Нелло уже не сможет выступать, и он хочет, чтобы Джанни тоже больше не выступал. И Джанни соглашается уступить больному брату! И Нелло счастлив, что его брат отказался от работы! По мнению писателя, это – главное доказательство братской любви. Но по мне это – не любовь. Это животная привязанность, страх остаться в одиночестве… но не любовь. Джанни очень любит свое дело. По своей воле он ни за что бы не ушел из цирка, и его брат это знает. Но для Нелло важнее его чувства, чем чувства брата: либо я выступаю вместе с тобой, либо не выступает никто! Это крайне эгоистично, и мне неприятно, что такую токсичную «любовь» писатель объявил вершиной человеческого духа. Джанни, конечно, поступил благородно, но это игра в одни ворота.
Честно, если бы не странная мораль повести, я бы поставила ей четверку. Но финал своей ненормальной жертвенностью во имя чужого эгоизма меня ошеломил. Нельзя так. Было бы лучше, если бы неестественная близость братьев как-то… выпрямилась, что ли. Ибо нельзя забывать о себе и растворяться в другом человеке, кем бы он ни был тебе. Dixi.
95 понравилось
